преступника здесь и сейчас.
– Зачем? Нам нужно просто продержаться до утра. Потом приедут ваши, проснется сторож и преступник убежит.
– Во-первых, мы не знаем, что он еще придумает, и сможем ли мы выдержать осаду. Возможно, он вооружен, раз прет напролом. Перцовка вообще не проблема. Во-вторых, при вашем раскладе, он может на время затаиться, а потом вернуться и завершить начатое. Нам нужно его вычислить, чтобы быть на шаг впереди.
– Вы без оружия. Почему?
– Потому что формально я уже дома, а не на дежурстве. Меня на выходе ребята подхватили. Съездим и быстро вернемся – сказали они. Там просто дверь в музее открылась – сказали они.
Павел рассмеялся. Яна села в кресло, развернулась к окну. За шесть лет работы она ни разу не была в своем кабинете ночью. Метель бросала на стекла снежные вихри. Свет уличных фонарей тонул в белесом тумане. Яна хотела пить, есть и спать. Она не хотела думать.
В углу, утопающей в бумагах комнаты, Павел нашел единственный свободный стул. Он переставил его к столу, так, чтобы видеть и Яну, и улицу. Потом попросил бумагу, и в свете фонарика начал сосредоточенно писать, рисовать рамки, кружки, стрелочки, вопросительные и восклицательные знаки.
Яна откинулась в кресле, закрыла глаза и вновь увидела Аделину.
«Когда гости перешли в обеденный зал, Аделина улучила минутку и вновь прокралась в библиотеку. Она знала, что получит от батюшки большой нагоняй, если он узнает о ее похождениях, поэтому плотно прикрыла дверь и зажгла самую маленькую свечку.
«Если услышу шаги, спрячусь за портьеру», – подумала Аделина. Она поднялась на лесенку и задумалась: «А что, если дело не в книгах, а в самом шкафе. Он высокий, очень старый, украшен резьбой. Вдоль полок переплетающиеся дубовые ветви, наверху по краям две башенки, посередине солнце. А в центре, чуть ниже – красивый барс. Ой, это же наши фамильные символы и как я раньше не замечала…»
– Яна, вы готовы работать? Я буду задавать вопросы. Вы отвечать. И мне еще нужна бумага.
– Возьмите в принтере. Я хочу пить. Чашки в шкафу, вода в баклахе где-то на полу. Пожалуйста…
Сделав несколько глотков, Яна помотала головой, растерла виски и ожидающе посмотрела на Павла. Она поймала себя на мысли, что следователь уже не бесит ее как раньше, а только слегка раздражает самонадеянностью.
– Я готова. Задавайте ваши вопросы.
– Чтобы вычислить преступника нам нужно понять две вещи, – медленно начал Павел. – Почему он форсирует события и что ищет. Тогда, возможно, мы поймем, кто наш незнакомец или незнакомцы.
– Вы думаете он не один? – испуганно спросила Яна.
– Все может быть. Давайте работать последовательно. Итак, вопрос первый. Что произойдет в музее в ближайшее время? Что-то изменится?
– Да, – удивленно и одновременно заинтересованно ответила Яна. – А как вы догадались?
– Позже объясню. Не отвлекайтесь.
– Музей закроется сразу после праздников. Предстоит огромная работа. Музейные предметы нужно будет упаковать и перевезти в областное хранилище. А мы с мебелью, документами и всем-всем-всем уедем во Владимир на временное место.
– А здесь, что будет здесь?
– Здесь начнется полная реконструкция. Здание обветшало. Последний косметический ремонт делали в начале восьмидесятых. Проект утвердили в середине декабря. Мы успели! Это значит, что уже весной придут деньги и работы начнутся. По старым чертежам строители по максимуму восстановят первоначальный вид усадьбы, вернут ей парадное крыльцо и колонны.
Яна так увлеклась рассказом, что вначале совершенно не обратила внимание на довольную ухмылку Павла. Она подняла глаза, увидела его сияющее лицо и разозлилась.
– Для вас все на свете игра. Так? Музей хотят ограбить, а вы радуетесь. Чему? Своей догадливости? Смелости? Уму?
Вместо ответа Павел выключил фонарик.
– Смотрите! Он возвращается.
Вдалеке за деревьями мелькнул и сразу же пропал свет фар. Затем вновь появился и больше не исчезал. Машина медленно приближалась к музею.
Глава 7.
Яна и Павел вскочили и одновременно прильнули лицами к окну. Голубые лучи фар пронизывали метель. Вдалеке сияло туманное багряно-золотое зарево городских огней Владимира.
– Сперва посмотрим, что он будет делать, – шепотом сказал Павел. – Когда я уйду, закройтесь и сидите тихо.
– Мама, переживает, что не может до меня дозвониться. Это точно. Не удивлюсь, если она уже поставила на уши все больницы и полицию.
– У вас боевая мама?
– Более чем. Она мастер спорта по стендовой стрельбе. Отец был спелеологом. Они забрали себе все бесстрашие нашей семьи. Я иногда боюсь даже собственной тени. Правда, мама говорит, что так было не всегда. Но я не помню, как было… Стыдно признаться, но я сплю с ночником.
– Это нормально. Моя дочь тоже спит со светом.
– Сколько ей?
– Десять. Смотрите, смотрите! Машина проехала мимо. Это не преступник!
– Наверное, кто-то возвращается домой после праздника.
– Ладно. Пока отбой. По местам. Думаем дальше.
– Павел, а вы можете сходить вниз за моими вещами, конфетами и печеньем?
Следователь растворился в темноте. «Он не барс, он проклятый Волан-де-Морт», – вяло подумала Яна и ускользнула в прошлое.
«Аделина вгляделась в глаза барса. На нее смотрели два зеленых матовых камушка. Осторожно, словно котенок лапкой, девушка погладила резного зверя, тихонечко рассмеялась. Хотела нажать на правый камень, но не успела – услышала нарастающий звук голосов.
Аделина слезла с лесенки, задула свечу и спряталась за огромную гардину, закрывающую окно библиотеки. Она теребила нос, стараясь не чихнуть, но хитрая пыль пробиралась все глубже и глубже.
– Сергей Иванович, какая честь для нас! Известный композитор, да в нашем Барсово. Проходите, пожалуйста, проходите.
– Простите великодушно, Карл Генрихович, припозднились мы. Крутово далече, дороги метель замела. Поначалу и ехать не хотел, да надо. Дело деликатное. Выслушаете меня?
– Я весь во внимании.
– Речь пойдет об Аделине…»
– Яна, я уже здесь. Просыпайтесь.
Девушка нехотя пошевелилась, но когда увидела сладости, обрадовалась и начала усиленно жевать, хрустя засохшим печеньем. Взглянув на Павла, Яна вновь разозлилась.
– Что? Я не ела с утра. Хотела поужинать, но вы меня увезли. Я живая в конце концов!
– Живая, – с усмешкой ответил следователь. – Красивая и злая как пантера.
– Мне не нужны ваши комплименты. Оставьте их Злате. Что у вас дальше по списку? Спрашивайте.
Павел спрятал улыбку и взял со стола листы со своими заметками.
– Мы остановились на том, что музей скоро закроют на ремонт. Это и есть причина отчаянных действий преступника. Он идет ва-банк. Он должен здесь что-то забрать именно сейчас, очевидно, потом будет поздно. Вопрос, что? Что ему нужно? Есть варианты?
– В залах много старинных вещей. Есть картины, часы,
