командовать своей дружиной самостоятельно, и командиры всех трех сотен находились в его непосредственном подчинении.
Я раньше была далека от военного дела, но теперь, находясь среди воинов, мне довелось приобщиться к специфической для меня, как для земной женщины, терминологии. Когда постоянно слышишь слова: сотня, дружина, клин, линия обороны – то начинаешь поневоле вникать в их смысл. Начала я запоминать такие понятия с первых дней, как мне довелось оказаться в этом мире, то есть еще задолго до попадания в войско вагров. Все воспринималось на местном общем языке, хотя в русском легко удавалось найти аналоги почти каждому термину, которые приходилось здесь слышать. И это не удивительно – земной кинематограф перенасыщен военной тематикой.
Еще при первых наших совместных трапезах я обратила внимание на необычное расположение Фангура за столом. Он сидел с двумя шаманами на одной из длинных лавок. Напротив, спиной к нам, располагались сотники. Логично было бы видеть вождя всех племен во главе стола, но там даже место не предусматривалось.
Когда мы подошли ближе, все степные воины, как обычно, привстали и поприветствовали нас кивком головы. Мы ответили тем же. Фангур каждый раз в таких ситуациях пристально смотрел мне в глаза, что вгоняло меня в краску. Остальные вагры, будь то приближенные вождя или простые бойцы, наоборот, завидев меня, старались отводить глаза в сторону. По мнению Сергея, это было проявлением особого уважения, но лишь отчасти. Они побаивались меня в буквальном смысле слова. Все началось после эксперимента с нишати, когда доброволец вагр, получивший от меня порцию этой субстанции, на откате стал каким-то уж совсем робким и старался всячески отгородиться от меня. Такой эффект спустя несколько часов прошел, но все запомнили необычное поведение своего соплеменника, и сделали соответствующие выводы.
– Рад приветствовать вас, друзья, Гай, Алия, Сергей, и особенно приятно видеть тебя, Лияна, во здравии, – Фангур расплылся в улыбке.
Вождь всех племен разговаривал на общем языке почти без того ужасного акцента, что прослеживался у основной массы вагров, но почему-то мое имя ему правильно произнести не получалось.
Несмотря на мучившие Лияну сомнения, она все же нашла в себе силы слегка преклонить голову в ответ на приветствие.
На широких деревянных подносах лежало жареное мясо в виде массивных узнаваемых частей техенов – у степняков, похоже, не принято разрезать их на мелкие куски во время приготовления. Когда орда переправлялась через Арагуйю, Фангур распорядился доставить в необитаемые земли небольшое стадо этих жвачных животных, отдаленно напоминающих нечто среднее между земными яками и коровами. Учитывая скудную фауну в этих горах, орду иным способом здесь не прокормить. Бóльшую часть стада уже съели, но нам много и не требовалось. Воинов, оставшихся к этому времени возле Аздабара, насчитывалось всего около трех сотен, и мы со дня на день все вместе должны были отправиться обратно на юг.
На столе также стояли специи, большие кружки со слабоалкогольным напитком и емкости поменьше с водой. Последняя предназначалась для нас девочек. Ту алкогольную бурду, что пили вагры, и к ним присоединялись Гай с Сергеем, я терпеть не могла и Лияне не советовала.
Больше на столе ничего не было, зато количество мяса поражало. Его бы вполне хватило человек на тридцать, и такое пиршество проходило по два раза на дню.
Степные жители предпочитали употреблять техенину немного недожаренной, что нам не очень подходило. Получив впоследствии мягкие намеки, дескать, не помешало бы выдерживать тушу на огне подольше, они быстро исправились, но все же у нас закрадывались подозрения, что на сторону стола вагров подавались менее прожаренные куски.
Еще в самом начале, как только мы обосновались с нашими новыми союзниками в Аздабаре, я осмелилась пожелать более нежной еды. Очень уж по нутру пришлись дикие утки, которые раньше готовил Гай. Вагры с готовностью принялись добывать эту дичь. Складывалось впечатление, что ради меня они готовы сделать все, лишь бы угодить. Однако в ближайшем водоеме, знакомой нам реке, проложившей себе русло к востоку от крепости, водились удавы, подобные атаковавшему нас много дней назад при выходе из подземелья. Для степных воинов эти рептилии тоже представляли угрозу. Здесь ползучие твари на обилии пернатых вырастали довольно крупными.
Ваграм все равно приходилось ходить к реке за водой, но одно дело зачерпнуть ее у берега, а другое – лазить по глубоким местам за утками. От меня пытались скрыть факт нападения змей, но через Гая все-таки удалось узнать про такие инциденты. После этого я сразу же отказалась от дичи. Еще не хватало подвергать опасности воинов из-за моих гастрономических пристрастий.
Глава 2. Недобрые вести
Когда мы заняли свои места за столом, все приступили к трапезе. Сотники только того и ждали, как всегда накинувшись на еду, будто их много дней морили голодом. Небось, мысленно ругали нас за медлительность, пока мы собирались и отбрасывали последние сомнения. Брутальные вагры были так поглощены едой, что совсем не смотрели по сторонам. А я-то думала, они будут восхищаться внешностью Лияны, и представляла, как понаблюдаю за их реакцией. Вот уж эти дикие мужланы! Они ничего не смыслят в красоте. Недаром у них еще сохранились клыки.
Какие же они огромные! И это неудивительно – командиры вагров часто превосходят размерами своих подчиненных, которые и сами обладают немалыми габаритами. Все же сейчас с нами элита их войска. В малую дружину вождя всех племен отбираются лучшие из лучших, а по сложившейся у вагров традиции чаще всего в таких случаях определяющим фактором является мышечная масса. Это я несколько утрирую. Конечно, любой воин должен обладать разными качествами, и ум среди них далеко не на последнем месте. Только у степняков почему-то разум и сила зачастую находятся в прямой зависимости.
Соответственно своим антропометрическим данным каждый сотник уплетал за один присест столько еды, сколько мне при том ритме, что мы прожили последние дни, хватило бы минимум на полтора десятка дней.
На нашей части стола все бы выглядело куда культурнее, если бы идиллию не нарушал Гай. Он подобно ваграм набрасывался на еду, даже позабыв про свою бороду. В результате после трапезы ему приходилось ее подолгу отмывать.
– Вчера ушел к переправе последний отряд орды, – нарушил тишину Фангур. – Здесь осталась лишь моя личная дружина. Если Лияна уже в состоянии перенести долгое путешествие, то можем завтра отправляться и все мы. Наконец каждый из нас вернется в свои земли, а уважаемые представители див и чудей смогут поведать своим соплеменникам обо всем, что произошло в этих
