Читаем без скачивания Схватка с оборотнем - Яков Наумов

— Закурить, случаем, не найдется? — спросил он, подходя.

— Прошу. — Климов протянул ему пачку сигарет.

— Вот спасибо, — прочувственно закивал мужчина и потянул из пачки сразу три сигареты: — Ничего?

— Можно, — разрешил Климов.

— Спасибо, — сказал подошедший. — Вы в Крайске как? Постоянно проживаете или временно?

— Временно, — поднял голову Климов, — но скоро буду жить постоянно.

— Имеете квартиру?

— Да, с телефоном и газом.

Они посмотрели друг на друга. Пароль был сказан.

— Пошли, — сказал мужчина в коричневом.

И Климов, вздохнув, встал. Вот она, встреча. Не так он ее себе представлял, но самое главное, что она произошла, значит, в коричневом наблюдал за ним. Он ведь и в прошлый раз был в сквере. Они зашагали по проходному двору, свернули в какой-то переулок и вышли на улицу.

— Как шеф? — спросил Климов.

— Увидишь, — сказал посланец. — Как там у вас?

— А у вас?

— У нас-то на мази.

Они шли, негромко перекидываясь словами, по проспекту, мимо с глухим ропотом шин проносились автомобили, автобусы; прохожих было немного.

— Скоро придем, — сообщил провожатый. — Шеф давно тебя ждет.

— Что же раньше не приходил в сквер?

— Проверяли. Мог быть хвост. Шеф у нас мужик с головой: пока не убедится, ни шагу навстречу не сделает.

На перекрестке провожатый Климова глянул на окна многоэтажного дома — в какие именно, Климов не смог заметить — и вдруг встал как вкопанный.

— Ты что? — спросил Климов.

— Погоди, — отмахнулся провожатый.

Он продолжал упорно смотреть куда-то вверх.

— Что-нибудь случилось? — спросил Климов.

— Вот чего, — повернулся к нему провожатый, — ты где устроился?

— Снял комнату.

— Ты пока поживи там. Адрес какой?

— Да в чем дело?

— А в том… Да погоди… Стой… я сейчас… — Он перебежал улицу, нырнул под арку и исчез.

Климов изумленно поглядел ему вслед, прислонился к железному барьеру, отгораживающему тротуар от улицы, и начал ждать.

Прошло минут пятнадцать. Провожатого не было. Климов с нарастающей тревогой обшарил глазами окна углового здания. На первом этаже все они были задвинуты занавесками. На втором жильцы меньше таились от улицы, порой видно было, как за раздвинутыми шторами мелькали лица. Выше предосторожностей было еще меньше. На четвертом этаже шторы в одном окне были сдвинуты в середину, собраны в жгут. Климов продолжал смотреть на них, сознавая, что провожатого уже не будет. Что-то случилось.

Прождав час, Климов повернулся и медленно побрел обратно. Произошло что-то такое, отчего его миссия лишалась значения.

В кабинет Скворецкого Луганов вошел быстрым и четким шагом и попросил разрешения доложить о ходе операции. Скворецкий кивнул, приглашая его высказаться.

— Товарищ полковник, мы вышли на след резидента. Оперативная группа ведет наблюдение. Кроме того, установлен дом, в котором находилась конспиративная квартира. Сама квартира еще не выяснена, но устанавливается.

— О всех новых сведениях тут же докладывайте, — кивнул полковник. — Как дела у Миронова?

— Непонятно, товарищ полковник. Постараюсь выяснить сразу после доклада.

— Товарищ полковник, — открыв дверь, спросила секретарша, — тут к вам по срочному делу…

— У меня с майором тоже срочные дела.

— Извините, товарищ полковник, но он по поводу убийства в совхозе «Октябрьский».

— Очень кстати, — отозвался Луганов, — это как раз по второй части моего доклада, товарищ полковник.

— Просите, — сказал Скворецкий.

Вошел веснушчатый рыжеватый мальчик лет тринадцати, с растерянным красным лицом.

— Ну, пионер, — ласково поощрил его Скворецкий, — докладывай, что там у тебя.

— Мне надо самого главного.

— Вот товарищ Скворецкий, полковник, самый главный у нас в управлении, — сказал Луганов. — Ты о чем нам хочешь сообщить?

— Прежде познакомимся, — перебил полковник. — Меня зовут Кирилл Петрович, майора — Василий Николаевич, а тебя?

— Меня — Валерка… Валерка Бутенко.

— Так о чем ты нам хотел сообщить, Валерий? — спросил Скворецкий. — Теперь мы знакомы, можно и поделиться секретами.

— Да какой секрет! — растерянно пробормотал Валерка. — Просто… — он всхлипнул, — просто они Димку убили!

— Кто «они»? — спросил Луганов.

— Они! Предатели! — крикнул Валерка и глухо зарыдал. Пока его утешали, пока отпаивали, Луганов вышел, чтобы узнать, как идет следствие в совхозе, и, когда вернулся, плачущий Валерка уже рассказывал:

— Я закричал, а тот сразу сгинул. Я даже не знаю куда. Я, видно, кричал так громко, что даже на шоссе услышали. Шоферы прибежали и какие-то прохожие…

— Так, — произнес полковник и пригладил волосы, — так… Что ж, Валерий, очень, очень жаль, что вы с Димкой такие неразумные. Вы разве не знали, куда идти?

— Да мы про-пробовали с милиционером по-о-го-ворпть, — опять заплакал Валерка, — а он нас прогнал!

— Где письмо Рогачева, о котором говорил?

— Оно у меня. Дома. Я у Димки вынул. Он его с собой возил…

— Василий Николаевич, — резко сказал Скворецкий, — немедленно поезжайте вместе с мальчиком к нему домой! Привезите письмо.

— Есть, товарищ полковник.

Луганов взял за руку Валерку и заспешил вниз. Машина уже ждала. Через полчаса были в совхозе.

Еще через полтора часа полковник, Миронов и Луганов сидели в номере гостиницы «Центральной».

— Итак, можно кое-что констатировать, — начал полковник, — ситуация несколько усложнилась.

— Что-то не сработало, Кирилл Петрович, — сказал Миронов. — Это я понимаю, но все еще не нашел ошибки…

— Подождите, Андрей Иванович, — перебил Скворецкий, — где-то была, возможно, допущена ошибка. Но мы не знаем, вы ли виновны или кто другой. Наконец, пока еще не установлено: ошибка это или случайность. Наконец, есть свои успехи и у нас. Давайте конкретнее разберемся, что же случилось. С одной стороны, мы ведем сейчас человека, причастного к деятельности резидента. По тому, что мы о нем уже знаем, едва ли он может быть резидентом. Но, во всяком случае, человек был от него. Таким образом, след взят. С другой стороны, неожиданно что-то произошло с самим резидентом, потому что была отменена встреча его с агентом, привезшим инструкцию и рацию, а это могло быть вследствие двух причин: или вы, Андрей Иванович, как Климов, чем-то себя дискредитировали и вам не поверили…

— Но чем?…

— Или, — продолжал полковник, глядя в упор своими черными глазами на Миронова, — произошло что-то настолько внезапное, что резидент вынужден был удрать, не дожидаясь связника, а это явление экстраординарное.

— Я склоняюсь к первой версии, — сказал Луганов, — вас, Андрей Иванович, мог подвести настоящий Климов… То есть и он, возможно, не Климов, но шел он к нам под этой фамилией… Он мог не сообщить каких-то дополнительных данных, в результате резидент, следивший за вами со стороны, заметил и понял, что вы не тот, за кого себя выдаете.

— Андрей Иванович, вам надо связаться с Центром, — сказал полковник, — похоже, пора кончать с конспирацией. Считайте, что Миронов в роли Климова свое дело сделал. Миронов может работать как Миронов. Думаю, вас, Андрей Иванович, полностью переключить на оперативную работу, а майор Луганов будет у нас заниматься не менее, если не более, важной задачей: убийствами в совхозе «Октябрьский». Полковник РОА Соколов — это важная птица. Согласны, товарищи?

— Согласны, — дружно ответили офицеры.

— На сегодня хватит. Завтра после связи с Центром оперативное совещание. Будем проводить его здесь.

— Центр переключает вас, Андрей Иванович на обычную работу, — сказал на следующий вечер Скворецкий, — так что вчерашний план остается в силе. Вы будете руководить в Крайске операцией по поимке резидента, майор Луганов полностью займется власовцем Соколовым. Сейчас давайте-ка представим картину в целом, изложим версии, которые у каждого возникли, и попробуем прийти к единому решению. Начинайте, Андрей Иванович.

Миронов встал.

— Две недели назад в Прибалтике был схвачен агент. Он сопротивлялся, пробовал отстреливаться, но пограничники взяли его невредимым. В числе предметов, бывших при Климове — так агент назвал себя, — оказалась вот эта рация. — Миронов отошел в угол комнаты и показал маленький чемоданчик с легко отскакивающей крышкой, внутри поблескивали лампы и переключатели передатчика. — Захваченный сообщил, что заброшен для связи с резидентом. Резидент у нас здесь давний, отлично законспирированный, и только недавно он начал свою деятельность всерьез. У него Климов не должен был задерживаться, его задача — передать рацию и инструкции. Инструкции были такие: собрать данные по пропускной способности железных дорог и авиалиний Крайского военного округа, завести знакомства в среде военных и военпредов и некоторых из них использовать в качестве агентов. Кроме того, Климов должен был доставить резиденту деньги. — Миронов поставил на стол чемодан: в нем были толстые пачки советских купюр, а под ними несколько пачек долларов. — Это на всякий случай, — пояснил Миронов. — У нас теперь тоже появились любители этих зелененьких бумажек, и резиденту они бы пригодились. Климов сообщил, что у резидента был дополнительный канал связи, но он не устраивал резидента, так как сведения через него передавались крайне медленно, а деньги вообще пересылать было опасно. О самом резиденте Климов не знал ничего. Никогда его прежде не встречал. Резидент был предупрежден, что после появления на троллейбусной остановке, угол улиц Ленина и Луначарского, объявления о продаже радиолы ВЭФ-радио, не бывшей в употреблении — эти слова подчеркнуты два раза, — его будут ждать в сквере за собором в течение трех дней: вторник следующей недели, четверга следующей недели и вторника второй недели. После неудачи трех свиданий встреча отменялась, и Климов должен был возвращаться обратно. Вот то немногое, что мы знали. По решению руководства я должен был стать Климовым, встретиться с резидентом и взять у него данные. Как видите, товарищи, этого сделать не удалось, — Миронов отер вспотевший лоб, — не удалось при крайне таинственных обстоятельствах.