в этом деле неудачи, – едко ухмыляюсь.
***
Три дня я бегаю по офису короткими перебежками. Три дня я с опаской вхожу и выхожу из своей квартиры, ожидая увидеть на пороге разъяренного Лозового.
А на четвертый день случается кошмар.
В 7:30 я уже была на работе. Мой стол завален документами, которые нужно разгрести еще вчера. Засучив рукава, принимаюсь за дело, но мне мешает Агата Романовна, которая заходит в наш кабинет.
– Доброе утро! – кивает она. – Ты одна, Наталья?
Кто-кто, но она знает каждого сотрудника поименно, потому что главный бухгалтер. Ей 31, а уже занимает высокий пост, потому что фирма принадлежит ее брату. Агата Романовна Лозовая обожает необычную дизайнерскую одежду, а один глаз у нее сильно косит.
– Пока да, – отвечаю. – Остальные будут к восьми.
– Случилось ужасное, – Агата поправляет свой укороченный желтый пиджак.
Неужели что-то с боссом? Он спрыгнул с запертого балкона и расшибся? Черт…
– Алина попала под машину и лежит в больнице с многочисленными переломами.
Алина – это секретарша Игната. И мне действительно ее жаль. Скорбно поджимаю губы и киваю. Потом навещу ее в больнице.
– Скоро придет Игнат Романович, – продолжает Агата, – а в его приемной никого. Он разозлится. Поэтому, Наталья, срочно идите туда и отвечайте на звонки!
Что-о?? Нет, нет! Я не могу замещать секретаршу босса. Мне никак нельзя находиться в опасной близости от него. Но как мне сообщить об этом главбуху?
– Агата Романовна, я не могу… У меня… Вот тут, посмотрите, какая свалка… – указываю подбородком на стопку документов.
– Я раздам эти бумажки вашим коллегам, они все сделают. А Вы идите, идите скорее, пока он еще не приехал. Он терпеть не может, когда трезвонит телефон, и никто не отвечает на него, – один ее глаз смотрит на меня, а другой – в окно. Что там интересного? Ничего, кроме мокрых листьев.
Я начинаю лихорадочно думать. Так, три дня прошли, может быть, он уже забыл обо мне? Ну, во всяком случае, не помнит мое лицо? Особых примет у меня нет, по которым можно распознать. Так что теплится надежда.
Но, боже мой, он такой тиран! Быть его помощницей – это последнее, чего я хочу от жизни. Бедная Алина каждый день жаловалась на него – гонял ее, как крепостную крестьянку. За что мне это??
Если он меня узнает, это будет вообще трындец! Уволит без выходного пособия. Дайте мне сил это пережить.
Делать нечего. Встаю со стула и покорно иду вместе с Агатой в приемную Лозового.
– Когда он зайдет в кабинет, через пять минут подавай кофе, – снабжает меня инструкциями. – Черный, без сахара. Ровно через час принеси еще одну чашку. На телефон всегда отвечай в первую очередь, чтобы не раздражать его звонком. Всегда спрашивай фамилию звонящего, и только потом соединяй с шефом.
Она реально думает, что я все это запомню?! От волнения у меня скрутило живот. Как Лозовой отреагирует, увидев меня в приемной?
– Ты все поняла? – строго спрашивает Агата Романовна.
Она так хорошо знакома с привычками своего брата, что и сама могла бы поработать его секретаршей.
– Да, поняла.
Бросаю взгляд в зеркало и вижу свое кислое лицо в больших очках. От красавицы Насти из клуба ничего во мне не осталось. И хорошо!
– Зарплату будешь получать, как секретарь, – подслащивает она горькую пилюлю. – Это гораздо больше, чем твоя ставка оператора ПК. Главное, не перечь Игнату Романовичу ни в чем. И он не вышвырнет тебя отсюда.
А вот это очень грубо прозвучало! Нормально, блин, заставили быть безотказной девушкой на побегушках. Хоть бы Алина скорее выписалась из больницы. Чую, что долго я здесь не продержусь.
Главбухша уходит, а я отвечаю на первый звонок:
– Фирма «Лир». Здравствуйте.
– Это независимая оценка и экспертиза? – интересуется мужской голос.
– Все верно.
– Мне неправильно оценили ущерб, нанесенный моей машине!
Путем долгих препирательств выясняю фамилию сотрудника, проводившего экспертизу, и соединяю с ним.
– Добро пожаловать в сумасшедший дом! – говорю сама себе.
***
В 08:05 в приемную входит босс. Он говорит с кем-то по сотовому и даже не смотрит в мою сторону. Я напрягалась, подобралась и выбиваю ногой чечетку под столом. Вот и настал час Хэ.
– Ты кто? – спрашивает Лозовой, закончив разговор.
– Я вместо Алины, – пищу в ответ не своим голосом и поправляю очки. – Временно.
– А что с ней? – хмурится.
– Попала под машину.
Игнат мазнул по мне взглядом и разочарованно отвернулся.
– Ты из какого отдела? Что-то раньше тебя здесь не видел? – роется в своем портфельчике в поиске ключей. – Нет, видел. Но не помню где.
Еще раз поправляю очки и отвечаю:
– Я недавно у Вас работаю. Оператором ПК.
– Кофе мне принеси, – велит он, не оборачиваясь, и заходит в свой кабинет.
Не узнал! Батюшки светы – не узнал! Теперь всегда придется беседовать с ним писклявым голосом. В тот вечер я же дерзко разговаривала, а теперь придется сменить тон. Но, боже мой: он смотрел на меня с таким видом, будто увидел муху в своем супе.
Надрывается телефон, и я быстро хватаю трубку, помня о наказе Агаты Романовны не бесить босса звонками.
– Забыл спросить, – говорит босс по внутренней связи, – тебя как хоть зовут?
– Наталья, – выпаливаю я.
Кладет трубку, ничего не ответив. А я горестно вздыхаю и иду делать ему кофе.
5.
Игнат
Все не так, все не эдак! Я три дня искал стерву Настю и не нашел. Она как будто провалилась сквозь землю. Или ее вообще не существует. Существует, да еще как! Ссадина на боку, образовавшаяся от лазания по балконам, грубо свидетельствует об этом.
Ее тупая подружка ничего не знает. Ну, или прикидывается, что не знает. Я ее пугал, я общался с ней по-хорошему – ничего не берет. Адреса не знает, на работе не появляется. Канула в небытие.
На работу опоздал. Вместо моей сладкой толстушки Алины в приемной сидит какая-то мартышка в очках. О, боги! Вы все сговорились против меня?
Мартышка приносит кофе и ставит на край стола. Тянусь за документами и задеваю локтем чашку. Кофе переливается на стол и на пол. Вашу ж мать!
– Наташа! – ору, – быстро убери здесь все!
Новая секретарша заходит в кабинет и топчется на пороге.
– Да поживее, – подгоняю. – Что ты стоишь? Тряпку неси. Сейчас здесь все пропитается кофе.
Она кивает и уходит. Проходит минута, проходит вторая, третья… А мартышки нет. Не выдерживаю и выхожу из кабинета. Вижу сочную задницу, обтянутую черными брюками, и
