– Поступившие жалобы будут рассмотрены в установленном Законом порядке, – прогремел Консул. – Компенсации уже не ваша забота, Бенедикт!
– Но хуже всего другое, – не унимался Бенедикт, – она упустила опаснейшего преступника, одержимого идеей уничтожить всех Сумеречных охотников! И теперь мы даже не представляем, где он скрывается. Но согласитесь, ловить должен тот, кто упустил! Нечего перекладывать свои обязанности на других!
Он почти кричал. В зале поднялась настоящая буря; Шарлотта была в смятении, Генри растерялся, Уилл едва сдерживал ярость. Консул нахмурился уже при упоминании семьи Фэйрчайлд (наверно, это семья Шарлотты, подумала Тесса) и теперь молча ждал, пока собравшиеся угомонятся. Дождавшись тишины, он сказал:
– Враждебное отношение к главе собственного Анклава никому не делает чести, Бенедикт.
– Прошу прощения, Консул. Я действую исключительно в интересах Анклава, посему заявляю: нельзя оставлять пост главы Института за Шарлоттой, пусть даже при участии Генри, кстати, чисто номинальном. Я убежден, что женщина не должна управлять Институтом – в этом деле нельзя полагаться на душевные порывы, нужен логический склад ума. Несомненно, Шарлотта добрая и порядочная женщина, но мужчина в два счета разгадал бы гнусные козни шпионишки вроде Натаниэля Грея!
– Меня он тоже обвел вокруг пальца! – вскочил Уилл, яростно глядя на Бенедикта. – Как и всех остальных. Что конкретно вы пытаетесь сказать о нас с Джемом и Генри, мистер Лайтвуд?!
– Вы с Джемом еще дети, – отрезал Бенедикт, – а Генри не вылезает из лаборатории.
Уилл рванулся с места, однако Джем схватил его и усадил обратно, что-то яростно шепча. Джессамина радостно захлопала в ладоши, скуки в глазах как не бывало.
– Ну, наконец хоть какое-то разнообразие!
– Да ты слышала, что он несет? – возмутилась Тесса. – Он же оскорбил Шарлотту!
Джессамина нетерпеливо отмахнулась, боясь пропустить самое интересное.
– И кто же достоин занять место главы Института? – с сарказмом поинтересовался Консул. – Неужели вы?
Бенедикт скромно развел руками:
– Как прикажете, Консул…
Поднялись еще трое. Двоих Тесса уже видела, хотя и не знала имен, – это были члены лондонского Анклава и Лилиан Хайсмит.
Бенедикт победно улыбнулся – все смотрели только на него. Рядом сидел Лайтвуд-младший, устремив на отца взгляд бесстрастных зеленых глаз и вцепившись тонкими пальцами в спинку стула перед собой.
– Меня поддерживают трое, как того и требует Закон. Значит, я могу претендовать на замещение должности Шарлотты и стать главой лондонского Анклава!
Шарлотта задохнулась от негодования, но осталась сидеть, даже не повернув головы. Джем крепко держал Уилла за руку, а Джессамина вовсю наслаждалась спектаклем.
– Нет, – ответил Консул.
– Я имею право!..
– Бенедикт, вы изначально выступали против назначения Шарлотты, потому что сами хотели занять эту должность. И теперь, когда Анклав должен сплотиться перед лицом опасного врага, вы привносите разлад и сеете распри прямо на заседании Совета.
– Большие перемены не всегда проходят гладко, но не в этом суть. Я настаиваю на своем праве! – Бенедикт нервно сцепил пальцы в замок.
Консул задумчиво побарабанил пальцами по кафедре. Позади него стоял невозмутимый Инквизитор. Наконец, Консул произнес:
– Вы предлагаете возложить поимку Мортмэйна на плечи тех, кто, как вы изволили выразиться, «упустил» его. Полагаю, вы согласны, что найти Магистра – задача первоочередная?
Бенедикт коротко кивнул.
– Тогда предлагаю следующее: пусть Мортмэйна ищут Шарлотта и Генри Бранвелл. Если по истечении двух недель они не обнаружат его самого или его укрытие, мы вернемся к вопросу о замещении должности.
Шарлотта подскочила на стуле:
– Одни?.. Без помощи Анклава?!
Взгляд Консула не был враждебным, но и приветливым его назвать язык бы не повернулся.
– Разумеется, в случае крайней необходимости вы можете попросить помощи у Анклава. Кроме того, с вами будут Безмолвные братья и Железные сестры. Однако отыскать Мортмэйна вы должны сами.
– Я против, – возразила Лилиан Хайсмит. – Вы превращаете поиск опасного безумца в фарс, сейчас не время для политических игрищ!
– Хотите отозвать свой голос в поддержку Бенедикта? – осведомился Консул. – Тогда вопрос будет снят, и Бранвеллам не придется ничего доказывать.
Взглянув на Бенедикта, Лилиан передумала и покачала головой.
– Погибли наши слуги, – устало проговорила Шарлотта. – Без них…
– Вы получите новых, как и положено. Сирил, брат Томаса, уже выехал из Брайтона, чтобы взять на себя дела по хозяйству, а дублинский Институт отдает вам своего второго повара. Это хорошо обученные воины, в отличие от ваших прошлых слуг, Шарлотта.
– И Томас, и Агата умели драться, – возразил Генри.
– Не обучены и другие ваши домочадцы! – воскликнул Бенедикт. – Не только мисс Ловлесс манкирует тренировками! Горничная, кажется Софи, и эта девчонка из Нижнего мира тоже абсолютно беззащитны. Если она хочет остаться в качестве непременного дополнения к Институту, то ей, как и служанке, нужно знать хотя бы основы самообороны.
Тесса потрясенно воскликнула:
– Джем, неужели он обо мне? – Юноша хмуро кивнул. – Ведь я ногу себе отрублю!
– Себе не надо, начни с Бенедикта, – прошептал Уилл.
– Не волнуйся, ничего сложного в этом нет… – попытался успокоить ее Джем, однако Бенедикт снова заговорил, и ему пришлось умолкнуть.
– Поскольку Шарлотта и Генри будут заняты поисками Мортмэйна, мои сыновья Габриэль и Гидеон, который сегодня возвращается из Испании, позаботятся об их подготовке. Оба превосходные бойцы, и им не мешало бы попробовать себя в роли учителей.
– Отец! – ужаснулся Габриэль. Очевидно, тот и не подумал узнать его мнение.
– Мы сами можем обучить своих слуг! – рявкнула Шарлотта, но Консул неодобрительно покачал головой:
– Бенедикт Лайтвуд предлагает щедрый дар. Вам следует принять его.
Шарлотта густо покраснела, затем кивнула, признав его правоту. У Тессы голова пошла кругом: ей придется драться, метать ножи и размахивать мечом? Само собой, ее любимая Капитола в романе «Спрятанная рука» дралась не хуже любого мужчины. Да и одевалась она как мужчина. Но одно дело читать о персонаже романа, а совсем другое – стать такой же.
– Вот и прекрасно, – обрадовался Консул. – Текущее заседание Совета объявляю закрытым, встречаемся здесь же через две недели. Все свободны.
Разумеется, сразу никто не ушел. Люди столпились в проходах и шумно обсуждали заседание. Шарлотта молча сидела на своем месте, Генри стоял рядом и отчаянно пытался выдавить из себя что-нибудь утешительное, но что тут было сказать! Он робко погладил ее по плечу. Уилл сверлил взглядом Габриэля Лайтвуда, который мрачно смотрел на них.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
