Сведения о ней пытаюсь найти в открытой литературе. В "Творческом наследии" явного ничего нет. Однако среди иллюстраций нахожу ракету, внешне сходную с той, с которой пришлось работать. Шифр ракеты не указан, а сопроводительный текст имеет заголовок "Ракета длительного хранения". Несколько неожиданное название, но по сути оно имеет отношение к предмету поиска. Ведь наша морская ракета – тоже длительного хранения. Читаю текст: "Особое место в творчестве С. П. Королева, (речь идет о 50-х годах. А.З.) занимает создание первой советской БРДД, хранимой и транспортируемой в заправленном состоянии… Ракета с вытеснительной системой подачи компонентов топлива, с двигательной установкой конструкции А. М. Исаева стала родоначальницей нового специфического направления в ракетной технике". Морское направление тоже можно отнести к специфическому, и я продолжаю поиск. В книге "Академик С. П. Королев. Ученый. Инженер. Человек" заместитель главного конструктора, доктор технических наук Сергей Иосифович Охапкин (я вспоминаю его: невысокого роста, седой, очень энергичный и всегда чем-то озабоченный) пишет: "Одновременно система организации работы в нашем КБ позволила нам разрабатывать конструкцию ракет длительного хранения. Эти изделия также были созданы за короткое время, успешно прошли натурные испытания, а затем этот тип ракет был передан специализированному КБ, организованному при содействии С. П. Королева". Первоначально вновь созданное КБ В. П. Макеева предназначалось для серийного производства ракет "Р-11". Поиск вроде на верном пути.
И, наконец, подтверждение доктора технических наук Г. С. Ветрова в той же книге "Академик С. П. Королев …": "Тема №2 предусматривала разработку ракет длительного хранения… Дальнейшие работы в том направлении позволили оснастить ракетами военно- морской флот".
Сомнений нет, на иллюстрации изображена ракета длительного хранения "Р-11" – прототип морской ракеты "Р-11ФМ" (внешне обе ракеты совершенно идентичны).
Создавалась ракета "Р-11" под непосредственным руководством заместителя главного конструктора ОКБ-1 Василия Павловича Мишина. Ведущий конструктор – Виктор Петрович Макеев. Система управления разрабатывалась коллективом НИИ-885 во главе с главным конструктором Н. А. Пилюгиным, а двигательная установка – коллективом ОКБ-2 под руководством главного конструктора А. М. Исаева.
Две важные отличительные особенности этой ракеты давали основание рассматривать ее в качестве прототипа ракеты, пригодной для использования на подвод!йях лодках: во- первых, новая пара компонентов топлива и, во-вторых, ее габариты.
В ракете "Р-11" в качестве окислителя была применена азотная кислота, а в качестве горючего – тонка или ТГ-02 (топливо ГИПХа. А.З.). Применявшаяся ранее пара – жидкий кислород (низкокипящий окислитель) и спирт (горючее) требовала после заправки ракеты и до самого ее старта обеспечивать постоянный дренаж и подпитку бака испаряющегося окислителя, следовательно, необходимы были запасы окислителя и специальное оборудование. Совершенно очевидно, что в условиях подводной лодки это сделать невозможно. Азотная кислота, представляющая собой высококипящий окислитель, не испарялась, и после заправки ракета могла оставаться в состоянии боеготовности длительное время без каких-либо дополнительных операций, связанных с топливом. Отсюда и название "Ракета длительного хранения".
При модернизации ракеты "Р-11" с целью повышения ее пожаровзрывобезопасности в условиях лодки основное горючее ТГ-02 было заменено на керосин, а ТГ-02 в очень небольшом объеме оставили только как пусковое горючее, самовоспламеняющееся при соединении с азотной кислотой.
Быстротечный, исчисляемый секундами выход двигателя этой ракеты на режим полной тяги резко сокращал время воздействия газовой струи на корпусные конструкции и выдвижные устройства (перископы, радио- и радиолокационные антенны и др.) корабля.
Чтобы закончить о топливе, следует отметить, что пожаровзрывобезопасность пары "азотная кислота – керосин" была выше, чем пары "жидкий кислород – спирт", и по этому параметру первая пара также была предпочтительней.
По сравнению с ракетой "Р-1" (мало отличавшейся от немецкой "ФАУ-2") при близких значениях дальности их полета и веса боевого заряда ракета "Р-11" казалась просто малюткой. Стартовый вес этих ракет различался почти втрое. "Разработчики – вспоминает В. П. Финогеев, – любовно называли ракету "Р-11" "карандашом". Действительно, такая ассоциация возникает при ее сравнении с ракетой "Р-1": она значительно тоньше, диаметр корпуса одинаков по всей длине и, самое, может быть, характерное, форма головной части напоминает остро заточенный, по-чертежному, карандаш.
Сравнение основных параметров ракеты "Р-1" и ракеты "Р-11" в геофизическом варианте их использования убедительно демонстрирует прогресс, достигнутый в отечественном ракетостроении .
Характеристики
"Р-1" "Р-11"
Диаметр макс., м
1.66 0.88
Размах стабилизаторов, м
3.56 1,80
Стартовый вес, т
14.0 5.0
Высота полета по вертикали макс., км
100,0 160,0
Вес полезной нагрузки, кг
65,0 71.5
Применяемое топливо и габариты ракеты "Р-11" делали реальными размещение ракетного боезапаса на подводной лодке, его безопасное хранение и поддержание высокой боеготовности. Но ведь нужно было еще обеспечить старт ракеты и ориентацию ее на цель.
Для подводного корабля естественным является использование оружия без всплытия на поверхность. И военные моряки, конечно, ратовали за подводный старт, тем более, что у них были наработки, создающие определенную уверенность в возможности его осуществления. Однако у ракетчиков оптимизма на этот счет было меньше. Не было полной ясности в ряде важнейших и новых для них вопросов, таких как запуск двигателя ракеты в шахте, выход ракеты из нее и встреча с набегающим потоком от хода лодки (а лодка при старте должна двигаться, иначе она не управляется), движение ракеты на подводном участке и другие.
По приглашению Н. А. Сулимовского в Ленинграде на испытательной базе моряков побывал С. П. Королев, где ему были продемонстрированы пуски моделей ракет из шахты, сухой и заполненной водой. И хотя результаты этих экспериментов были положительными, главный конструктор понимал, что этого недостаточно для принятия решения по данному способу старта.
В практике ракетостроения не было никаких материалов научно-технического и экспериментального плана по этой проблеме. И поэтому постановка сразу такой "максимальной" задачи потребовала бы длительных научных исследований, различных экспериментов и натурных испытаний, а следовательно, и подготовки соответствующего материального обеспечения. Необходимо было бы создать специальный подводный стенд. На подготовку к испытаниям и их проведение ушло бы значительное время. Мне довелось, уже в 70-х годах, руководить испытаниями по отработке подводного старта. И хотя это был уже четвертый тип ракет, стартующих из-под воды, проблем не убавлялось, испытания шли трудно и медленно.
В ту пору отрицательные результаты испытаний (а вероятность их получения нельзя было исключить при том уровне познания сложных гидродинамических процессов, сопровождающих подводный старт) могли привести не только к затяжке сроков, но и вообще, учитывая обстановку, к закрытию темы как таковой. Мне думается, что именно такой ситуации в первую очередь опасался главный конструктор С. П. Королев. И он принимает решение – пуск ракеты производить в надводном положении лодки.
Как вспоминает П. Н. Марута, в развитие принятого решения была полажена идея, высказанная Н. А. Сулимовским. Смысл ее заключался в следующем. Предстартовая подготовка ракеты в шахте начинается еще при нахождении лодки под водой, затем лодка всплывает, открывается крышка шахты, и пусковой стол вместе с ракетой поднимается на верхний срез шахты. Из этого положения производится пуск ракеты. Затем стол опускается, крышка шахты закрывается и лодка погружается.
Все вроде бы просто. Но даром, как известно, ничто не дается. Ведь море это стихия, и на его поверхности может быть волнение, вплоть до штормового. Под влиянием волн лодка будет качаться, при этом размахи ее могут достигать значительных углов.
Учитывая незначительную повторяемость волнения моря свыше 5 баллов, установили эту величину предельной для использования оружия. В этих условиях бортовая качка подводной лодки, планируемой для проведения испытаний, ожидалась в пределах до 12 градусов, килевая – до 6 градусов.
Таким образом, сформировались условия надводного старта ракеты: лодка движется, рыскает при этом по курсу и качается в поперечном и продольном направлениях. Так что ушли от трудных условий подводного старта и пришли к не менее сложным надводного. Правда, каковы первые – мы могли только предполагать, а вторые были совершенно определенными, что и позволяло приступить к решению задачи.
