собой растянулись в улыбке. Кев в своем стиле. Все еще тихонько посмеиваясь, я напечатала ответ:
«Привет, Кев) Что, если в 13:00? Сможешь? Рада, что ты приедешь».
Ответ прилетел незамедлительно:
«В 13:00 буду у тебя. До завтра. Дедушке привет».
Я заметно повеселела. Сначала Рыжик, теперь вот предстоящая встреча с Кевином… Выходные обещали быть приятными. Все-таки хорошо, что дедушка договорился с Магдой, – я смогу отдохнуть и поболтать с другом.
С Кевином мы дружим вот уже несколько лет. С тех самых пор, как три года назад он переехал в Варшаву из Штатов и попал в мой класс. Его папа вечно рассказывал на работе, что его предки родом из Польши, поэтому, когда у компании открылся филиал в Варшаве, вопросов, кого именно отправить в новый офис, у руководства не возникло. Не сказать, что семья Кева была в восторге от этой идеи, но отступать было поздно. Так они и оказались в Польше.
Сейчас Кев учится на ветеринара в Кракове. Ему все-таки удалось отстоять свой выбор, несмотря на серьезный скандал с родителями, которые рассчитывали, что их сын станет «настоящим» доктором. А я вот ничуть не удивилась, когда узнала, на какой факультет поступил Кев. Спасать животных – его призвание, в этом я не сомневалась ни на мгновение. Еще в школе он постоянно помогал в приютах для животных, а иногда даже умудрялся тайком проносить больных котят или щенков домой и лечить их. Представляю, что бы устроила миссис Кларк, узнай она об этом.
Наверное, у каждого есть такой человек, рядом с которым чувствуешь себя дома – где бы ты ни находился в настоящий момент. Для меня таким человеком был Кев. С ним я могу быть настоящей, могу быть собой, даже если понятия не имею, какая я на самом деле. С ним я готова искать себя, потому что знаю: меня всегда поймут. В общем, Кев – мой лучший друг.
Мне всегда становилось легче на душе лишь от одного вида его вечно взлохмаченной зеленой шевелюры. Цвет его волос иногда напоминает листву на кусте сирени или хвою, а порой (если с красителем что-то пошло не так) – морскую волну. Мне больше нравится оттенок листвы. А его улыбка… В ней определенно есть какая-то магия. Когда он улыбается, невозможно не улыбнуться в ответ. Работает даже на угрюмых кассирах – сколько раз проверяли.
Вот поэтому сообщение от Кева стало бризом из прошлой жизни, принесшим с собой ворох воспоминаний. Веселых, теплых, искрящихся, словно солнечные блики на поверхности воды, но одновременно и тех, что причиняли боль и заставляли сердце сжиматься от тоски по родному городу и людям, которые меня с ним связывали.
Вообще-то Кев никогда не любил гаджеты (они, кстати, отвечали ему взаимностью) и писал мне редко, предпочитая живое общение. А с моим переездом и его постоянной учебой количество этого общения заметно сократилось. Тем ценнее была предстоящая встреча.
Ход моих размышлений прервала настойчивая вибрация мобильника. Агнешка снова решила напомнить о себе. Она не в состоянии пережить, когда ее игнорируют, даже если это всего лишь чат в мессенджере.
– Пригласила?
– ?
– ?
– ?
Я только хмыкнула и поспешила напечатать ответ, пока подруга не прислала мне еще парочку вопросительных знаков:
– Пока нет. Не успела.
– Смотри у меня. Я слежу за тобой.
Я отправила ей смайлик, отложила телефон и наконец-то включила сериал. Рыжик устроился у меня под боком и довольно замурчал. Я чесала кота за ухом, а мои мысли витали далеко-далеко. Сконцентрироваться на происходящем на экране никак не удавалось. Через несколько минут я со вздохом выключила ноутбук и поднялась с кровати. Отыскала в шкафу теплую кофту и плед, захватила блокнот и вышла на балкон. Кот недовольно мяукнул вслед, явно не одобряя мои действия.
Включив внешний свет, я закуталась в плед, поудобнее устроилась на стуле, посмотрела на небо и действительно залюбовалась луной. Полнолуние. Может, Райденн астроном? Поэтому и выходит по ночам и ведет странные разговоры о небесных телах.
Меня так развеселила эта мысль, что я даже рассмеялась. В моей голове астрономы выглядели совсем не так, как наш постоялец. А впрочем, может, это всего лишь стереотип? В конце концов, за всю жизнь я видела не так уж много астрономов. Если совсем уж честно, то единственный знакомый мне человек, связанный с этой наукой, – это пан Квятковски, который преподавал у нас в старших классах. Сухонький дедушка с очками, сдвинутыми на кончик острого носа, напоминал Райденна столь же мало, сколь Рыжик – тигра.
Я улыбалась, думала о Райденне, а руки, будто сами собой, наносили размашистые штрихи на бумагу. Уже через несколько минут со страниц блокнота на меня смотрел парень с угловатой челюстью, бровями вразлет и пронзительным взглядом. Впервые на моей памяти кто-то настолько сильно меня заинтересовал.
– МЯУ-У-У! – вдруг раздалось позади меня, а в следующий миг Рыжик уже запрыгнул на стол и уселся пятой точкой прямо на набросок, чем вполне доступно донес до моего сведения степень своего возмущения.
– Бросила тебя, да? Ну, прости, мой хороший. Мне нужно было немножко подышать. Ты же меня простишь? – обратилась я к коту, почесывая его за ушком.
– Мяу, – отозвался он уже не столь категорично.
Интересно, что сказал бы дедушка, если бы узнал, что я разговариваю с котом? Я уже молчу о том, что иногда мне в самом деле казалось, что Рыжик меня прекрасно понимает.
Я сидела в тишине, продолжая поглаживать кота и отрешенно наблюдать за звездами, смутно различимыми силуэтами гор и мерным покачиванием сосен на ветру. Мысли мои, казалось, двигались с ними в такт. На меня наползала дрема. По-хорошему мне стоило пойти в номер – самое время ложиться спать. Но было так уютно и лениво, что я упорно продолжала сидеть на месте и уговаривать себя, что вот еще пять минуточек – и точно пойду.
Громкий лязг, раздавшийся откуда-то снизу, заставил меня встрепенуться. Должно быть, кто-то случайно задел мусорный бак. Отвлеченная этим мелким происшествием, я не сразу заметила, что Рыжик напрягся и, точно собака, навострил уши, прислушиваясь к ночным звукам. Секунды промедления обошлись мне дорого: кот сорвался с места и резво запрыгнул на соседний балкон, заставив меня замереть от ужаса. Вздох облегчения оборвался тревожным всхлипом – кот прыгнул снова, оказавшись уже через один балкон от меня.
– Рыжик! – яростным шепотом окликнула я его.
Позвала бы громче, но боялась перебудить пол-отеля. Впрочем, я даже не сомневалась, что этот пушистый бандит прекрасно меня слышал. Игнорируя мои оклики, он забрался в открытое окно. «Черт! Черт! Черт» – зашипела я. Представляю, что сейчас начнется! Чей
