3. А я ещё ему конфеты носила
– Давай я схожу с тобой в туалет, детка? – предложила я Светкиной дочке, когда наша троица остановилась перед дверью женских уборных.
– Я и сама могу, – буркнула девочка, всучив дяде свой чемодан, после чего быстренько скрылась за массивной дверью.
Мы остались стоять рядом вдвоём с Ромой. Он все ещё тыкал пальцем в свой смартфон и периодически прикладывал его к уху, вероятно, пытаясь дозвониться до сестры.
– Что, не берёт? – хмурясь, спросила я.
Рома отрицательно покачал головой.
Достала свой телефон из кармана и попробовала набрать подругу сама. Прослушав очередь длинных гудков, ответа так и не получила.
Да уж, Света, конечно, отличилась. Надо же было меня в такую неловкую ситуацию поставить!
Знала бы, осталась дома. В следующий раз надо отключать мобильный на выходные.
Чувствовала себя не в своей тарелке. Особенно понимая теперь, что Рома и сам прекрасно может позаботиться о своей племяннице, а я, в сущности, им вообще не нужна.
Ох, Светка, зачем она меня сюда пригнала?! Злилась на подругу всё больше.
А Рома, бросив ни к чему не приводящие попытки дозвониться до сестры, уставился вдруг на меня. Нагло так. Принялся изучать с ног до головы, будто я муха под микроскопом.
Мои щеки начали гореть. Отчего стало ещё более неловко: я наверняка покраснела, как синьор Помидор.
Не выдержав, отвела взгляд. Сделала вид, будто меня сильно заинтересовало качество поверхности стены напротив.
– Как, говоришь, тебя зовут? – донёсся до моего слуха прекрасный голос брата подруги. В котором появились теперь новые ноты. Только какие, я так и не смогла распознать.
– Оксана. Очень приятно. Хоть мы уже сто лет знакомы, – недовольно пробурчала я, продолжая пялиться в стену.
– Кажется, я тебя припоминаю. Ты за Светкой в школу иногда заходила. С двумя чёрными косичками, страшненькая такая, всё лицо было в прыщах.
От возмущения я открыла рот. Перевела взгляд на этого нахала и начала хлопать ресницами, оскорблённая до глубины души.
Да, у меня случались прыщики в детстве, но далеко не всё лицо было в них! И я всё равно выглядела симпатичной! Ну уж точно не страшненькой!
Вот он... А я ещё ему конфеты носила.
– Я тоже тебя маленьким хорошо помню. Ты ходил в Светкиных колготках и ел свои козявки.
– Чего?!
Испытала непередаваемое удовольствие, увидев, как округлились его глаза.
– Да-да. Такой забавный был мальчишка.
– Не ел я никакие козявки!
– Ел-ел, – поганенько ухмыльнулась я.
Это, конечно, неправда про козявки. По крайней мере, я ничего такого не видела. Но вот про колготки – правда. В то время денег ни у кого особо не было, все выживали как могли. Младшие дети донашивали одежду за старшими, особенно туго приходилось разнополым. Светкина семья не стала исключением.
Рома опасно прищурился, взглядом обещая мне безжалостную расправу. Но я была слишком довольна собой, чтобы принять эту угрозу всерьёз.
– А ещё помню, ты в соседа нашего была влюблена, в Юрку Хлебникова, – мстительно выдал братец подруги. – Он, кстати, до сих пор там со своей мамой живёт, хочешь, телефончик дам? Позвонишь, вспомнишь старую любовь.
Я сложила руки на груди, чувствуя, что снова краснею. Как он вообще может это помнить?! Маленький же был такой!
Возмущенно цокнула языком.
– Ничего я не была в него влюблена, с чего ты взял?
– Светка говорила.
– Вот предательница...
Теперь настал черёд Кораблева ухмыляться.
– Так что? Дать телефончик?
– Очень смешно! – скривилась я и снова отвернулась к стене.
К счастью, у этого нахала зазвонил телефон, и необходимость прятать глаза от его наглого насмешливого взгляда отпала.
И судя по всему, это наконец Светлана соизволила выйти на связь.
– Да. Нормально долетели. В аэропорту… – отрывисто отвечал Роман. – Да вот, с подружкой твоей стоим. С Оксаной. – Моё имя он произнес каким-то особенным тоном, растягивая гласные, и бросил на меня ироничный взгляд. – Ты зачем её отправила сюда? Что за самодеятельность, Света? Я сначала не понял, что ей надо вообще, чуть не нагрубил...
Вот, значит, как, чуть не нагрубил. Это я, выходит, ещё отделалась лёгким испугом? Повезло так повезло.
– ...Пожить у неё?! – изумлённо выдал Рома. – А чем плоха гостиница? Ты издеваешься, Света? Мы так не договаривались. Ну, она уже большая девочка, вон, в туалет сама пошла, как-то справилась там без меня.
Его слова уж больно сильно задели моё самолюбие. Надо же, как он категорично настроен против того, чтобы остановиться у меня! Интересно, что в этом такого уж страшного, чтобы назвать издевательством?
Хотя чего это я? Распереживалась тут… Будет круто, если эта парочка откажется ехать ко мне! Я с удовольствием отвезу их в гостиницу и вернусь домой смотреть свои фильмы. Может, ещё успею насладиться праздником.
Вот черт... Сегодня же праздник. Надо бы маме позвонить. Совсем забыла. Светка, коза, голову мне заморочила, а сама даже не поздравила меня, прежде чем просьбой своей загрузить! И этот её братец нахал тоже не поздравил.
Зато страшненькой обозвал, гад.
И что-то так грустно мне стало. Никто ведь, ни одна сволочь ещё сегодня не позвонила и не написала, чтобы поздравить с женским днём!
Да, коллеги поздравляли вчера, но это корпоративная этика обязывает. А сам по своему желанию ведь никто... Даже папа.
Что за жизнь?
Роман закончил разговор и устало посмотрел на меня.
– Спасибо тебе, Оксана, за хлопоты, но мы с Ляськой поедем лучше в гостиницу. Не хочется тебя стеснять.
– Что ж, уговаривать не буду, – развела я руками. – Отвезу вас в гостиницу, как скажете.
– А ты умеешь водить? – подозрительно повёл бровью Кораблёв.
Нет, ну такая формулировка вопроса, да ещё и таким тоном, просто оскорбляла. Или я уже любую фразу от него воспринимаю в штыки? Надо бы остыть.
– Я за рулём уже восемь лет, – спокойно ответила.
