– как процессор в компьютере. Структуры этого блока поддерживают баланс процессов возбуждения и торможения в нервной системе.
– 2-й блок отвечает за прием, переработку и хранение информации – это своего рода диск D.
– 3-й блок регулирует психическую деятельность, поведение человека. Его можно сравнить с диском C – местом, где хранятся программы.
Исследования показали: у детей с СДВГ объем головного мозга примерно на 5 % меньше, чем у их здоровых сверстников (6). Но сразу отметим: с уровнем интеллекта это никак не связано.
Вы спрóсите: какие части мозга меньше у детей с СДВГ? Прежде всего это лобные доли, а точнее, их передние части – префронтальная кора. У человека с СДВГ активность лобных областей мозга меньше, чем у здоровых людей.
Созревание головного мозга у детей с СДВГ отстает на 2–3 года, и особенно это касается все тех же лобных областей. К концу подросткового возраста объем мозга у людей с СДВГ становится таким же, как у здоровых сверстников, но его функционирование может быть недостаточным (7).
Мы уже сказали, что детей с СДВГ отличает меньшая, чем у сверстников, префронтальная кора. Это третий блок мозга, его «диск С». Она контролирует наши импульсы, управляет вниманием, усиливает мотивацию. Эта область «решает», что для нас нужно или необходимо, а что вредно или бесполезно. Префронтальная кора позволяет нам планировать и предвидеть, а еще она фильтрует сигналы, которые поступают из нижних отделов мозга.
Социальный психолог Рой Баумейстер описал эксперимент, в ходе которого обезьян кормили один раз в день, позволяли во время кормежки брать сколько угодно еды, но они так и не научились сохранять пищу впрок. Наедаясь досыта, подопытные переставали обращать внимания на остатки трапезы или просто играли с едой. По утрам обезьяны голодали, но им даже в голову не приходило отложить часть сытного обеда, чтобы вечером или утром съесть припасы.
В отличие от обезьян, человек может планировать – именно благодаря префронтальной коре. Однако людям, получившим серьезную травму или инсульт в этой области, свойственно так называемое «лобное поведение». Они расторможенны, неаккуратны, агрессивны; плохо контролируют свои импульсы, а поэтому гиперсексуальны[6]. Помните эпизоды из фильмов, когда в реанимации старичок, оплетенный проводами и катетерами, вдруг щиплет медсестру за аппетитно выступающие части тела? Окружающие улыбаются: «А он-то еще о-го-го!» На самом деле смешного тут мало. У пациента повреждена префронтальная кора, и в данный момент его мозг требует быстрого удовольствия. Лобные доли особенно тесно связаны с подкорковыми ядрами, которые во многом контролируют двигательную активность.
Почему же при слабой работе мозговых структур возникает гиперактивность? Представим дорожную развязку, на которой нет регулировщика. Водители не знают, что делать: кто-то несется вперед, кто-то, наоборот, останавливается. В результате – пробки и аварии. А еще – множество невыносимо громких автомобильных гудков. В головном мозге роль такого регулировщика исполняет как раз префронтальная кора. И если она не справляется со своими задачами, то мозг превращается в забитый перекресток, переполненный множеством чувств, желаний, импульсов и мыслей, и в результате человек не может сосредоточиться.
Среди пациентов и некоторых врачей бытует мнение, что СДВГ возникает из-за травмы шейного отдела позвоночника при родах. Но, как видите, он здесь ни при чем.
Без руля и тормозов
Нейропсихолог Рассел А. Баркли приводит следующую метафору: «Ребенок с СДВГ – это как прекрасная машина, но без руля и тормозов». Проблемы с контролем поведения у таких детей во многом связаны с нарушением управляющих функций мозга. Эти функции можно также сравнить с дирижером, который управляет оркестром. Представьте себе, как зазвучит оркестр без дирижера!
Управляющие функции делятся на четыре типа:
1) когнитивные функции – отвечают за контроль, планирование, целенаправленность действий;
2) поведенческая саморегуляция – связана с эмоциональным подкреплением;
3) активация – обеспечивает инициативу;
4) метакогнитивные процессы – это знания человека о своих познавательных способностях и их контроле.
Важная составляющая управляющих функций – контроль импульсов. Автор этого понятия профессор психологии Мэри Ротбарт описывала его как «способность тормозить доминирующую реакцию и/или активировать субдоминирующую, планировать и находить ошибки».
Как это работает? Представьте, что в жаркий день вам хочется съесть эскимо. Вы купили его, раскрыли упаковку и – сработала доминирующая реакция – хотите откусить большой кусок. Но поняли, что может заболеть горло, и затормозили эту реакцию: пускай мороженое немного подтает. Субдоминирующая реакция в данном случае – это положить мороженое на блюдце и дать ему немного подтаять. Это и есть контроль импульсов. Он не только позволяет тормозить или активировать внимание и поведение, но также помогает сосредотачиваться, запоминать правила и следовать им, строить долговременные планы.
А еще управляющие функции могут быть «холодными» и «горячими». «Холодные» помогают контролировать когнитивные процессы (например, куда направить внимание), а «горячие» важны для контроля эмоций.
По мнению уже упомянутого нами нейропсихолога Рассела А. Баркли, при СДВГ нарушаются три управляющие функции: тормозной контроль, рабочая память и когнитивная гибкость. Для чего нужна каждая из них? Тормозной контроль влияет на самообладание; рабочая память определяет последовательность решения конкретной задачи, а когнитивная гибкость позволяет приспособиться к меняющимся условиям и требованиям и признать свои ошибки.
Но в первую очередь у людей с СДВГ нарушено звено торможения – подавления нежелательных реакций (8). Таким образом, в основе СДВГ лежат прежде всего проблемы с волей.
А теперь, дорогие читатели, потерпите небольшой урок философии. Еще Аристотель называл действия и поступки, которые человек сам решил осуществить, произвольными. Согласно Декарту, воля может затормозить движения, обусловленные желанием и страстью. Он связывал волю с нравственностью человека: воля помогает нам следовать определенным правилам, исходя из представлений о добре и зле. Например, мужчина видит красивую девушку и хочет немедленно ее поцеловать, но воля останавливает его.
Развитие воли у ребенка начинается, когда он осваивает навык управления своими движениями: без этого совершать волевые действия невозможно. Воля ребенка на начальных стадиях развития – это совокупность его желаний; каждое желание – сиюминутный порыв. Лишь со временем ребенок становится способным действовать не только под влиянием эмоций. В результате воспитания у него складываются некоторые правила поведения; тому, что хочется, начинает противопоставляться то, что требуется.
■ МИХАИЛ ЛАБКОВСКИЙ:
Расскажу вам одну историю о взаимосвязи между СДВГ и волей. За годы работы в школе (о том, как я дошел до жизни такой, вы узнаете из следующих глав) мне не раз попадались дети с СДВГ, но это я, конечно, уже сейчас понимаю, когда знаю этот диагноз и его проявления. Приведу
