А в Институте никому не было дела, что девушке почти двадцать, никто не требовал отворачиваться лицом к стене, ей даже позволялось заговаривать с хозяевами первой, не дожидаясь, пока ее спросят. Иногда Софи думала, что даже с полученным увечьем все обернулось к лучшему: пусть предыдущий хозяин изуродовал ей лицо, зато она получила работу в Институте. Конечно, бедняжка до сих пор не могла смотреться в зеркало, но страшное чувство утраты покинуло ее. Джессамина порой насмехалась над ней, но остальные, казалось, не замечали длинного шрама на щеке. Да еще Уилл бросал иногда какую-нибудь колкость, но беззлобно, будто для проформы.
А потом она влюбилась в Джема.
Софи сразу узнала его голос: Джем шел по коридору и радостно смеялся над чем-то вместе с мисс Тессой. Девушке вдруг стало трудно дышать. Она презирала себя за эту ревность, но ничего не могла поделать. А ведь мисс Тесса была всегда так добра к ней, в ее больших серых глазах светились такая тоска и одиночество – ей был очень нужен друг! На Тессу невозможно сердиться, и все же… Джем так смотрел на нее, а Тесса даже не замечала.
Не в силах вынести их присутствия, Софи схватила щетку и ведро и нырнула в ближайшую комнату, проворно прикрыв за собой дверь. Это оказалась гостевая комната, и она пустовала, как и многие другие помещения в Институте, предназначенные для временного проживания заезжих охотников. Раз в две-три недели Софи вытирала в них пыль. Видимо, в эту комнату она давно не заглядывала – в потоках солнечного света плясали пылинки, и нос у девушки отчаянно зачесался, когда она прильнула к замочной скважине.
Она не ошиблась: по коридору шли Джем с Тессой, полностью увлеченные друг другом и не замечавшие ничего вокруг. Джем нес какой-то сверток, а Тесса радостно смеялась над его шутками. Она смотрела в сторону, а Джем не сводил с нее сияющих глаз. Такое лицо бывало у него, когда он играл на скрипке, полностью поглощенный и очарованный дивными звуками.
Он был так хорош собой, что у Софи заныло сердце. Все считали красавцем Уилла, но ей казалось, что Джем красивее в тысячу раз. Словно ангел неземной со старинной картины! Пусть серебристые волосы и бледная кожа стали такими из-за «лекарства», но в этом их особая прелесть. А еще он спокойный, надежный и добрый! А какие красивые у него руки – тонкие, сильные пальцы, изящные кисти… Раньше Софи думала, что никогда не позволит тронуть себя ни мужчине, ни юноше, но Джем – совсем другое дело. Она представляла, как он нежно касается ее лица и отводит выбившиеся прядки в сторону…
– Поверить не могу, что завтра они явятся сюда! – воскликнула Тесса, обернувшись к Джему. – Будто я и Софи – кость, которую бросили злой собаке, чтобы задобрить. Бенедикту Лайтвуду, должно быть, глубоко плевать, научимся мы драться или нет. Главное, что его сыновья будут постоянно болтаться в Институте и действовать на нервы Шарлотте.
– Может, и так, – признал Джем. – Но почему бы не воспользоваться случаем и не научиться чему-нибудь? Шарлотта хочет и Джессамину привлечь к тренировкам. А что до тебя, то даже если Мортмэйн больше не объявится, обязательно найдутся другие – твой дар делает жизнь довольно опасной. Ты должна научиться сама заботиться о себе!
Тесса непроизвольно коснулась ангела, как всегда висевшего у нее на груди. Видимо, она и сама не замечает этого жеста.
– Знаю, что на это ответит Джесси – скажет, обороняться ей понадобится только от смазливых кавалеров.
– А может быть, наоборот – от совсем уж невзрачных?!
– Лишь бы они не были Сумеречными охотниками, – усмехнулась Тесса. – Для нее уж лучше невзрачный мирянин, чем смазливый охотник.
– Значит, у меня никаких шансов? – притворно опечалился Джем, и Тесса расхохоталась от души:
– Как жаль! Джессамина такая красавица, что легко нашла бы себе пару, вот только охотники ей совсем не нужны.
– Ты гораздо красивее, – заметил Джем.
Тесса удивленно посмотрела на него и вспыхнула. Софи снова ощутила укол ревности, хотя была согласна с Джемом. Джессамина хороша лицом и прекрасно сложена, эдакая «карманная Венера», но не более. Ее вечно кислая мина портила все впечатление. А Тесса другая, в ней есть особое очарование, и чем больше узнаешь ее, тем больше она нравится. А еще у нее темные, густые вьющиеся волосы и огромные, серые, как море, глаза, которые светятся умом и весельем – вот уж чего точно не хватает Джессамине.
Джем остановился у двери мисс Джессамины и постучал. Никто не откликнулся, он пожал плечами и оставил сверток с одеждой (видимо, костюм для тренировок) под дверью.
– Она ни за что его не наденет! – улыбнулась Тесса, и на щеках у нее появились ямочки.
– Я не собираюсь одевать ее насильно, достаточно и того, что костюм принес.
Они направились дальше по коридору, Джем впереди, Тесса следом за ним.
– И как только Шарлотта может разговаривать с братом Енохом так часто! У меня от него мурашки бегут.
– Ну не знаю. Я, к примеру, надеюсь, что у себя дома братья такие же, как мы: подшучивают друг над другом, готовят что-нибудь вкусненькое… понимаешь?
– Надеюсь, они любят играть в шарады, – иронично заметила Тесса. – Просто грех не воспользоваться таким талантом!
Джем расхохотался, и они свернули за угол. Софи устало прислонилась к двери. Ей никогда не удавалось развеселить его. Никому не удавалось, кроме Уилла. Так смеются только с очень близкими людьми. Он давно нравился ей, но неужели она для него совсем чужая?
Тяжело вздохнув, Софи собралась покинуть свое убежище, но тут дверь в комнату мисс Джессамины открылась. Софи снова замерла. Вышла мисс Джессамина, одетая в длинный бархатный плащ, укрывший ее с головы до пят. Волосы тщательно собраны на затылке, в руках – мужская шляпа. Девушка бросила презрительный взгляд на костюм, лежащий на пороге, потом пнула его ногой, отбросив в комнату. Софи с удивлением заметила, что она обута в мужские ботинки. Бесшумно притворив дверь, Джессамина обернулась, нахлобучила шляпу как можно ниже, почти закрыв лицо, опустила голову и крадущейся походкой торопливо двинулась к выходу, оставив Софи в полном недоумении.
Глава 3
Неоправданное убийство
Увы! Они в юности были друзьями,Но людской язык ядовит, как змея;Лишь в небе верность суждена;И юность напрасна, и жизнь мрачна;И нами любимый бывает презрен;И много на свете темных тайн[4].
Сэмюэл Тейлор Кольридж,«Кристабелъ»
Следующим утром после завтрака Шарлотта велела Тессе и Софи вернуться к себе и переодеться в новые костюмы, а затем встретиться с Джемом в зале для тренировок и ждать Лайтвудов. Джессамина на завтрак не явилась, сославшись на головную боль, а Уилл просто исчез. Тесса подозревала, что он нарочно прячется, чтобы не встречаться с Лайтвудами – разводить политесы с реверансами было выше его сил. Она отчасти понимала Уилла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
