Во время неудачного антигитлеровского путча 20 июля 1944 года он без колебаний остался на стороне Гитлера.
Типичный прусский милитарист, Дениц готов приветствовать любое милитаристское правительство, в программе которого стоят войны, а значит, открывается широкое поле деятельности для военного профессионала. А на "закулисную сторону" деятельности правительства можно не обращать внимания, а потом лицемерно заявлять о своей неосведомленности в этой области.
Любопытно, что в период 1924–1927 годов Дениц, по его собственному признанию, занимал такой служебный пост, благодаря которому был в курсе всех внутриполитических событий, касающихся флота. Ясно, что на подобный пост могли назначить только офицера, имеющего определенные, устраивающие начальство политические взгляды, а не солдата, не искушенного в политике. О том, что именно таким лицом и был фашистский гросс-адмирал Дениц, свидетельствуют и многие другие факты.
С особым усердием Дениц выставляет себя в книге человеком, который якобы стремился прежде всего избавить германский народ от излишних людских и материальных жертв. Уже в апреле 1945 года, когда, как признает Дениц, он знал, что борьба стала безнадежной, он, являясь главнокомандующим, убеждал личный состав флота продолжать борьбу. 1 мая 1945 года он стал главой государства и приказал вооруженным силам продолжать войну на Востоке, закончившуюся безоговорочной капитуляцией 9 мая. На процессе в Нюрнберге Дениц утверждал, что его приказы преследовали цель обеспечить для германского населения возможность эвакуации, а для армии — возможность упорядоченного отступления с Востока.
В действительности Дениц был сторонником "борьбы до конца", но только на Восточном фронте. "Мы могли радоваться, — пишет он, — когда в тот или иной район вступали американцы, а не русские".
Называя бесчисленные преступления гитлеровских орд "героической борьбой", которая "никогда не забудется", и указывая, что эти слова он считает "в основном правильными и сегодня", военный преступник Дениц открыто благословляет бундесвер на новые кровавые авантюры на Востоке. И после всего этого он отрицает справедливость и обоснованность приговоров, вынесенных в ходе Нюрнбергского процесса над главными военными преступниками.
Из книги явствует, что Дениц готов был выполнять приказы Гитлера даже в тот момент, когда поражение гитлеровской военной машины стало свершившимся фактом. О какой же "аполитичности" Деница может идти речь, когда он приписывает главарю фашизма особые качества вождя, якобы оказывавшего на людей, в том числе и на Деница, "околдовывающее" влияние и сумевшего избавить Германию "от унижения и нищеты"?
Дениц утверждает, что оборотная, "бесчеловечная" сторона национал-социализма стала ему известна лишь после войны. А до этого он якобы видел только то, что готов был поддержать любой немец: обеспечение полной занятости, устранение того унижения, в котором очутилась Германия в результате Версальского договора, и т. д.
Характерно, что Дениц не дает должной оценки тем зверствам, которые чинили гитлеровские вооруженные силы. Он предпочитает говорить о них сухим профессиональным языком военного специалиста. Зато Дениц сразу теряет равновесие, когда говорит о действиях Советской Армии. Он изображает ее как жестокую силу, несущую страшные разрушения и уничтожение. Тем самым Дениц оказывает услугу нынешним правящим кругам Западной Германии, которые умышленно строят свою политику, и прежде всего военную, на фундаменте разнузданной антисоветской пропаганды.
Книга гросс-адмирала немецко-фашистского флота К. Деница вышла в свет в Западной Германии под названием "Десять лет и двадцать дней". Десять лет это период с 1935 года, когда Гитлер опрокинул хилые постройки Версальского договора и начал форсированное вооружение фашистской Германии, до полного ее поражения в 1945году.
В этот период Дениц командовал подводными силами, а затем был главнокомандующим военно-морским флотом гитлеровской Германии.
Двадцать дней — это период, когда Дениц, став преемником Гитлера, возглавлял наспех сколоченное германское правительство во Фленсбурге, пытаясь при прямом содействии международной реакции внести раскол в ряды антигитлеровской коалиции.
В настоящим издании книга получила новое название "Немецкие подводные лодки во второй мировой войне", так как в ней опущены главы, не имеющие прямого и непосредственного отношения к основной теме — действиям подводных сил германского флота во второй мировой войне.
Объем предисловия не позволил подробно остановиться на всех измышлениях Деница, требующих острых критических замечаний. В этой связи настоящее предисловие надо рассматривать совместно с комментариями, данными в тексте, в которых также содержится военно-политическая оценка многих ошибочных положений автора книги.
Адмирал Алафузов В.А.
1. Прелюдия
В конце сентября 1918 года две подводные лодки готовились покинуть расположенную на адриатическом побережье австро-венгерскую военно-морскую базу Пула. Одной из подводных лодок командовал капитан-лейтенант Штейнбауер, другой — я, один из самых молодых командиров подводных лодок. Мы собирались действовать совместно — поджидать выходившие из Суэцкого канала большие британские конвои и, пользуясь новолунием, атаковывать их ночью в надводном положении. Применяя метод так называемого "малого силуэта", наши лодки должны были скрытно преодолевать завесу охранения из эскадренных миноносцев и сближаться на дистанцию торпедной стрельбы с транспортами, являвшимися ядром конвоев. Насколько было известно, это был первый случай, когда две подводные лодки действовали совместно. Наши лодки должны были встретиться в море в 50 милях от мыса Пассеро (юго-восточный выступ острова Сицилия) по пеленгу 135 градусов. До сих пор подводные лодки действовали каждая на свой страх и риск. Они в одиночку выходили в море, вели поиск, отбивались от кораблей охранения и атаковали противника. Имевшиеся в то время на подводных лодках средства радиосвязи (искровой передатчик) не обеспечивали совместных действий лодок. Радиосвязь на коротких и самых длинных волнах не велась из-за несовершенства радиоаппаратуры. В подводном положении радиосвязь была невозможна, а для передачи радиограмм в надводном положении на длинных волнах надо было устанавливать антенну на двух мачтах, однако и в этом случае, несмотря на большую потребляемую передатчиком мощность, дальность радиосвязи была незначительной. Кроме того, во время сеанса радиосвязи подводная лодка имела ограниченную готовность к погружению, из-за этого подвергалась большей опасности и к тому же была неспособна атаковать противника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
