голову.
– Андрей, не молчи. Мне же интересно!
Глава 3
Высшие – враги. Это понимание мне въелось намертво. А сближаться с теми, кого считали Низшими, не особо хотелось. Наверное, больше из-за их трусости. Между собой они все герои. Появляются Высшие, и все, поплыли. Безусловно, если не считать Ярослава Корнеева. Чем обусловлена его смелость, мне понятно. Но я не он. Я не собираюсь быть в руках Особого отдела марионеткой.
В общем, по Высшим я рассудил просто: воротить нос не буду, хотя бы для того, чтобы лучше узнать тех, кто относит себя к наивысшей имперской аристократии. Просто если взять ту же Смирнову, для всех в группе она одна и только для меня раскрылась по-другому, став настоящим и единственным другом в университете.
До шести вечера я провел в медицинском центре. Потом за мной заехала Лена, мы поехали ко мне домой, где я переоделся в купленный с ней вместе смокинг, а уже после отправились в клуб Лайн-Ап.
Для меня оказалось новостью, что Высшие обращались между собой исключительно на «ты». Как пояснила Смирнова, таким образом в их кругу подчеркивалось равенство друг перед другом.
Ну и еще кое-что понравилось. Спорить можно сколько влезет, но без откровенного навязывания своего мнения. Ругаться тоже нельзя. Каждый должен вести себя так, чтобы не нарушать общего приятного общения. А если кто-то начинал реально доставать, всегда можно остановить разговор и предложить сменить тему, тем ненароком не перейти в крайность.
Также удивил сам клуб. Я представлял его наподобие «Парадайза» в Перми, как нечто пафосное и кричаще-роскошное. Вместо этого предстало не особо большое по площади заведение с весьма лаконичной обстановкой. По-настоящему богато здесь выглядели, пожалуй, лишь сервировка столов и персонал, разодетый в вычурные ливреи, богато расшитые золотом.
– Господа, добрый вечер, – громко поздоровалась со всеми Смирнова. – А я не одна. Позвольте представить моего одногруппника и хорошего друга Андрея Вагаева.
– Это я настоял на приглашении, – встав из-за стола, подхватил Даниил Веремеев. – Андрей принадлежит к добытчикам скверны. Его клан присоединился к участникам Съезда предпринимателей. Можно сказать, теперь он один из нас.
На меня обратило внимания полсотни глаз. Благодаря вмешательству Веремеева, первичное удивление сменилось любопытством. Кого-то, как Владимира и Ольгу Ждановских, с которыми Смирнова меня познакомила 1 сентября, я уже знал, кого-то просто видел в университете, с кем-то столкнулся впервые.
Подходя к каждому столику, Лена принялась меня знакомить.
Сергей Веремеев, брат Даниила Веремеева… Александр Лобачевский… Еще один Лобачевский… И еще… Плюс сестры… Сразу две штуки.
А нет.
Еще две нарисовались. Отходили куда-то по женским делам и вернулись.
Кузен Смирновой, тоже Смирнов…. За ним еще один кузен, но уже с фамилией Забровский.
Симпатичные сестры Щербатовы: Софья и Аделина.
Запомнить стольких людей, по-моему, было нереально. Но я старался. Пусть не имена, но фамилии и степень родства – вот реально старался. Чтобы иметь представление кто с кем и как.
– А это опять мой троюродный брат Никита Смирнов, – продолжала знакомить Лена.
Как опять троюродный? Те же двое были кузенами, значит, двоюродными.
Уточнить не успеваю, Смирнова переключается на следующий столик:
– Мстислав Аверин и его невеста Наталья Евдокимова. Их можно считать мужем и женой. Они уже даже спят вместе, – шутливо представила она очередную пару.
– Лена! – возмутилась представленная девушка.
– А что тут такого? У вас через месяц свадьба.
– С такой обстановочкой не факт. Как бы ни пришлось переносить, – усмехнулся жених.
– Перенести свадьбу?! – Забыв о претензиях к Смирновой, теперь девушка ополчилась на своего парня. – Пусть вся Москва превратится в одну червоточину, пусть здесь все будет в тварях, свадьба в любом случае состоится!
Оставив парочку дальше разбираться со своими проблемами, Смирнова продолжила знакомить меня с друзьями. К счастью, их оказалось меньше, чем я ожидал. Примерно на пятидесятом Высшие иссякли.
Все потому, что после случившегося в Ситибанке, некоторые покинули Москву и до сих пор не вернулись. Еще так совпало, перед нашим появлением добрую часть парней утащил в бордель Олег Верховский, с которым у меня была дуэль, а после возник конфликт. По этому поводу я естественно нисколько не расстроился.
Лена не ограничилась одним только знакомством. Благо насчет моей эпопеи в крепости Передовая мы договорились не распространяться. Иначе я получился бы слишком идеальным. Да и вопросы лишние бы появились.
– Представляете, Андрей поступил как настоящий герой. В тот момент, когда было ограбление банка, он в одиночку бросился спасать людей. Грабители его там чуть не убили. Пуля попала в самое сердце. Просто чудо, что сейчас он находится вместе с нами. Об этом всем мне сегодня рассказывали люди из Особого отдела. Если бы не Андрей, даже не представляю, что там могло случиться!
– А что там могло случиться больше того, что случилось? – моментально среагировал один из многочисленных отпрысков банковского дома Щербатовых, усомнился в перечисленных достижениях. – Банк все равно ограбили, охрану постреляли, скверна напугала всю Москву. Ни одна цель не была достигнута. А сам Андрей, как ты только что заявила, остался жив по случайности. И в чем героизм?
– Аркадий, ты когда-нибудь бросишь умничать? Вот ты бы никогда не пошел на такое!
Похожий на ботаника, долговязый, немного нескладный парень с прилизанными волосами, усмехнулся.
– Конечно, не пошел. Это не рационально!
– А он прав! – к моему удивлению выдал Даниил Веремеев, которого я успел отнести к своим потенциальным сторонникам. – Прошу прощения, Андрей, но это не геройство. Аркадий верно сказал, это было простое легкомыслие.
Меня не особо вдохновила идея Смирновой ехать в клуб и рассказывать о моих «подвигах» в Ситибанке. Не нужны мне были ни восторг, ни похвалы. Тем более что истинные причины моего так называемого героизма заключались в другом. Однако я уже ввязался. Теперь, почувствовав, что меня как будто специально начинают сливать, я естественно пошел в контратаку:
– То есть, видя, что происходит, мне нужно было трусливо поджать хвост и бежать, как остальные. Так, что ли?!
– Андрей бросился спасать людей! Это и называется героизмом! – снова вступилась за меня Смирнова.
– Лена, Андрей, не кипятитесь, – вмешивается новый участник начавшегося спора Владимир Ждановский. – Аркадий и Даниил хотят сказать, что это было необдуманное решение.
– Вот именно! – снова оживляется
