Читаем без скачивания Схватка с оборотнем - Яков Наумов

— Хорошо, товарищ полковник.

— С Мироновым держите связь?

— Держу, товарищ полковник.

— Как у него?

— Выясняет, товарищ полковник. Пока ничего нового.

— Можете идти. Как наметится что-либо конкретное, немедленно ставьте меня в известность.

Луганов прошел в свой кабинет, затребовал письмо бухгалтера Рогачева и долго его изучал. Потом позвонил одному из своих сотрудников:

— Займитесь делом Рогачева из совхоза «Октябрьский». Осмотрите там все. Прикиньте, не похоже ли это на убийство. Постарайтесь взвесить все обстоятельства и завтра мне доложите выводы.

— Слушаюсь, товарищ майор, — сказал голос в трубке.

Луганов еще долго сидел в кабинете. Он обдумывал факты, которые к нему стекались за последнее время. То, что Крайск мог быть избран резиденцией вражеских шпионов, похоже на правду. Город большой, промышленный. В нем штаб военного округа, оборонные предприятия. Вокруг много научно-исследовательских институтов, деятельностью которых всегда очень интересуются на Западе. Одно только удивительно. Несколько лет назад именно здесь, в Крайске, они с Мироновым взяли крупного вражеского агента, действовавшего под фамилией Черняев. Казалось бы, со стороны вражеской разведки вторично организовывать работу на месте, где она только что потерпела неудачу, было большой дерзостью. Но манил их Крайск чем-то очень важным. И, скорее всего, предприятиями, связанными с атомным производством.

Валерка, разинув рот, смотрел на товарища. На побледневшем его лице явственно выделялись веснушки. Димка тоже смотрел на него. Лицо его выражало упорство, зеленые глаза отчаянно блестели.

— Согласен?

Валерка, проглотив слюну, молча кивнул.

— Взрослым — никому! — приказал Димка. — Они все поверили. Пусть! Мы одни знаем, какой был дядя Костя. И мы найдем этого гада.

— Дим, — жалобно сказал Валерка, — может, в милицию сходим? Письмо-то надо показать.

— Нет, — отрезал Димка, — никому. Когда отыщем предателя, тогда пусть все знают. А пока — никому.

— Но как искать-то? — пробормотал Валерка.

Они сидели недалеко от автобусной остановки. Утром Валерка забежал за Димкой, тот вывел его в сад и там прочитал черновик письма Рогачева. Теперь они собирались в город, но зачем, Валерка еще не знал.

— Я сегодня уже в бухгалтерии был, — сказал Димка. — Они там всех знают. Сначала все спрашивали: зачем они мне. Потом назвали. За эти два месяца у нас в совхозе были четверо. Понял? Один из них и есть тот Соколов. Только, конечно, под другой фамилией. Вот смотри. — Он сунул под нос Валерке бумагу с косо нацарапанными фамилиями: Кузькин, Варюхин из облисполкома, Аверкин из облпрофсовета и Дорохов из облплана. Понял?

— Ну? Что, так и сунешься к ним: вы Рогачева знали? Кто ж скажет? Еще по шее вломят.

— Не вломят. Я буду спрашивать, а твое дело следить, как у него настроение изменится. Если это он, знаешь как встревожится!

— Не знаю, — недоверчиво произнес Валерка, — может, лучше как похитрее…

Показался автобус.

— Ты думай, — сказал Димка обиженно. — Придумаешь, что похитрее, я посмотрю. А пока поехали.

Первым на очереди был облисполком. В огромном вестибюле, полном людей, ребята растерялись. Выручил милиционер.

— Вам чего, пацаны? — подошел он.

— Дядя, — кинулся к нему Димка, — нам надо найти Варюхина и Кузькина!

— Это все равно что иголку в сене, — сказал милиционер. — У нас тут поболе пятисот человек работает, где ж я вам их запомню.

— А что же делать?

— Очень нужно, стало быть?

— Очень.

— Поднимитесь на второй этаж, увидите вывеску: «Председатель областного Совета депутатов трудящихся». Зайдите. У секретарши спросите. Она должна знать.

Минуты через три ребята уже стояли перед столом женщины средних лет, которая неспеша причесывалась, поглядывая в зеркало.

— Слушаю, — сказала она нараспев.

— Нам надо найти Кузькина и Варюхина.

— По какому делу?

— По важному.

— По личному или по работе?

Ребята замялись.

— Кузькин в двести тридцать первой, Варюхин в двести четырнадцатой, — величественно объявила секретарша.

Когда ребята вошли, трое людей за столами подняли голову.

— Вы к кому, мальчики? — спросил один из них, лысоватый полный человек.

— Нам бы Кузькина, — сказал Димка.

Валерка, совершенно потерявшийся в такой обстановке, дышал ему в затылок.

— Я Кузькин. По какому делу?

— Вы в совхоз «Октябрьский» ездили? — тяжело дыша, спросил Димка. Начиналось главное, а он почти потерял дар речи. Хоть бы Валерка не сопел за спиной.

— Ездил. А что?

— Бух-гал-тера дядю Костю там видели? — спросил Димка, стараясь не отрывать глаз от лица Кузькина и весь заливаясь краской.

— Бухгалтера? — размышлял человек. — Возможно, и видел. А какое это имеет отношение к вашему визиту?

— Не знаете его, нет? — допытывался Димка. За остальными столами заулыбались.

— Видите ли, — тоже улыбнулся Кузькин, — если вы спрашиваете, был ли я ему официально представлен, то нет. Я в основном был там по делам общественным.

Ребята, промычав нечленораздельно «до свидания», выскочили в коридор.

— Ну? — спросил Димка.

— Не буду больше ходить! — зло крикнул Валерка. — Разве так узнаешь?

— Струсил? — презрительно улыбаясь, сказал Димка. — Как вошел, так и струсил.

— Я струсил?

— А то кто?

— И-ди ты! — приближаясь, сказал Валерка.

Но раздались голоса: из соседней комнаты, оживленно разговаривая, вышли двое людей.

— Пошли к Варюхину, — шепнул Димка, — это близко.

Он решительно зашагал по коридору, покрытому дорожкой, и скоро с облегчением услышал за собой мягкий топоток Валерки.

Двести четырнадцатая была огромная комната, полная столов и людей.

Димка дошел до первого и спросил:

— Скажите, где Варюхин?

— Лука Фомич будет только во второй половине дня, — не отрываясь от бумаг, проговорила пожилая женщина в очках.

Они вышли из комнаты, сбежали вниз.

— Теперь в облпрофсовет! — решил Димка. Но Валерка упрямо отводил глаза. — Поехали! — Димка махнул в сторону подходившего троллейбуса. — Это на Чкалове.

— Иди один, — сказал Валерка, носком ботинка ковыряя асфальт. — Тебе это интересно, а мне — нет.

— Что? — нахмурился Димка. — Тебе на дядю Костю наплевать? Ну так ступай! — В ярости он ринулся с тротуара, чуть не попал под отчаянно завизжавшую тормозами «Волгу» и вскочил в троллейбус.

Валерка, которому и хотелось-то всего только отдохнуть, расстроился почти до слез. Теперь Димка сочтет его за слабака. Он же только хотел… Ох, как некрасиво получилось! Валерка даже руками прикрыл лицо. Предал друга! Как только стало чуть потяжелее, сразу оставил товарища в нелегком деле одного.

— Тетя, — он остановил женщину с хозяйственной сумкой, — как доехать до облпрофсовета?

— Вот на пятерке, — махнула рукой женщина. — Как раз до площади. Там во Дворце профсоюзов.

Во Дворец профсоюзов Валерка не пошел. Он справедливо рассудил, что в этом громадном здании он скорее потеряет, чем найдет Димку. Поэтому сел в сквере напротив и стал ждать. Сначала он решил подойти и все объяснить Димке, но это было неприятно. Лучше всего сидеть и следить. И потом, когда Димка выйдет, продолжать следить за ним. А перед тем, как он сядет в автобус на совхоз, показаться ему и с тем же автобусом доехать до дома. Чтоб Димка видел, что друг его не бросил, а вроде бы страховал, как в настоящем расследовании. Валерка вздохнул и, успокоенный, стал поглядывать в сторону входа во Дворец профсоюзов.

А в это время Димка стоял перед Аверкиным — невысоким седоватым человеком, недоуменно рассматривавшим его через стол.

— Какой Рогачев, — недовольным тонким голосом спрашивал Аверкин, — что это еще за разговоры? Почему я должен быть знаком с бухгалтером? Какое самоубийство? Ничего не понимаю, и вообще, кто тебе дал право мешать мне работать?

Димка пробкой вылетел из кабинета. Сбегая по ступеням, думал: после такого разговора Валерку на петле не затащить на остальные встречи.

Теперь он двинулся обратно в облисполком. Там был Варюхин и, как он выяснил у милиционера, в том же здании, но на этаж выше располагалась и плановая комиссия. Когда он садился в троллейбус, ему показалось, что среди толпы он видит Валерку. Но сколько он ни смотрел потом, среди пассажиров не было никого, даже отдаленно похожего на его дружка. «И черт с ним! — решил Димка. — Я-то думал, он правда друг. А оказалось, как чуть потруднее, враз хвост поджал. Больше даже разговаривать с ним не буду!» Но, несмотря на принятое решение, на сердце было тоскливо.

Понурив голову, он вошел в вестибюль облисполкома, поднялся на третий этаж. На двери табличка: «Плановая комиссия при областном Совете депутатов трудящихся». Он пошел вдоль коридора, читая таблички с фамилиями. В одной из комнат стоял невысокий светловолосый человек со спортивной выправкой.