не успев сообразить, на автопилоте резко повернул руль влево от кошки и подставил свой бок под удар объезжающей его на большой скорости машины, отчего шедевр Борика отскочил в другую сторону и на полном ходу боднул толстое, мощное основание трубы фонаря уличного освещения…
Очнулся Борик в больничной палате только через несколько дней и узнал от врачей весьма приятные новости о том, что он только немного порезан в трёх местах, о чём свидетельствовали несколько швов на лбу и на щеке; что его нос, собранный из нескольких лоскутков, стал даже красивее, чем был – хоть на выставку; что вылетевшие два передних зуба – это вовсе не такая уж большая потеря, о которой можно жалеть – челюстной хирург предложит тебе сто вариантов прикручивания в челюсть современных ослепительно белых зубов, которые сразу омолодят тебя на несколько лет. А ещё от врачей Борик узнал, что, оказывается, ключица его и раньше была сломана, и что даже не стоит об этом упоминать, потому что опять заживёт, как и в молодости. Согласитесь, всё это было довольно приятно слышать от внимательного травматолога в белом халате. Тот факт, что грудная клетка у Борика от удара в рулевую колонку стала немного меньше в результате хирургического вмешательства посредством вырезания части легких, врачи предпочли промолчать из чисто этических соображений, чтобы не сильно радовать пациента информацией о желанной потере веса, равного двумстам пятидесяти граммам. Эти приятные новости об остатках своего физического состояния, Борик выслушал, как и всегда он это делал, с улыбкой и как будто даже радовался тому, что попал в аварию, и что остался в живых. Но самое приятное было в другом.
Самый приятный сюрприз Борику преподнесла служба «Горсвета». Вместо того, чтобы предъявить иск по полной, «Горсвет» скромно нарисовал ему сумму, только два раза превышающую стоимость фонаря и затрат на его замену, – и ни копейки за моральные страдания работников городской службы освещения. Повезло Борику. Очень повезло. Тем более, что оплатила все эти счета жена его, Лора.
Кстати, а Лоре. Хорошей она оказалась женой, о чём мы и не догадывались, когда знакомились с ней. А познакомились мы с ней в весьма любопытных обстоятельствах. Давайте, коротко расскажу об этом.
Была зима. Мы только что сдали госэкзамены, но ещё не приступали к работе над дипломными проектами. Гуляли. Расслаблялись. Я уже не помню, как появилась Лора в нашей студенческой комнате, но покинуть нас она явно не спешила. В четырёхместном студенческом келье она по очереди арендовала на ночь наши кровати, при этом с удовольствием расплачиваясь с арендатором лаской и вниманием всю ночь, пока у него хватало сил и желания, попутно хваля своего благодетеля за его темперамент и могучую мужскую силу. Днём же она умудрялась ещё и есть приготовить, убраться в нашем жилище и даже в магазин сходить за покупками за свой счёт.
Следующая ночь всё повторялась уже с другим арендатором половину панцирной кровати. Так жила она у нас недели две или три, как потом незаметно, как и появилась, исчезла. Вновь появилась она внезапно только летом, под самую компанию защиты диплома нашей группой, и появилась уже не одна, а с внушительно выставленным вперёд животом и с папашей, – мужиком весьма солидным, крепким в словах и намерениях, который сразу известил нас, что он как минимум искалечит Борика, если он откажется жениться. Почему Борика, подумали мы: в аренду ведь давали кровати мы все. А потому, оказалось, что Лора только его и запомнила, и указала, что только он является отцом ещё не родившегося человека.
Борик не отказался. Он по обыкновения посмеялся, выслушав сурового папашу, и сразу согласился стать отцом, тем более что суровый папаша Лоры обещал свадьбу им сыграть за собственные кровные сбережения, освободив Борика и от дальнейшего поиска жилья для молодой семьи. А почему бы и нет! Лора девочка весьма даже привлекательная, хотя и несколько наивная, и безобидное кроткое существо, которое совсем не претендует на роль Эмансипе. Жить с такой женщиной, как показало время, оказалось совсем не трудно и даже комфортно, о чём свидетельствовало и наличие у них троих детей. Когда же Борик в очередной раз попал, она чартерными рейсами в соседние города и республики снабжала их товарами из братской Белоруссии и тем самым быстро собрала нужную сумму для жизни и радости от покупок. Из рассказа Борика я понял, что она такая же весёлая и не конфликтная, как и в молодости, а ещё с годами стала довольно хозяйственной женщиной и внимательной любящей женой. А мы, его подельники, тихо, но издевательски хихикали над ним тогда, когда он согласился взять в жёны брюхатую неизвестно от кого наивную девушку. А зря, как оказалось. Дай бог каждому такую жену. Это я несколько слов о Лоре, чтобы иметь общее представление об окружении Борика. Возвращаемся, однако, к нему самому.
Все долги Борика перед «Горсветом», как мы уже знаем, оплатила Лора, а сам Борик, смеясь и радуясь тому, что числится ещё в живых, быстро пошёл на поправку.
После выписки из больницы Борик на некоторое время перестал тратить семейный бюджет на свою очередную бизнес-идею и потихоньку восстанавливался в своём гараже, окунувшись в мазутную стихию, выполняя работы по мелкому ремонту двигателей. Лора тем временем расширила географию поставок, вследствие чего торговый оборот её резко пошёл вверх и она втянула в свой бизнес уже повзрослевших дочерей, а сына, самого младшего в семье, поручила Борику, доверив ему не только воспитание, но и контроль за учёбой и поведением наследника, дабы тот не осрамил почтенных родителей каким-нибудь недостойным проступком.
Дочери же Борика на славу вышли разумными и жизнеспособными созданиями, вынужденными, как и мать их, самим строить свою судьбу, безо всякой надежды на мужчин как таковых, а на отца, – тем более. Особенно выделялась в семье старшая дочь: она была красива, статна, не по годам умна и весьма целенаправленна. «Ну ещё бы! – шутили мы иногда за спиной Борика. – Плод коллективного труда!»
С годами люди вроде как утихают, становятся размеренными, спокойными в мыслях, движениях и поступках, и эти определения подходят к нормальным, по нашим, обычных людей, понятиям, но только не к Борику. Борик не был нормальным, он был бешенным. В мыслях, поступках, движениях; и никак не собирался не то, чтобы стареть, а даже повзрослеть не думал ни на йоту! Такой же быстрый, шустрый, молодой и, несмотря на многочисленные записи в медицинской книжке, весёлый и полон грандиозных жизненных планов как минимум на две
