Я проверяю ленту Facebook, когда он снова начинает болтать. Мой палец замирает на фото. Моя подруга Софи только что разместила снимок со дня благодарения, на котором она со своим новым парнем. Эти двое кажутся до ужаса милыми. Надо посмотреть, что еще она запостила на этой неделе. Я кликаю на ее профайл, но успеваю просмотреть лишь пару постов, потому что через секунду мой телефон вырывают у меня из рук и суют в нагрудный карман пиджака.
– Это мой телефон.
– А это моя машина.
– И что?
– Мы знакомимся друг с другом, а ты ведешь себя грубо.
Этот парень псих? Я смотрю на его карман и решаю, что пока он за рулем, эта затея проиграна. Вздыхая, я складываю руки на коленях и слежу за дорогой.
– И мы не знакомимся друг с другом. Ты подвозишь меня домой, конец истории. – Я поднимаю палец и жестикулирую.
– Вернемся к моему вопросу. Ты берегла себя для Финна? – Он наклоняет голову в моем направлении и подмигивает.
Он серьезно спрашивает девственница ли я?
– Мне двадцать два, мудак. Я практикуюсь для Финна, а не берегу себя для него.
На его лице появляется намек на ухмылку, от чего мне реально хочется ему врезать, или же посмотреть с ним пару порно-роликов. Не уверена какой из вариантов меня интересует больше, и это немного смущает. Мне бы хотелось, чтобы он не был столь привлекательным. Тогда бы его было проще игнорировать.
Парень проводит рукой по подбородку. Думаю, он пытается стереть ухмылку со своего раздражающего лица.
– Рад это слышать, Эверли, рад это слышать.
– Правда? – Меня не волнует, что он думает о моей половой жизни. Мой вопрос скорее построен на сарказме. – Думаю, странно, что тебя интересует моя сексуальная жизнь, и грубо, что ты вообще о ней заговорил. – Вот так.
Он кивает.
– Я рад, что ты оценишь то, что получишь.
– Что?
– Рад, что ты оценишь меня.
Я наклоняюсь к окну и гляжу на него.
– Я тоже практикуюсь, – продолжает он.
– Намного дольше моего, – перебиваю я.
Он усмехается.
– Верно. Я практикуюсь дольше тебя, и рад, что твои познания имеют под собой основу, чтобы полноценно оценить меня.
– Основу. – Я поворачиваюсь на сидении так, что могу поджать под себя левую ногу. – Основа – это так мы теперь называем мой сексуальный опыт?
Он пожимает плечами.
– Ага. Ты же не хочешь назвать мне их имена. Так что мы будем отталкиваться от этой самой основы. Хочешь обсудить какие-то особые моменты? – Он проводит рукой по лицу, пока я подтягиваю правую ногу на сиденье, устраиваясь покомфортнее.
– То есть ты думаешь, что лучше меня?
– Да.
– Самоуверенно.
– Уверенно.
Я поднимаю руку.
– Итак, ты рад, что я занимаюсь сексом с другими мужчинами. Но лишь потому, что думаешь, будто в какой-то момент мы с тобой переспим, и ты сразишь меня своими безумными сексуальными навыками?
– Занималась.
Я вопросительно поднимаю бровь.
– Я рад, что ты занималась сексом с другими мужчинами. В прошедшем времени. – Он бросает взгляд в зеркало заднего вида и перестраивается в другую полосу. Я же гляжу на его профиль, пока авто маневрирует между другими машинами. Он уверен в себе, надо отдать ему должное. С того момента, как мы познакомились, около часа назад, он ни на секунду не прекращал источать уверенность. – И ты не на много моложе меня.
– На много.
Он сердито смотрит на меня.
– Я на четыре года старше Финна. Невелика разница.
Я пожимаю плечами.
– Итак, ты моложе меня. И я рад, что ты не станешь удивляться разнице между нами. А тебе с ней непременно придется столкнуться. Ну знаешь, когда я возьмусь за тебя.
Понимаете, что я имею в виду под уверенностью?
Восьмая глава
Три года назадЯ осматриваю катастрофу, что зовется моей новой комнатой в общежитии университета Пенсильвании. Половина моей одежды лежит на расстеленной кровати. Мой стол усыпан туалетными принадлежностями. Сумки с вещами покрывают пол. Но мини-холодильник уже подключен. А это хорошее начало.
– Ты уверена, что не хочешь, чтобы мы остались и помогли тебе распаковать вещи? – Мама смотрит на всю эту свалку, хмурясь. – Я по крайней мере могла бы найти белье и застелить постель.
– Хелен, пойдем. Нам еще ехать домой. Эверли начнет сердится, если ты не отцепишься от нее. – Папа обнимает меня за плечи и целует в лоб. – Она лишь в трех часа езды от дома, дорогая.
Моя мама улыбается и обнимает меня.
– Мы так гордимся тобой, Эверли.
– Знаю, мам.
Папа подмигивает мне, стоя в дверном проеме. Маме сложно смириться с мыслью, что ее гнездышко опустело. Папа думает, что все в норме и просто планирует сюрприз в виде поездки в Париж, надеясь ее тем самым отвлечь. Они улетают завтра вечером. Он собирается принести ей свежие круасаны на завтрак и сказать, чтобы она собирала сумки. Мои родители очаровательны. Идеальные, я бы сказала.
Они родили моего брата всего через пару лет, после окончания колледжа, а меня через восемь лет после него, так что они все еще молоды. Ну, молоды, как для родителей, у которых уже столь взрослые дети. Они оба отпраздновали свои пятидесятые дни рождения в течение моего последнего года в школе, к тому же они здоровые и активные люди. Я унаследовала свои темные волосы от мамы. У нее они короче, чем у меня, но того же шоколадного оттенка. Папа стал немного седеть, но его волосы и так были светлее, чем наши. Хотя седина делает его утонченным. Они легко могли бы сойти за родителей школьника, вместо родителей восемнадцатилетней дочери и двадцати шести летнего сына.
Я чувствую тоску по дому, когда обнимаю их на прощание, и это меня удивляет. Я была так сосредоточена на поступлении в Пенн, став заложником своего собственного будущего, что даже не задумывалась о том, каково будет покинуть дом. Это глупо. Я в трех часах езды от дома. Уверена, они вернутся через несколько недель, чтобы мы могли вместе пообедать. Но тем не менее, вот этот момент. Я больше никогда не буду жить в их доме в качестве ребенка.
Они уходят, и я остаюсь посреди этой катастрофы. Сторона комнаты, которая принадлежит Хлое, в идеальном естественном состоянии. Она переехала сегодня утром, но ее вещи уже распакованы и нигде не видно ни одной коробки. Я плюхаюсь на ее застеленную кровать и открываю новое сообщение к Финну.
Впервые у меня есть его номер. Эрик выслал его на прошлой неделе.
Эверли, это номер Финна. Если тебя арестуют, используй его.
Ха, ха, – ответила я.
