сторону Лейлы, хватаю её за запястье и тяну за собой. — Ты уезжаешь домой сегодня же. Я точно знаю, что ночью будет рейс. Билеты я тебе достану.
— Домой? — удивляется девушка.
— Ты ведь не думала, что у тебя получится выполнить миссию, ради которой отец и отправил тебя сюда? Он хотел, чтобы я купился на очаровательное личико обольстительницы и обзавёлся потомством… — рычу сквозь зубы и чуть дёргаю девушку, которая тут же вырывает руки.
— Саид, отец просто хотел, чтобы я приглядела за вами, чтобы помогала вам по дому… — начинает оправдываться Лейла.
Всегда покорная…
В эту секунду она сорвала с себя маску, сама того не подозревая.
Всегда покорная никогда бы не стала вырывать руки и вести себя как строптивица.
Я оказался прав: Лейлу сюда отправили не просто так. И если она всё это время плясала под дудочку моего брата, Али, то ей лучше бежать подальше от меня.
— Мне до этого нет дела. Хватит с меня твоего присутствия в этом доме. Я пожалел тебя и не отправил домой сразу. Ты слишком много времени провела в этом доме.
— Вы решили прогнать меня из-за предательницы?
Во взгляде Лейлы мелькает ревность, и она снова сдаёт себя.
Нет…
Она совсем не покорная девушка, воспитанная по нашим обычаям.
— Собирай вещи. Сейчас же.
Девушка опускает голову и уходит, а я звоню в аэропорт и прошу забронировать билеты на имя Лейлы. Вызываю своего доверенного человека, который должен будет посадить девушку в самолёт и убедиться, что она улетела.
Возвращаюсь в гостиную, где Нежке уже принесли чай, но она не прикасается к кружке, отрешённо смотрит себе под ноги, скрестив руки на груди.
— Я не хочу, чтобы ты совершила какую-нибудь глупость, Нежка, — негромко говорю я, а она вздрагивает и поглядывает на меня.
— Тогда, может, поговорим по душам, и ты ответишь мне на вопрос, который так сильно тревожит меня?
— А может, ты просто перестанешь ставить мне условия? Неужели с самого начала нашего знакомства ты так и не поняла, что я не собираюсь плясать под твою дудочку? Если тебе хотелось находиться под крылом подкаблучника, следовало выбирать какого-нибудь стероидного соседа. Я не плюшевый мишка, и ты знала это с самого начала.
— Почему ты убил её, Саид? — срывается с губ Нежки вопрос, и кровь стынет в жилах.
— Убил кого? — цежу сквозь зубы, уже примерно понимая, что именно ей удалось узнать обо мне, и почему Нежка бежала от меня без оглядки.
— Свою бывшую… Ты и меня точно так же растерзаешь? После того как родится ребёнок?
Мелкие мурашки пронизывают кожу. Мне кажется, что это от холодного ветра, ворвавшегося в окно, но оно закрыто, а на улице вовсю палит солнце.
— Вот почему ты сбежала от меня… Это он тебе сказал? Мужчина, которого ты впустила в дом?
— Я никого не впускала в дом, Саид!
— Ты впустила моего врага, — отрицательно мотаю головой я.
— Эти снимки мне прислали с твоего телефона… А потом письмо на почту. Я никого не впускала в твой дом.
Я слушаю Нежку, но взгляд прилипает к силуэту Лейлы, мелькнувшему в коридоре. На секунду мне показалось, что это была Нежка, словно она только сидела тут и оказалась там. Те же тёмные волосы волнами, такая же хрупкая фигура…
Подскакиваю на ноги и спешу догнать девушку, чтобы заставить ответить на все мои вопросы на прощание.
Неужели меня обманули и заставили думать, что это Нежка впустила в дом того, кого я перестал считать своим братом?
Конечно, это не было решающим в нашем расставании. На меня сильнее повлияло то, что она послушала кого-то другого и решила, что должна бежать подальше от жестокого убийцы, коим меня считают. Да и то, что в моём доме был Али, я узнал спустя время после расставания со Снежаной, но в любом случае я не прощаю предателей.
— Лейла, стой! — заставляю женщину замереть на месте и остановиться.
Она с надеждой смотрит в мою сторону, словно ждёт, что я велю ей остаться.
— Это ты впустила Али в дом… На камерах не было видно лица… Но сейчас я увидел схожесть… Ты надела платье Снежаны и впустила Али в дом, чтобы подставить её. Зачем тебе это потребовалось?
— Али вынудил меня служить ему и передавать ему всю информацию о вас. Это он заставил меня притвориться Снежаной и заставить вас думать, что она предала вас, — всхлипывает Лейла. — Я боюсь его. Если мне придётся вернуться домой, он будет в гневе и избавится от меня.
Девица слишком быстро сдалась и сказала правду, но я понимаю, что не всю. Кровь в жилах буквально кипит. Я стискиваю зубы и какое-то время пристально смотрю на ту, что сейчас льёт слёзы попусту. Она просто пытается надавить на жалость.
— И много ты передала ему обо мне? — спрашиваю ледяным тоном.
— Я ничего не передавала, говорила, что вы почти не бываете дома, я не хотела подставлять вас, Саид, ведь вы чудесный человек. Ваш отец хотел, чтобы я заботилась о вас, а брат… Али начал угрожать мне, но я не сдала вас.
— Не сдавала меня, но подставила Снежану, — ухмыляюсь я. — Хороша твоя преданность.
— Она вам не подходила… И вы это прекрасно знали. Саид, прошу вас, позвольте мне остаться рядом и доказать, что я на вашей стороне…
Лейла делает шаг вперёд и несмело берёт меня за руку, но я стряхиваю её пальцы с себя и делаю шаг назад.
— Собирай вещи быстрее, потому что ждать тебя никто не будет и погрузят в самолёт в любом случае.
Лейла рыдает, а я не верю её слезам. Если она всё это время была заодно с Али, то как можно верить тому, что она не будет продолжать идти на его поводу и дальше?
А мне, похоже, придётся встретиться с братцем и расставить все точки в наших отношениях.
Я понимаю, что открывшаяся правда никак не повлияет на наше будущее с Нежкой. Тот факт, что это не она впустила Али в дом, совсем ничего не значит. Она подняла на меня заряженный ствол и готова была выстрелить, хоть я всегда был добр к ней… Она уверена, что я способен на жестокое убийство. На сердце выжигается очередной шрам, очередное напоминание о
