— Целуй, если хочешь узнать правду о Тайлере.
Быстрым движением Сьюзен коснулась губами куриной кожи. Ее передернуло.
Виктория провела лапками по письму Тайлера, окунула их в миску и вымазала в какой-то темной жидкости. Затем она принялась водить лапками по полу вокруг письма, покрывая пол какими-то странными знаками.
— Откуда у тебя столько чернил? — спросила Сьюзен.
— Это не чернила. Это кровь, — спокойно ответила ее сестра.
— Ты хочешь меня напугать, — пробормотала Сьюзен, закрыв лицо руками.
— Я тебя пугаю?! — хрипло засмеялась Виктория, поднимая с пола письмо Тайлера. — Вот это должно тебя пугать!
Аккуратно положив письмо Тайлера обратно, подняла руки и откинула голову назад. Потом Виктория закрыла глаза и принялась покачиватьсь из стороны в сторону и повторять свои таинственные заклинания.
В комнате стало совсем холодно, и Сьюзен обхватила себя руками. "Нельзя было просить ее об этом, — думала она. — Я чувствую присутствие зла в этой комнате".
Через некоторое время занавески на окнах начали колыхаться, и Виктория издала страшный крик
В комнату ворвался ледяной ветер. Он подхватил письмо Тайлера, поднял его, и пламя свечи принялось пожирать бумагу.
— Нет! — закричала Сьюзен, пытаясь спасти письмо.
Но Виктория помешала ей, и младшей сестре оставалось только наблюдать, как письмо превращается в золу.
— Как ты могла? — в слезах воскликнула зен. — Как ты могла допустить, чтобы письмо сгорело?
— Ты должна быть рада этому, — холодно сказала Виктория. — Как раз в этот момент я и увидела правду.
— Правду? Ты понятия не имеешь ни о правде, ни о Тайлере. Я не должна была доверять тебе это письмо. Ты все еще сама хочешь быть его женой. Ты ревнуешь.
Виктория схватила сестру за руку, и ее темные глаза заблестели:
— Ты должна верить в черную магию, Сьюзен. — Только она может сказать правду. Тайлер Фаер угичтожит тебя так же легко, как пламя тоненькой свечки уничтожило письмо.
Глава 9
— Тайлер Фаер — это зло! — воскликнула Виктория. — Зло! Зло!
— Нет! — Сьюзен отпрянула от сестры. — Я не верю этому. Я люблю Тайлера и буду его женой.
— Его семью преследует злой рок. Ты желаешь такой же судьбы?
— Нет! — и Сьюзен закрыла уши руками. — Я нехочу больше это слушать.
И с этими словами она выбежала в темный коридор.
"Виктория не знает Тайлера так хорошо, я", — подумала Сьюзен. Она спустилась по лестнице к парадной двери и распахнула ее. Свежий ночной воздух и яркий лунный свет ворвались в дом.
Сьюзен вышла на крыльцо и вдохнула всей грудью. Вдалеке сверкали молнии, и ветер трепал светлые волосы девушки.
"Гроза, — подумала она. — Приближается гроза".
Издали послышались звуки, напоминавшие хлопанье крыльев. Гуси! Это, должно быть, гуси, и их можно есть. Сьюзен забежала за угол дома, но никаких гусей там не обнаружила — только белье, которое сушилось на веревке.
"Это Виктория забыла убрать белье, и простыни хлопают на ветру", — подумала Сьюзен. Ветер усиливался. Сьюзен вдруг показалось, что кто-то наблюдает за ней. Она подняла глаза к окну Виктории — там было темно и пусто.
Вдруг Сьюзен услышала громкий хлопок и оцепенела от ужаса.
— Виктория! Ты здесь? Ты пошла за мной?
Молчание.
Кажется, за простынями кто-то ходит. Сьюзен схватила одну простыню и резко сорвала ее с веревки.
Никого.
Сьюзен поежилась. "Это все черная магия — из-за нее я так боюсь, и мне мерещится всякая гадость, — подумала она. — Не надо было просить Викторию об этом".
Хлоп! Простыня соскользнула с веревки и окутала Сьюзен с ног до головы, так что она едва успела вскрикнуть. Мгновение — и она была запелената в плотную белую ткань так, что не могла пошевелить руками. Еще мгновение — и девушка упала на землю.
"Я не могу дышать, — в ужасе подумала она. — Я задыхаюсб".
Сьюзен зашлась кашлем. Влажная простыня будто сама залезала ей в рот и нос, пытаясь задушить.
Глава 10
"Я не хочу умирать! — думала Сьюзен, — Пс луйста, спасите меня кто-нибудь — я не хочу умирать!"
Она пыталась сделать хотя бы один вдох, впустить воздух в легкие. Одновременно она стала кататься по земле, надеясь освободиться от опутавшей ее простыни.
Простыня зацепилась за что-то и затрещала. Сьюзен стала отчаянно рвать ее руками. Наконец девушке удалось высвободиться, она встала на ноги и судорожно вдохнула воздух. Потом она подняла голову и увидела Викторию, стоявшую у окна и наблюдавшую за ней.
"Виктория! Почему она мне не помогла?"
И вдруг ей пришла в голову ужасная мысль. "Неужели это сделала Виктория? — подумала Сьюзен. Неужели она решила напугать меня при помощи своего колдовства? Но зачем — чтобы удержать меня от встречи с Тайлером?"
Ветер усилился, и развевающиеся простыни захлопали еще громче.
"Ну вот видишь, — упрекнула саму себя Сьюзен. — Всему можно найти рациональное объяснение. Это просто гроза. Сильный ветер сорвал простыню и обернул ее вокруг меня, а я испугалась. Виктория тут ни при чем. Она любит меня и никогда не причинит мне вред".
Никогда?
Старая женщина задумчиво смотрела на розы, которые окружали ее. Черные розы — такие же черные, как зола, в которую обратилось сожженое письмо Тайлера.
— Моя история была бы гораздо более счастливой, если бы это письмо вообще не пришло, — хрипло прошептала она. — После этого письма, после того, как оно сгорело в пламени свечи, все изме лось.
Она протянула свою искривленную руку к черному фланелевому мешочку, который она когда-то прикрепила к поясу платья. Содержимое мешочка должно было защитить ее от зла. Но только если настоящему верить в это.
Вдруг на спинку ее кресла села очарователь маленькая птичка. Старуха медленно повернулась и внимательно посмотрела на нее. Оперение крошечного создания было ярко-голубым — единственное цветное пятно во всем саду.
— Хочешь услышать конец моей истории? — скрипучим голосом сказала она.
Птичка в ответ радостно защебетала, и женщина тихо рассмеялась.
— Ну что ж, хорошо, — сказала она.
Война продолжалась. Пришла осень, листья на деревьях пожелтели, но сестры почти не замечали перемен. Теперь они обе часто думали о Тайлере.
Затем пришла зима. Порывы холодного ветра налетали на их имение, словно окружая сестер. И отношения Виктории и Сьюзен становились все холоднее. К весне их разделяла пропасть. Виктория никогда больше не забиралась в постель к своей сестре, чтобы успокоить ее. А Сьюзен часто сидела на крыльце и томительном ожидании. Она вглядывалась в дорогу и ждала — ждала окончания войны, ждала новой весточки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
