Он просто выкинул меня за ворота, небрежно опустил сумку с вещами под ноги и лязгнул замком калитки. Очевидно, что Юра вернулся в дом и продолжил развлекаться с соседкой ровно с того места, на котором остановился.
Тогда мне хотелось умереть. Ни много, ни меньше…
Ведь моя первая любовь, мой единственный мужчина покромсал душу в клочья своим предательством и деланным безразличием.
Сначала было больно, так больно, что каждое лишнее движение причиняло мучительную агонию.
Первую неделю после расставания я плакала сутки напролет, потом накатило безразличие и какое-то отупение. Я не выходила из квартиры целых два месяца, редко покидала свою комнату.
Родители не знали, как вытащить меня из депрессии, приглашали даже психолога, а я не могла перестать смотреть на профиль своего любимого Юры, где он регулярно размещал фото со своей новой пассией, тщательно удалив все прежние фото, где мы были вдвоем.
Однажды вечером родители известили, что уезжают на две недели к родственникам в Казань и поручили мне заботиться о Чарльстоне – золотистом ретривере с хорошей родословной. Пес был жуткий проказник и слушался только маму. С ним нужно было гулять, кормить, мыть и вычесывать шерсть породистой псине, которая регулярно участвовала в выставках.
Иначе говоря, мне пришлось заботиться о песике, покупать ему корм, варить полезную сбалансированную кашу, выходить на улицу, гулять…
Поначалу ничего не изменилось, но потом я поняла, что сама с нетерпением жду момента, когда Чарльстон начнет крутиться возле двери, показывая, что ему нужно сходить по нужде.
Когда родители вернулись домой, я еще не была готова скакать до потолка от счастья, но уже задумывалась о том, чтобы найти новое место работы, потому что с прошлого меня просто уволили…
* * *
Сейчас я живу одна, родители окончательно перебрались в Казань, к бабушке, со стороны отца. У них большой частный дом и они вполне счастливы жить на родине папы. Им всегда нравилась загородная жизнь, а квартира в городе осталась мне.
Пока Юра мастерски массирует вторую стопу, на меня накатывают события из прошлого – и хорошие, и плохие.
Но больше всего мне не хватает именно Чарльстона, он никогда не любил Юру и часто грыз его модные, дорогие кожаные туфли, с большим удовольствием лежал на замшевых ботинках, оставляя на них свою шерсть.
Может быть, собаки, действительно, чувствуют людей и Чарльстон учуял в Юрке гнильцу раньше, чем она вылезла на свет?!
Если так, то сейчас я тем более не желаю видеть Юру!
– Спасибо за массаж. Мне уже полегчало.
Я нервно встаю и пытаюсь дотянуться до двери, чтобы открыть ее и показать наглецу выход в подъезд.
Однако мой бывший стоит, как скала, и не движется с места.
– Светик…
– Я Светлана. Терпеть не могу, когда меня называют Светиком!
– Ты должна знать. Несколько лет назад я стал жертвой обмана и совершил чудовищную ошибку! Ты не была виновата, что не могла забеременеть. Дело всегда было во мне. Я… бесплоден! – заявляет Юра и опускается на пуф, закрыв лицо руками. – Полгода назад узнал. Всё, всё, чем я жил эти годы, было обманом. Анжела забеременела не от меня. Ни первый, ни второй ребенок… не мои! – кается со слезами в голосе. – Я больше не могу так жить. Не могу возвращаться в свой дом и видеть пустые стены.
– Пустые стены? Но куда подевалась Анжела и твои дети?
– Они не мои! – жестко отвечает Юра. – Как только мне стало известно о лжи, я мгновенно порвал с женой, отвез вместе с чужими отпрысками к матери Анжелы. Мне плохо, я как будто горю в аду. И чем дольше это длится, тем сильнее я понимаю, что был счастлив только с тобой.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Вернись ко мне, Света, – тихо произносит Юра, обняв меня за колени.
Его лицо утыкается мне в живот.
В круглый живот.
Пытаюсь высвободиться из его объятий.
– Юра, может быть, ты не заметил, но я беременна!
– Я знаю, – отзывается он. – Ты сделала себе ЭКО, я за тобой наблюдал и это… ровным счетом ничего не меняет!
– Ничего не меняет?! Юра, ты предыдущую жену бросил из-за того, что она родила двоих детей не от тебя. Мой ребенок никогда не будет твоим!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Это другое, Светик! Ты осознанно пошла на ЭКО, потому что не хочешь быть одна и не можешь связать свою жизнь с другими мужчинами, кроме меня. Я был у тебя первым! – напоминает он, явно гордясь собой. – Очевидно, что ты меня не забыла, а внутри еще теплятся чувства. Я готов… принять этого ребенка от безымянного донора, как наказание за свой эгоизм.
Слова Юры мгновенно вызывают буря возмущения.
– Мой ребенок – это не наказание. Ясно тебе?!
Толкаю Юру в плечи, ставшие более рыхлыми, однако он даже не шелохнулся.
– Скажи, как мне загладить свою вину? Я готов на все!
Глаза Юры загораются фанатичным огоньком…
На миг мне даже захотелось попросить бывшего мужа, чтобы он избавил этот мир от Амира Анварова и отправился за решетку, отбывать срок за содеянное.
Это был бы самый гениальный план, при исполнении которого я бы могла избавиться одним махом от двух надоедливых мужчин и остаться с малышом…
Но увы, я не настолько коварная. Все, что приходит мне в голову, это…
Глава 4
Светлана
– Дай мне второй шанс, Света…
Качаю головой.
Второй шанс этому предателю? Может быть, Светик и дала бы, но Светик давным-давно умерла, выплакала свою любовь к этому козлу и пропала с теми высохшими слезами.
– Пожалуйста. Ты не пожалеешь. Я готов меняться! – расправляет плечи.
– Юра, одних твоих слов мало, чтобы я поверила в серьезные намерения.
Откровенно говоря, мне плевать на его чувства. Все давно сгорело и осталось лишь пепелище, я переболела этими отношениями, пережила предательство.
Рана зарубцевалась, и я больше ни за что и никогда не доверюсь без оглядки даже самому лучшему из мужчин!
– Слов мало? – уточняет Юра.
Молчу красноречиво.
Бывший выпрямляется, заглядывает мне в глаза, пообещав:
– Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы доказать тебе свои чувства. Скажи, что мне сделать? Я выполню это в тот же миг.
– За мной увязался один мужчина. Боюсь, он довольно настойчив и может преследовать меня, – говорю осторожно.
Наблюдаю за реакцией Юры. Он мгновенно сжимает пальцы в кулаки, расправляет широкие плечи и приподнимает голову.
– Кто он? Я с ним разберусь. Назови мне его имя! – требует бывший. – Имя, Света!
Боюсь, что если я назову имя Анварова, это сыграет против меня.
Вряд ли Юра осмелится выступить против такого влиятельного бизнесмена. Бывший муж тоже не из простых людей, но интуитивно чувствую, что у Анварова уровень намного выше.
Нехорошо бросать бывшего мужа на амбразуру вслепую, но других вариантов у меня нет. После предательства Юры я сторонилась общения с мужчинами, твердо решив, что проживу без них.
– Я не запомнила его имени, – вздыхаю притворно. – Я встретила его в клинике и поняла, что он там бывает довольно часто. Даже не знаю, как поступить. Может быть, мне лишь показалось, что он станет преследовать меня…
– Поверь, в таком деле лучше перебдеть, чем недобдеть! – опускает ладони на плечи и приближает к своему телу, обняв. – Ты часто посещаешь клинику?
– Довольно часто.
– Думаю, тебе лучше уехать из города на несколько дней, а на следующий прием мы пойдем вместе. Даже если тот идиот снова решится таскаться за тобой, при виде меня ему больше не захочется это делать! – решительно заявляет Юра. – Давай ко мне? Я как раз обновил ремонт в загородном домике…
Ох, как быстро он принимает решения. Берет быка за рога.
Я давно не общалась с бывшим мужем и уже забыла, что он пленил меня именно этим – своей настойчивостью, неугасающим интересом и способностью быстро принимать важные решения.
– Но мы не вместе, Юра! Я не хочу начинать отношения снова.
