Она не была уверена в том, что ей сейчас лучше сделать — расплакаться или рассмеяться. Джек Боучамп, если решит, может уничтожить ее!
Диана слегка кивнула головой.
— Я полагаю, ты тем не менее доставила эти цветы вчера?
Они обе знали, что вопрос был риторическим.
Мэтти считала обязательным для себя всегда доставлять букеты в назначенное время. Именно по этой причине у нее было так много постоянных клиентов.
— Если тебе послужит утешением, Мэтти… этим утром на Джеке Боучампе не было видно никаких ран, которые могла бы уже нанести ему та или иная оскорбленная подруга! — усмехнулась Диана.
— Я ненавижу саму мысль о том, что должна идти к этому человеку и объяснять все, что я наделала, призналась Мэтти. — И главное — как ему все объяснить?
Ее мать кивнула.
— Нежелание встречаться с Джеком Боучампом я могу понять. Но мне кажется, что, если ты не пойдешь к нему, он так или иначе завтра сам явится в цветочный магазин, чтобы посмотреть тебе в глаза.
Мэтти тоже так думала. Лучше быть стороной, которая управляет ситуацией, чем той, которая обороняется. Кроме того, от ее безрассудного поведения может пострадать и мама — вдруг Джек Боучамп передумает оставлять свою собаку в маминой гостинице в эти выходные?
Выходные. Когда он уезжает со своей семьей в Париж.
Его семьей…
Может быть, семейный Джек Боучамп не будет устраивать скандал из-за не правильно адресованных карточек на цветах, посланных его девушкам?
Мэтти чувствовала себя куда менее уверенной на следующий день, когда столкнулась лицом к лицу с Джеком Боучампом около широкого стола в его офисе.
Еще вчера вечером она хотела пойти к нему домой, но адрес и номер телефона, который он дал ее матери, принадлежали одному из его офисов, поэтому у Мэтти не было другого выхода, как дождаться понедельника, чтобы поговорить с ним.
Утром мать, заметив тревогу в глазах дочери, молча протянула ей чашку кофе и, не говоря ни слова, ушла кормить собак.
Это было к лучшему, потому что Мэтти не хотела ничего говорить.
Теперь же она так же молча Джека Боучампа, который, как это ни странно, выглядел более доступным в темном деловом костюме, рубашке сливочного цвета и аккуратно завязанном галстуке, чем вчера, когда приходил в их гостиницу.
Он выглядел спокойным… во всяком случае, не как человек, чья личная жизнь резко изменилась.
— Мистер Боучамп…
— Джек. — Он жестом пригласил ее сесть, сам же уселся в кожаное кресло с высокой спинкой и посмотрел на нее. — Мой секретарь передала мне, что вы срочно хотите меня видеть. — Джек Боучамп наклонился вперед, опершись локтями о стол.
Конечно, Мэтти должна была сказать секретарю, что это срочно, потому что ей необходимо было увидеть его. Ей пришлось сказать Клэр Томас, кто она такая, — это был единственный способ заставить секретаршу внести ее визит в плотный график мистера Боучампа. Ей предоставили всего несколько минут во время обеда, да еще предупредили, что в час у Джека Боучампа очень важная встреча.
Поскольку было без десяти час, ей следовало поторопиться.
— Проблемы с содержанием Гарри у вас в выходные? — нахмурился Джек Боучамп.
— Нет, — торопливо обронила Мэтти. — Я… я здесь не как ассистент мамы.
Его брови медленно поползли вверх, и выражение лица стало удивленным.
— Нет? — произнес он, и взгляд приобрел вчерашнюю теплоту. — Тогда почему же вам надо было срочно со мной встретиться? — К этому человеку снова вернулись очарование и притягательность.
Конечно же, не по той причине, о которой он сначала подумал.
Мэтти преднамеренно выбрала деловой стиль одежды — костюм цвета морской волны и голубая блузка — в надежде, что это поможет появиться некоему доверию между ними, в котором она очень нуждалась. Но сейчас она почувствовала, что ее ладони стали влажными, паника овладела ею. Мэтти хотела уже повернуться и убежать, но знала, что так будет еще хуже.
Она пожала плечами.
— Я фактически не работаю в гостинице, мистер… ммм… Джек, — поправилась Мэтти. Будь вежлива, проинструктировала она себя твердо.
— Значит, вы тут не из-за моей собаки? — спокойно размышлял вслух Джонатан Боучамп. — Тогда почему же вы здесь, Мэтти?
Он все это время знал ее имя! Ну… может, и не все, предположила она, вспомнив, как ее мать позвала ее во время их вчерашней беседы. И все же он обращался к ней официально… А это не очень хороший знак!
— Я, безусловно, работаю для вас… ну, не совсем, конечно так, — поправилась она, — но вы — один из моих клиентов и…
— Мэтти, вы можете остановиться и вернуться немного назад? — Он перебил ее, в его глазах была насмешка, и он едва сдерживал улыбку. — Прежде чем я, возможно, не правильно выскажусь, вы бы лучше сказали: кто вы по профессии? Не правильно выскажусь? Что он имел в виду? Что он вообще себе вообразил?..
— Я флорист, мистер Боучамп! — холодно произнесла она. — Я владелец магазина «Грин энд Бьютифул», — добавила она, пронзая его взглядом, поскольку ей на ум внезапно пришла другая профессия.
Как он посмел?! Как он мог?! Неужели она выглядела как…
Мысли Мэтти улетучились, у нее пересохло во рту, как голько она увидела неподдельный интерес на его лице. Через секунду интерес сменился брезгливой гримасой, словно…
— Ах, вот в чем дело! — медленно сказал Джек, как будто ему внезапно дали ответ на загадку, которая мучила его. — Имеет ли ваш срочный визит какое-либо отношение к путанице с карточками, которые я просил доставить вместе с цветами до конца следующей недели?
Похоже, что одна из тех четырех женщин уже с ним связалась…
Мэтти смущенно кашлянула.
— Я вообще-то сам собирался зайти к вам сегодня, — продолжал Джек Боучамп. И никакой теплоты в его карих глазах… Фактически выражение его лица стало непроницаемым.
— У меня было предчувствие, что вы зайдете, быстро подтвердила Мэтти.
— И вы подумали, что избежите моего визита, если вместо этого придете сюда сами?
— Да, — кивнула она. — Видите ли, я просматривала документы вчера вечером и поняла, что совершила ужасную ошибку…
— Правда? — Он встал, обошел стол с удивительной скоростью для такого крупного человека. — Когда точно вы поняли, что допустили ошибку?
Мэтти пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Он стоял слишком близко, и она понятия не имела, каково его настроение. Оставалось лишь предполагать, что оно не могло быть хорошим — после ее признания, которое, вероятно, перевернуло с ног на голову всю его личную жизнь.
— Я же сказала, это было вчера вечером. Мне действительно жаль…
— Мэтти, эта беседа, несомненно, интересная, мы могли бы продолжить ее вечером за ужином? — Он быстро взглянул на часы. — Видите ли, у меня встреча через две минуты и…
