без подсказок в этом не силен.
Я осознанно заранее настраиваю скептически, чтобы не разочаровываться в перспективном партнере. Отношения с мужиком, который в любой момент пригласит первую попавшуюся девицу на свидание, не выглядят прочными. Но для редких встреч контактик можно и сохранить.
И тот факт, что только вчера я возмущалась маме по телефону, что мужик измельчал и не отваживается знакомиться на улице или в барах, а только поедает глазами, я быстренько опускаю. Нельзя слишком рассчитывать, что из этого голого свидания что-то выйдет. Уж больно товарищ идеальный. Для меня идеальный. Что-то тут нечисто. Таких не бывает.
— Ты же дашь мне подсказки. Это в твоих интересах, — нагло улыбается он.
— И какое же это идеальное свидание, если я сама его спланирую? — удивляюсь я. — А где же тут приятный сюрприз? Элемент неожиданности?
— Я же не требую пошаговую инструкцию к действию, — продолжает мягко настаивать Сергей. — Опишешь мне, что совсем неприемлемо, а каких впечатлений ты наоборот ждешь. Разве тебе самой не любопытно, как я справлюсь?
— Любопытно, конечно, — почти сдаюсь я. — Допустим, я соглашусь. Если повезет, ты докажешь мне, что мужчины не безнадежны, и с удовольствием проведу время. А если не повезет?
— Ты в любой момент сможешь уехать домой, — пожимает Сергей плечами.
— Хм. И за этот гипотетически дивный вечер ты хочешь только одного. Чтобы я говорила правду. Я правильно тебя поняла?
— Да. Все верно. Схватываешь на лету, — смеется Сергей.
— А вдруг я тебя обману?
— А зачем тебе это? Но если хочешь, можем написать договор на салфетке, распишем все условия и будем их придерживаться, — предлагает он.
— Ха, договор на салфетке! У него нет юридической силы!
— Согласно статье 160 Гражданского Кодекса Российской Федерации, требований к качеству бумаги нет, только к содержанию документа.
— Да ты никак юрист? — вот кем работает наш очень занятой человек.
— Адвокат Сергей Никитин к вашим услугам, — веселится товарищ.
— Дарья Добрынина, — представляюсь я. — Из нас можно собрать целого богатыря!
— Решайся, Дарья Добрынина, — искушает он. — Завтра пожалеешь, если сегодня откажешься.
— Ладно, уболтал! Но если что, я знаю, как тебя зовут, и что ты знаком с Коршуновым, — строго говорю я, а у самой в груди поднимается неясное волнение. — Давай составлять твой договор!
Выцыганив у бармена ручку, мы склоняемся над салфеткой, чтобы внести все необходимые условия. После десяти минут препирательств, местами переходящими в яростные дебаты, документ готов. Уж не знаю, принял бы хоть один российский суд к рассмотрению жалобу в случае его нарушения, но Никитин уверенно утверждает, что все легитимно.
Шутка это или нет, но я подписывать не перечитав не стану. Пробегаюсь глазами по строчкам нашего общего труда. Сим договором Дарья Добрынина и Сергей Никитин закрепляют следующие обязательства: на протяжении всего свидания говорить только правду, откровенно отвечать на любые вопросы, даже неудобные, неприличные и весьма личные. Здесь, помнится, я впервые возразила, потому что сначала требование касалось только меня, но я без симметричных действий со стороны Сергея отказывалась в одно лицо трясти своим нижним бельем. Нет и точка. Никитину пришлось согласиться, что это не совсем справедливо, и теперь он тоже обязан правдиво отвечать на мои вопросы.
Далее указано, что я должна предоставить гражданину Никитину всю информацию, необходимую для качественного выполнения заказанных услуг. Смотрю на Сергея с жалостью: он даже шуточный договор без канцеляризмов придумать не может. На лицо профдеформация.
Со своей стороны, гражданин Никитин обязуется организовать праздничное мероприятие в соответствии с техническим заданием, изложенным в устной форме.
Вроде все так, но не доверяю я этим адвокатам. Тут запросто может быть двойное дно. Хитро прищуриваюсь на этого типа, который выглядит подозрительно довольным. Прямо руки потирает.
— Не вижу раздела со штрафными санкциями. Если свидание провалится, мы обговорили, как поступим. А если кто-то из нас соврет?
Сергей задумывается.
— Ну не деньгами же брать. Если кто-то решится соврать, то это автоматически испортит все. Думаю, лжец будет обязан выполнить желание другого.
— Откуда я знаю, что ты не загадаешь мне что-нибудь пошлое? — хмурюсь я.
— Ниоткуда, — безмятежно улыбается Никитин. — Но ты ведь не собираешься мне обманывать, не так ли?
Глядя в лицо, которое постепенно становится наглым совсем не в меру, предлагаю:
— Давай-ка допишем еще в этот договор, что ты не будешь распускать руки!
— Разве можно назвать вечер романтическим, если твой кавалер абсолютно к тебе холоден?
Сверлю его взглядом. Что за свидание задумал этот хитрый адвокат?
— Но принуждать ни к чему не буду! Помнишь? Мы договорились, что, если тебе что-то не понравится, ты можешь свалить в закат в любой момент.
И я сдаюсь. Подтягиваю салфетку и подписываю ее одним махом.
Не успеваю и глазом моргнуть, как Никитин выхватывает ее у меня и ставит рядом размашистую подпись, после чего, убирает импровизированный договор в портмоне, которое, как оказывается, у него тоже есть. И в нем тоже блестят фольгой презики.
Сныкав документ, Сергей залпом допивает свой виски и спрашивает:
— Вопрос первый: ты в чулках?
Глава шестая
— Ты до сих пор об этом думаешь? — поражаюсь я.
— Да, — честно отвечает Никитин. — С тех твоих слов я не перестаю думать об этом. Правда ли чулки? На поясе или на резинке? Какого цвета кружево? А трусики какого?
— Извращенец! — восхищаюсь я его наглостью.
— Самый что ни на есть нормальный мужик, — не соглашается он. — Ну так что? Отвечай скорее, я весь извелся!
— В чулках, — бурчу я.
— Подробнее, — требует Сергей, уставившись на мои коленки. Никак и впрямь рисует себе картинку в воображении. — Там было несколько вопросов.
— Черный прозрачные чулки с красным кружевом на резинке, без пояса, — докладываю я не без смущения. «Маргарита» заканчивает свое действие, и я теперь не такая смелая.
— Без пояса, значит, трусики легче снять, — кивает самому себе Никитин, продолжая пялиться на мои ноги.
Офигеть! Вот как, значит, работает мозг у мужчин!
Мы наряжаемся, а они прикидывают, как проще всего стянуть!
— Сережа, — ласково говорю я, и он мгновенно поднимает на меня взгляд. — Не пора ли перейти к главному блюду в меню.
Бегущей строкой в его глазах проходит информация, что конкретно он считает главным блюдом.
— К моему идеальному свиданию! А то мне уже кажется, что ты все это затеял, чтобы безнаказанно расспрашивать меня о белье.
— Я раскрыт! — смеется Сергей. — Хорошо, ты права. Расскажи мне, что тебя бесит во время свиданий.
— Тебе не адвокатом надо было становиться, а исповедником, — ишь ты, все ему расскажи.
— Увы, грешен. Сан мне не светит, — разводит руками грешник, а
