кто меня поймал.
Кто такой Леон, в конце концов? Глава 5
Леон
Она шепчет что-то коту, который свернулся калачиком у нее на коленях, бросая на меня злобный взгляд.
— Все хорошо. Молодец, что спрятался. Я очень рада, что с тобой все в порядке. — Она целует его в макушку, его желтые глаза все еще устремлены на меня. Она поворачивается ко мне, ее губы растягиваются в теплой улыбке. — Я же говорила, что он прячется.
Видимо она была права. Все, что ей нужно было сделать, это подняться по ступенькам ветхого трейлера, и кот выбежал из той дыры, в которую забился. В конце концов, Бентли — довольно крупное животное.
— Где ты его нашла? — спросил я.
Она улыбается еще шире, как будто разговор о Бентли — это ключ к ее сердцу. Я запомню этот любопытный факт.
— Раньше мы жили в жилом комплексе. — Она морщит нос. — Там было гораздо хуже, чем в трейлерном парке. В общем, у нас был старый, злой сосед. Бентли был его котом. Иногда я видела, как он выглядывал из-за двери, когда мистер Поузи приоткрывал ее, чтобы посмотреть на нас с сестрой.
Кот сворачивается калачиком у нее на коленях и кладет подбородок на лапы, но по-прежнему не сводит с меня взгляда. Я смотрю прямо на него, отказываясь моргнуть первым. Никто не победит меня, даже кот.
— Но через некоторое время мистер Поузи перестал открывать дверь. — Девушка морщится. — А потом появился запах. — Она чешет его за ушами. — Департамент здравоохранения сказал, что Бентли следует усыпить, потому что он… ну, знаешь… — Она перестает чесать. — Ну, он сделал то, что должен был сделать ради выживания.
— Значит, теперь он полюбил человеческую кровь, да?
— Нет. — Она продолжает гладить его. — Он хороший мальчик.
У меня такое чувство, что Бентли «хороший мальчик» во многом в том же смысле, в каком я «хороший человек» — то есть совсем нет.
— Ты здесь живешь?
Зои смотрит через лобовое стекло, когда мы подъезжаем к воротам моего дома, верхняя часть которых украшена двумя рычащими львами.
— Да. — Охранники открывают нам ворота, и мы легко проезжаем по узкой подъездной дорожке.
— Это все твое? — Она поворачивается, чтобы посмотреть на деревья и маленький пруд слева от нас, когда поднимаемся по склону холма к дому.
— Да.
— Ты, должно быть, миллиардер или что-то в этом роде. Я имею в виду, что нам с Бентли хватило бы маленького уголка здесь и обустроить свое пространство.
— В этом нет необходимости. Вам обоим рады в моем доме.
— Надолго? — Ее щеки становятся ярко-розовыми, когда мы останавливаемся перед домом. — Я имею в виду, не то, чтобы я… Не то чтобы я думала, что должна вообще остаться или что-то в этом роде. Я тебя даже не знаю. Если честно, мне следует вернуться в трейлер и дождаться свою сес…
— Нет. — Я произношу это более решительно, чем намеревался, потому что ее взгляд приковывается к моему. Делая все возможное, чтобы смягчить тон, я продолжаю:
— Это небезопасно. Там кто-то был, и уверяю тебя, обыск наименьшее из того, что они могли сделать.
Ее глаза наполняются слезами.
— Это из-за Ксанни, не так ли? Она снова что-то натворила. Я знаю. Вот почему не могу найти ее, вот почему неизвестные люди обыскивали наш трейлер. И почему Марвин… — Она с трудом сглатывает.
— Мы поговорим обо всем этом очень скоро. Но сначала давай устроим тебя.
Я должен обеспечить ее безопасность, пока не выясню, кто, черт возьми, убил Марвина. Она — ключ к поиску своей сестры, и я подозреваю, что ее сестра — единственная, кто может разобраться во всей этой гребаной неразберихе, включая пропавшие деньги. Ник Давинчи не особо переживает из-за своих денег и уже сказал мне оставить все как есть, когда я сообщил ему о случившемся, но это не имеет значения. Я сказал ему, что выполню работу, чтобы отплатить за услугу, и намерен сдержать обещание. Может, я и не очень хороший человек, но я человек слова. И, если честно, я хочу, чтобы Зои была в безопасности. Во-первых, она не должна была ввязываться в это дерьмо. Один взгляд на нее, и я понял, что ей не место в этом клубе, и уж точно не место в темном мире, в котором я обитаю.
— Леон? — Ее голос вырывает меня из размышлений.
— Да?
— Я просто хочу, чтобы ты пообещал мне, что позволишь Бентли остаться. Ну, гм, что бы он ни делал.
— Почему? — Я приподнимаю бровь. — Что он будет такого делать?
Она пожимает плечами.
— Не знаю. Он просто очень… Он вроде как… — Она поднимает глаза, пытаясь подобрать нужное слово.
— «Мудак», да?
Она снова пожимает плечами.
— Я имею в виду, это зависит от того, кого ты спрашиваешь. Они с Ксанни никогда не ладили, но со мной он всегда настоящий ангел. — Девушка целует его в макушку, и кот издает низкое мурлыканье и протягивает ко мне лапы с выпущенными когтями, явно острыми. — Не так ли, Бентли?
— Куда бы ты ни пошла, он за тобой следом. Да?
Она просияла.
— Спасибо.
— А теперь давай войдем. Мои люди уже подготовили твою комнату. — Я выхожу и помогаю ей выйти из машины, держа Бентли в другой руке.
— Всю комнату? Я думала, ты просто позволишь мне немного посидеть на диване, пока все не уляжется.
— Каучсерфинг (прим. «с дивана на диван» — социальная сеть, онлайн-сервис гостеприимства. Члены сети бесплатно предоставляют друг другу помощь и ночлег в их путешествиях)?
— Раньше моих родителей выгоняли из-за множества условий проживания, так что мы с Ксанни хорошо справлялись с тем, в чьем доме останавливались. Мы спали на диване, или на полу, или везде, где было свободное место, понимаешь? Где-нибудь подальше от взрослых и всего того, чем они занимались.
Представляю, какими «штучками» может заниматься кучка нерадивых и высокомерных родителей вместо того, чтобы заботиться о своих детях, и ничего в этом хорошего нет.
— У тебя будет своя комната. У Бентли тоже может быть его собственная, если он этого хочет. — Я провожаю ее до парадных дверей, и она останавливается, ее широко раскрытые глаза блуждают по фойе и лестнице.
— Похоже на шикарный отель.
— Твоя комната прямо здесь, внизу. — Я веду ее налево вдоль бокового крыла дома. Моего крыла. Проводив ее внутрь, я наблюдаю, как она кладет Бентли на кровать, затем разворачивается. — Она огромная. Такая же, как дом.
— Это все твое. Ванная там. — Я показываю пальцем. — Я попрошу своих сотрудников
