— Ну же, Эйс. — Он постучал по двери ванной комнаты. — Давай устроим наш день завтра. Поедем к тете Молли, и ты покатаешься на Счастливчике.
Эйс просто обожала Счастливчика — шетландского пони, которого тетя Молли подарила ей на прошлое Рождество.
Но сегодня не сработало даже это. Из-за закрытой двери доносились только всхлипывания.
Нейт знал, что ему следовало сделать, и это было действительно серьезным испытанием его родительских чувств.
— Может быть, — начал он, надеясь, что какое-нибудь чудо — землетрясение, например, — помешает ему закончить предложение, — раз уж это наш день, я мог бы пройтись по магазинам вместе с вами.
Землетрясения не произошло. Загнанный в угол, мужчина закончил предложение без какого-либо вмешательства со стороны Вселенной, которая, кажется, была не за него.
Тишина. Скрип открывшейся двери. Влажные карие глаза Эйс смотрели на него. На ее ресницах еще виднелись слезы.
— Правда, папочка? — прошептала она.
Нейт скорее согласился бы раздеться догола, вымазаться кленовым сиропом и в таком виде пересечь город, чем идти за покупками с Эйс и ее поразительно разумной учительницей.
Но он проглотил готовые сорваться с языка слова и сделал то, что должен был, желая только, чтобы Морган, которая с такой уверенностью критиковала его отцовские таланты, оказалась здесь и увидела, как он ведет себя.
— Конечно, — сказал он нарочито небрежным голосом. — Я схожу с вами.
Чувствуя себя как человек, которого поймали у ворот тюрьмы, чтобы вернуть обратно, Нейт опустил конверт с деньгами в карман.
— Папа, ты уверен? — недоверчиво переспросила Эйс. Она знала, как он ненавидел магазины.
— Я тоже не хочу пропускать наш день, — уверил он ее.
Нейт просчитывал варианты: может, это и не так долго. Поездка в единственный торговый центр в Кентербери, отдел одежды для девочек, покупка нескольких костюмов — в розовых тонах, пожалуй, — запихнуть это все в пакет и вернуться обратно. И еще он надеялся на то, что в торговом центре никого не будет. Ему совсем не хотелось, чтобы по городу поползли слухи о нем и учительнице.
Ему пришло в голову, что, при некотором везении, они еще могли успеть на показ автомобилей. Наверное, радость отчетливо отразилась на его лице, потому что Эйс выскочила из ванной и обхватила его тонкими ручками.
— Папочка, — сказала она с той легкой хрипотцой, за которую и получила прозвище, и поглядела на него с обожанием, которого Нейт не заслуживал, — я люблю тебя.
Эйс спасла его также от объяснений с мисс Морган Мак-Гир — девочка первой бросилась открывать дверь, когда раздался звонок.
Одетая в то, что она называла своим лучшим костюмом — заношенные розовые джинсы и выцветшая футболка, — Эйс распахнула дверь.
— Миссис Мак-Гир! — закричала она. — Мой папа тоже поедет! Он пойдет за покупками вместе с нами.
И девочка от полноты чувств заскакала на одной ножке, а Морган проскользнула в дверь. Нейт неожиданно осознал, что порядок в его доме сложно назвать образцовым, и его раздражало то, что он заметил это. Он изо всех сил сопротивлялся порыву заткнуть под кушетку пару рабочих носков, забытых на полу. Морган была учительницей — и Нейт чувствовал, словно ему выставляют оценку: за брошенные на кофейном столике газеты, за тонкий слой пыли на всем вокруг, за одежду из прачечной, наваленную на ручку кушетки...
Возле любимой игровой площадки Эйс — у камина — валялась целая куча полураздетых кукол, облысевшая плюшевая собака и конструктор.
Но, стараясь не показывать то, что его волнует мнение Морган Мак-Гир о его квартире, Нейт прислонился к двери гостиной и засунул руки в карманы джинсов.
Однако Морган была так ошеломлена известием о том, что Нейт поедет с ними, что не заметила беспорядка. И она покраснела.
Нейт был удивлен и очарован, помимо своей воли, тем, что она смущается из-за такой ерунды, как поездка в торговый центр с шестилетней девочкой и ее отцом, который ничего не смыслит в моде.
Молоденькая учительница была такой привлекательной, какой он ее запомнил — и даже еще привлекательнее с румянцем на щеках.
— Я удивлена, что вы решили присоединиться к нам, — сказала Морган, вздергивая подбородок. — Мне показалось, вы ясно высказались насчет вашего отношения к магазинам.
Он пожал плечами, наслаждаясь ее неудовольствием, которое почти скрасило его отвращение к походу за покупками. Почти.
— Я подумала, мы можем поехать в Гринвилль, — предложила Морган, звеня ключами от машины.
Почему ему доставляло такое удовольствие смущение учительницы? И как можно быть довольным и раздраженным в одно и то же время? Поездка в Гринвилль займет целый день!
— А я думал, мы поедем к Финнигану, здесь, в Кентербери.
И почему в этот раз предложение поехать к Счастливчику не подействовало на Эйс?
— К Финнигану? — спросила Морган. — Кхм.
Так можно было бы отреагировать на попытку продавца в рыбном магазине всучить протухшую треску.
— Там не очень большой выбор, — заметила она.
— Но до Гринвилля ехать целых полтора часа! — запротестовал он.
К тому времени, как они туда доберутся, уже будет пора перекусить. А потом еще за покупками... Автомобильное шоу таяло прямо на глазах.
Ланч с учительницей? Его жизнь, такая однообразная после смерти Синди, разлетелась на осколки и стала намного более запутанной.
— Это ближайший нормальный торговый центр, — ответила Морган, и Нейт понял, что она может переупрямить кого угодно — возможно, даже его. Об этом говорили и ее настойчивые послания из школы. — Там мы купим самые лучшие наряды.
— Самые лучшие. — Эйс выдохнула. — А мы можем зайти в «Шоу-Кэйв»? Там Бренде Уэстон купили зимнюю куртку с белым мехом.
Нейт с удивлением посмотрел на дочь. Оказывается, она знала название магазина в Гринвилле и интересовалась куртками с белым мехом.
— Придется подчиниться, — пробормотал он, хотя слово «подчинение» совершенно исчезло из его лексикона за последние два года.
— Простите? — переспросила Морган.
— Говорю, поехали.
Однако, увидев машину, Нейт в очередной раз пожалел о своем решении. Это была маленькая машинка, в которой он при всем своем желании не мог удобно разместиться. А до Гринвилля целых полтора часа.
И даже если он решил подчиниться, он не собирался добавлять к своим мучениям еще одно.
— Машинки на карусели и то больше по размеру, — пробормотал он. — Лучше поедем на моей.
В самой мисс Морган Мак-Гир было что-то напоминавшее о пытках. Это заставляло его думать, что часть его души, мертвая уже два года, способна ожить.
