слышу, как он подавляет стон, но до меня все равно долетает звук. И он буквально доносится прямо до моей киски. Все еще разглядывая мое тело, он отворачивается и берет счет.
Только сейчас я осознала, какой же он высокий: где-то метр восемьдесят три. При этом я, будучи на каблуках, около метр шестьдесят восемь, едва достаю ему до плеча. Я вижу, как его мышцы напрягаются под серой футболкой, а джинсы едва сдерживают желание. На этой заднице можно хоть зуб сломать. Я хочу провести ногтями по его коже, хочу увидеть, как он дрожит. Я хочу..
Он захлопывает кошелек и засовывает кредитную карту обратно в бумажник. Я смотрю, как он убирает его в задний карман.
Соберись.
Я отхожу в сторону, пытаясь немного отдышаться. Прошло много времени с тех пор, как я это делала, поскольку постоянно была занята работой. За последние три месяца я была в разъездах больше, чем дома. Быть может, это идеальное время. Я чувствую, что не просто хочу этого. Я нуждаюсь в этом. Сегодня для меня закрылась одна дверь, пришло время открыть новую.
— Подожди, — зовет он позади меня.
Мое волнение замирает в груди, как камень.
О боже, он передумал.
Я оглядываюсь через плечо и вижу, как на его лице мелькают сразу несколько эмоций: ожидание, замешательство, потребность. Затем он прижимается ко мне сзади.
— Я даже не знаю твоего имени, — бормочет он низким и сладким, как мед, голосом.
У меня перехватывает дыхание. Возможно, он прав.
А может, и нет..
У меня такое чувство, будто нам суждено быть двумя душами, которые нашли друг друга, но только на этот, необходимый для обоих, момент. Потом он пойдет своей дорогой, а я — своей. Поэтому я улыбаюсь и, качая головой, беру его за руку. Она намного больше моей. Мне нравится, как он обхватывает мои пальцы, держа их крепко и уверенно.
— Никаких имен, — говорю я. — Никаких мыслей о работе. Никакой реальной жизни. Сегодня вечером мы просто два человека, потерявшихся в чужом городе.
Я снова смотрю на него и кажется, мое сердце замирает в груди, когда он улыбается мне своей предвкушающей улыбкой. Он в деле, и хочет потеряться так же сильно, как я.
Я слегка сжимаю его руку. Он подходит ближе, полностью готовый к тому, что последует дальше.
— Веди меня за собой, Девушка-загадка.
Я держу его за руку и тяну в сторону своей комнаты. Мы проходим мимо пустой стойки и выходим из бара. Друзья Чада все хихикают при виде нас. Двое из них машут мне рукой. Один настолько пьян, что ему нужна помощь друга для поддержки.
Незнакомец отпускает мою руку, поскольку перед нами проходит группа людей. Чтобы пропустить их, я прислоняюсь к нему и чувствую, как он напрягается: как будто готовый к драке. Инстинктивно я поднимаю руку, проводя пальцами по его плечу. Он успокаивается от моего прикосновения, испуская вздох.
Как же он хорошо пахнет. Я борюсь с желанием прильнуть к нему. Он пахнет лесом и цветами. Я хочу свернуться калачиком у его груди, вдыхая запах его футболки.
— Последний шанс получить билет на парусные гонки, красотка, — обращается ко мне Чад. — Почему бы тебе не оставить своего брата и не поиграть с настоящим мужчиной?
— О черт, это её брат? — спрашивает пьяный парень.
Двое остальных смеются.
Непринужденно, мой незнакомец делает шаг вперед, протягивая руку Чаду.
— Кажется, я не расслышал твое имя.
Чад делает паузу, глядя на протянутую руку.
— Меня зовут Брэд, — говорит он, берет его за руку и крепко пожимает. — Брэд Холлингсворт.
— Брэд… точно, — отвечает незнакомец, сохраняя спокойствие.
Я не улавливаю их следующих реплик, поскольку в это время прячусь за его спиной, подавляя смех. Мои плечи дрожат. Его рука обхватывает меня сзади, прижимая к себе, пока он машет рукой и говорит что-то на прощание подвыпившей группе яхтсменов.
Как только они уходят, он поворачивается, положив одну руку мне на бедро. Другая рука останавливается на подбородке, поднимая мою голову вверх.
Он ухмыляется, как идиот. Мы оба.
— Его зовут Брэд.
Я снова фыркнула. Боже, у меня слезы на глазах.
— Клянусь, я не знала, — говорю я, задыхаясь.
Он стоит так близко, что со стороны может показаться, будто мы обнимаемся. Его взгляд теплеет, когда он изучает черты моего лица. Затем протягивает руку и дотрагивается до моей щеки.
Моя грудь тяжелеет, и я начинаю часто дышать от всех этих чувств. Прошло слишком много времени с тех пор, как ко мне кто-то прикасался из мужчин.
— Тебе не было страшно, что, возможно, я захочу «настоящего мужчину»? — бормочу я.
— Ни за что, красавица, — отвечает он, — У тебя есть всё, что нужно. Прямо здесь.
Я улыбаюсь. И в данный момент я готова взобраться на этого мужчину, как на дерево.
Не теряя больше ни секунды, я поворачиваюсь в сторону выхода, беру его за руку и мы вместе проносимся через двери бара во внутренний вестибюль отеля. Мои каблуки стучат по плитке в то время, как он бесшумно движется позади меня. Кроме стука моих каблуков, единственным звуком является тихая джазовая музыка, доносящаяся из бара.
Я вижу наши отражения в нержавеющей стали дверей лифта. Он выше меня на голову. Протягиваю руку и нажимаю стрелку вниз, наблюдая, как над дверями вспыхивают белые огни, и лифт мчится на наш этаж.
Он подходит ко мне вплотную.
— Могу я прикоснуться к тебе? — шепчет он.
Его теплое дыхание поднимает рой мурашек по всему телу.
Я борюсь с дрожью желания и киваю.
Его руки переходят на плечи, а после нежно пробираются под мои волосы. Его шершавые ладони скользят вниз по рукам.
Как только лифт звякает и двери открываются, я захожу внутрь, направляясь прямо к задней стене. Он следует за мной. В этом замкнутом пространстве он выглядит огромным.
Я поворачиваюсь, хватаясь за холодный металлический поручень. В это время он подходит ко мне сзади и хватает за талию. Затем приближает свое лицо к моему, и мы вместе делаем глубокий вдох.
— Можно тебя поцеловать? — спрашивает он, уже почти касаясь своими губами моих.
Я испускаю нуждающийся вздох, отпускаю поручень и хватаюсь обеими руками за его мягкую футболку.
— Боже, да..
И тут он целует меня. Его тело накрывает мое, забирая весь воздух. Я открываюсь ему навстречу, мои руки отпускают его футболку, обвиваясь вокруг шеи. Я вплетаю пальцы в его волосы, приподнимаясь на носочках, провожу ногтями по его затылку, вызывая стон, который заставляет его прижаться ко мне бедрами.
Мы
