И хотя младшая сестра знала, что Тайлер предал ее любовь, она по-прежнему боялась за него и спрашивала себя, увидит ли она его еще хоть раз. Она хотела сказать Тайлеру, что до сих пор любит его. Долгие месяцы войны складывались в годы, а отчаяние Сьюзен все росло.
Глава 5
Шепчущие Дубы, весна 1863 г.
Сьюзен и Виктория прошли из сада в заброшенный огород.
— Ты посмотри там, а я здесь, — сказала Сьюзен сестре.
"Сегодня у нас будет еда, — пообещала себе Сьюзен. — Мы не будем голодны". Она села на теплую землю и начала копаться в земле, из которой торчали лишь увядшие стебли кукурузы и почерневшие кусты помидоров. Нужно было обязательно найти себе еды на ужин.
Сьюзен взглянула на Викторию. Ее старое платьице висело на ней как на вешалке. "Мы обе похожи на пугало, — вдруг подумала младшая сестра и посмотрела на свою ветхую юбку. — Наша одежда превратилась в настоящие лохмотья".
"Как же нам выжить до возвращения Джонатана? Рабов нет, и выращивать хлопок мы не можем. А без хлопка мы не сможем заработать денег".
Раздавшийся вдалеке пушечный залп прервал размышления Сьюзен. Она почувствовала, как дрожала под ней земля, и услышала сдавленный крик Виктории.
Сьюзен обернулась и посмотрела на свою сестру. Виктория ничком лежала на земле с широко раскрытыми глазами, полными ужаса.
— Не бойся, Виктория, — ласково сказала Сьюзен. — Бой где-то далеко.
— Ты уверена?
— Да.
"Бедная Виктория, — подумала Сьюзен. — Эта пушка ее так напугала. Сколько же можно мучить нашу землю?"
Она вспомнила время, когда старшая сестра успокаивала ее. В детстве Сьюзен боялась грома и во время грозы обязательно забиралась в огромную кровать Виктории.
"Как странно, — продолжала свой внутренний монолог Сьюзен. — А теперь я успокаиваю ее и уговариваю не бояться громких звуков".
Сьюзен вздохнула и снова принялась копать землю в поисках корнеплодов. Не найдя ничего, она почувствовала резь в желудке.
"Я не смогу спасти Викторию от голодной смерти — в отчаянии сказала себе Сьюзен, но тут же встряхнула головой. — Нет, не смей думать о плохом! Мы выживем. Выживем!"
— Сьюзен|! — вдруг закричала Виктория. — Иди скорее сюда!
Та подняла голову и увидела, как Виктория достает что-то из земли и кладет в миску.
Еда! Но крайней мере, у них сегодня будет, что есть.
— Скорее! — звала Виктория.
Сьюзен с трудом встала на ноги и, подбежав к сестре, опустилась на колени рядом с ней. Лицо Виктории вытянулось и было совершенно измученным, но ее карие глаза сияли от радости.
Заглянув в деревянную миску, Сьюзен увидела гнилую картофелину и две скрюченные морковки. И еще она увидела червей.
Толстые и мясистые, они вылезали из картофелины и спаливались на дно миски, образуя извивающуюся кучу.
— А морковки мы съедим на десерт, — сказала Виктория.
— На десерт? — Сьюзен почувствовала, как к голу подступает горькая желчь. "Нет, я не могу это сделать", — подумала она.
Кивнув, Виктория достала червя из миски и протянула его Сьюзен. Он был скользкий, и его было трудно удержать в руках.
— Поешь сначала ты, — великодушно сказала старшая сестра.
Сьюзен чувствовала, что от голода у нее сводит желудок. "Что же делать — съесть червяка или умереть?"
Она откинула голову и широко открыла рот, наблюдая за тем, как пальцы Виктории подносят длинного розового, извивающегося червя все ближе и ближе.
А потом он упал. Упал прямо в рот Сьюзен и проскользнул в изголодавшийся желудок.
Глава 6
Этой ночью, свернувшись под пуховым стеганым одеялом, Сьюзен чувствовала себя не так ужасно. Впервые за несколько недель она не была голодной. "Мы не умрем, — думала она сквозь подступающий сон. — Мы будем делать то, что должны делать, есть то, что нам попадется, и мы не умрем". Удовлетворенная, она погрузилась в сладкую дремоту.
Бум-м-м.
Странные звуки разбудили ее.
Сьюзен с трудом открыла глаза. Бледный лунный свет сочился в окно. Что же это был за шум?
Ба-а-бах.
Бум-м-м.
Что это?
Бум-м-м.
Ба-а-бах
Сердце Сьюзен отчаянно заколотилось. Она услышала в коридоре чьи-то шаги. Затем что-то проскрежетало по полу.
Ручки двери заскрипела и повернулась. Девушка почувствовала, что сейчас потеряет сознание от страха.
Дверь медленно отворилась. В проеме возникла мужская фигура.
— Кто вы? — дрожащим голосом спросила Сьюзен.
Вошедший сделал шаг правой ногой, а потом подтянул к ней левую.
Шаг. Еще шаг. Еще.
Он повернулся к Сьюзен, и лунный свет упал на его лицо.
— Джонатан!
Лицо, волосы, изорванная в клочья серая военная форма брата были усыпаны порохом. От него ис дил отвратительный запах. Лицо Джонатана было бледным и угрюмым, а его светлые волосы слипись: от пота и грязи.
И крови!
Сьюзен в ужасе заметила пулевое отверстие в голове брата, откуда текла темная, поблескивающая в свете луны кровь.
— О Джонатан, нет! — воскликнула Сьюзен. — Ты ранен!
Она подбежала к брату, но он отстранился от нее.
— Позволь мне тебе помочь! — взмолиласьона.
Джонатан покачал головой, и губы его искрились, как будто он хотел произнести какие-то слова. Сьюзен видела, как в этих тщетных попытках дергается его шея.
— Что случилось, Джонатан? Что ты хочешь сказать?
Он открыл рот, но вместо слов оттуда густо полилась кровь — густая алая кровь.
Глава 7
— Джонатан! — в ужасе закричала Сьюзен… и проснулась в холодном поту, дрожа всем телом. "Это был сон, — прошептала она. — Мне это просто приснилось".
Дверь в ее комнату отворилась, и Сьюзен снова вскрикнула, но на пороге стояла Виктория, широко раскрыв глаза от ужаса.
— Я слышала твои крики, — дрожащим голосом произнесла Виктория.
— О, Виктория! — вытянув руки, воскликнула Сьюзен.
Та пересекла комнату, забралась в кровать сестры и крепко обняла ее.
Сьюзен Мне привиделся кошмар, — сказала Сьюзен и вздохнула. — Мне снился Джонатан, как будто он ранен и пришел мне о чем-то сказать — о чем-то очень важном. Он открыл рот, и…
Сьюзен замолчала, как будто слова застряли у нее в горле. Она не могла сказать Виктории про кровь.
"Каким зримым был этот кошмар, — думала про себя Сьюзен. — Я чувствовала запахи пороха и крови от Джонатана так ясно, как будто он действительно стоял посреди комнаты. И эта чудовищная рана в голове…"
Сьюзен поежилась.
— И что же он сказал? — вопрос Виктории вернул ее к реальности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
