Но все-таки криминальная хроника не обошла деятельность «Правэкса» стороной. Одно из событий имело место в декабре 1993 года. Утром 9 декабря в милицию по линии 02 поступил звонок от женщины, живущей по улице Фрунзе. Она взволнованно сообщила, что только что своими глазами видела в окно, как ее зятя, одного из руководителей торгового дома «Правэкс» Роберта Атояна, захватили у дома незнакомцы, силой усадили в его же, Роберта, автомобиль марки БМВ и куда-то увезли. Поскольку данные о машине были известны, столичную милицию тут же сориентировали на осуществление операции «Перехват». Потом пресса писала: в иномарку, кроме Атояна, уселись трое: Олег Мацюта, Макбет Асланов и некий Стае. В районе Куреневки владельцу машины насильно вручили «дипломат», тут же пристегнув его наручниками к руке заложника, и предупредили – в портфеле взрывное устройство, а пульт радиоуправления находится у Мацюты. Мол, в случае каких-либо осложнений взорвем, к черту, и тебя, и себя, и окружающих. Затем пленнику сделали прямо через брюки укол, пояснив: если к 13 часам похитители не получат выкуп, то Атоян в муках умрет. Если деньги будут – введут противоядие. Как позже выяснилось, это был безобидный физиологический раствор.
Проехав полпути, Стае вышел, а машина продолжила свой путь вплоть до «Правэкс-банка», который располагался на Кловском спуске. Здесь иномарку покинул и Асланов, растворившись среди прохожих, чтобы со стороны наблюдать за развитием событий. Мацюта же, еще раз выразительно глянув на «дипломат», стоявший на коленях у заложника, сунул руку в карман и двинулся к дверям банка. Стоявшему там охраннику он показал гранату Ф-1 без предохранительной чеки. Потом коротко обрисовал ситуацию и… почему-то потребовал, чтобы президент концерна Леонид Черновецкий лично вынес выкуп – 30 000 долларов США. Охранник передал Черновецкому это требование. Тот вынес из офиса три упаковки по 10 000 долларов в каждой. Бандит деньги взял, однако тут же объявил: банкир тоже должен сесть к ним в машину. Как только бандиты отъедут в безопасное место, оба заложника выйдут. Иначе – взрыв. Преступник по непонятной причине позволил Леониду Михайловичу пойти в кабинет и взять верхнюю одежду. Сам же спокойно вернулся в машину и стал ждать. А миллионер, зайдя в свой кабинет, позвонил по 02. Прибывшая на место группа захвата быстро завершила операцию.
Еще один памятный случай произошел в конце мая 1995 года. Однажды вечером Черновецкому позвонил неизвестный и предупредил, что на него готовится покушение. «Доброжелатель» поинтересовался, когда и куда прислать курьера с письмом, в котором изложена «суть проблемы». Банкир назначил место и время встречи. Разумеется, поставив об этом в известность правоохранительные органы. Шантажист явился за пятнадцать минут до назначенного срока и спокойно попросил охрану доложить Черновецкому о его приходе. Когда Леонид Михайлович вышел к «гостю», тот протянул банкиру некое послание. В письме говорилось: анонимный заказчик оценил его жизнь в 25 000 долларов. А исполнитель обещал сохранить миллионеру жизнь, если тот заплатит ему эти деньги, и убить заказчика. Но снова оперативно сработали сотрудники Печерского РУВД, прибывшие буквально через две минуты и задержавшие курьера.
Комментируя позже те события, Черновецкий говорил: «Милиция тогда еще удивилась моей хладнокровности и тому обстоятельству, что произошедшее ЧП никоим образом не вызвало паники среди персонала и не сказалось на ритмичности работы банка. Однако я уже тогда говорил и сейчас повторяю: безопасность крупных предпринимателей является большой государственной проблемой, требующей своего разрешения. Ведь руководство любой солидной фирмы находится, что называется, под ударом, ходит по лезвию ножа. Угрозы по телефону, например, я получал в то время постоянно. Несмотря ни на что, концерн "Правэкс" и его подразделения работали устойчиво, стабильно». Как показывает история, эти слова не были преувеличением.
ЖИЗНЬ НА ШИРОКУЮ НОГУ
В середине 1990-х годов украинский миллионер Леонид Черновецкий стал периодически поражать общественность масштабами своей деятельности и жизненным размахом, о чем охотно писала пресса тогда и о чем время от времени вспоминают до сих пор. Так, Черновецкий построил самый большой дом в Украине. В нем было 116 комнат вместе с туалетами и ваннами, и это был своеобразный вызов обществу. Позже Черновецкий продал этот дом. Не менее известно его увлечение автомобилями. Леонид Черновецкий был одним из первых, кто ввез в Украину автомобиль «Майбах», и очень скоро у богатых украинских граждан появилась новая мода – ездить на «Майбахах». Эти автомобили считались не просто представительскими: наличие «Майбаха» наглядно демонстрировало статус его владельца. Объясняя причину покупки именно такого автомобиля, Черновецкий говорил: таких машин будет выпущено всего несколько тысяч в мире. К тому же именно его авто является самым дорогим вариантом этой серии. Оно полностью отвечало его статусу бизнесмена, который платит налоги и может позволить себе такую роскошь. А также – и это очень важно! – делало владельца «Майбаха» выше и значительней в собственных глазах. Со временем у Леонида Михайловича появился собственный автопарк, который регулярно обновляется до сих пор.
Между тем бизнес развивался успешно. Уже через два года после основания «Правэкса» инвестиционный фонд «Правэкс-инвест» и страховая компания «Правэкс-страхование» насчитывали более 20 тысяч акционеров, получающих самые высокие в Украине дивиденды. Среди акционеров было немало пенсионеров, людей пожилого возраста, малоимущих. «Правэкс» одним из первых занялся социальными программами. Сотни тысяч людей по всей Украине получили ипотечные, автомобильные, потребительские кредиты. С 1996 года Черновецкий сосредоточил свою деятельность на развитии концерна «Правэкс», объединявшего несколько разных предприятий – от завода резиновых изделий до маленькой электростанции, а также банк и страховую компанию. Именно в 1996 году, находясь на отдыхе за рубежом, он, по его признанию, впервые почувствовал себя богатым человеком. «Плавая в бассейне заграничной гостиницы, вдруг понял, что моя "стоимость" составляет несколько десятков миллионов долларов», – вспоминает он.
Черновецкий был первым частным предпринимателем, который начал проверять своих сотрудников на «детекторе лжи». Позже, уже став мэром Киева, он объявит об этой практике публично. А пока же полиграф был частью внутренней политики банка. Черновецкий рассказывает о том, что толкнуло его на подобный шаг: «Однажды один из новых менеджеров попытался "кинуть" банк, а значит – меня, нас всех. Я не знал кто. Под подозрением оказалось семьдесят четыре человека. Я не представлял, как решить проблему. И поступил радикально: уволил тех, кого подозревал больше остальных. Без объяснений – уволил, и все. А чтобы впредь минимизировать риск, было принято решение купить детектор лжи. Я контролировал всех. С клиентом нельзя иметь ничего личного. Вне работы все могут иметь любые контакты. Но менеджер должен понимать, что любой личный контакт может скомпрометировать и его, и меня, и банк, если выйдет из плоскости личных отношений и перейдет в профессиональные».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
