— Верно, — кивнул я.
— Вот после нас и получите. Вы все вместе? Очень хорошо, я запишу вас в третье отделение первого взвода. Все получите, как положено — и оружие, и продукты, и лодку.
— Еще раз спрашиваю, ты кто такой? — повторил вопрос Макарыч. — По какому праву распоряжаешься?
— Кто–то должен взять на себя командование и организовать народ, — серьезно ответил мордатый. — Я решил взять это на себя, поскольку прослужил двадцать лет и кое–что в этом соображаю. А другие люди — мотнул он головой в сторону стоящих рядом мужиков, — меня в этом поддержали. Не ершись.
— Я тоже служил, — хмыкнул Макарыч. — И чего?
— И до кого дослужился?
— Да майора.
— И как тебя звать майор?
— Званцев моя фамилия, — чуть склонил голову Макарыч, глядя на собеседника исподлобья. — А твоя?
— Петрячук. Полковник Петрячук Валерий Тарасович, — солидно заявил мужик.
— И где, мля, твои погоны, а полковник Петрячук? Какого хрена я их на тебе не вижу? Где ты их пролюбил?
— Ты специально нарываешься, майор?
— Так, спокойно, — выступил я вперед. — Макарыч, погоди–ка. Господин Петрячук, я не знаю, кем вы были в прошлой жизни, полковником там, или даже генерал–полковником. Мне это пофигу. На этом острове мы все равны как в общественной бане. Если какие–то люди хотят вам подчиняться — это их проблемы. Мы не хотим. Оружие обещали выдать всем добровольцам, и мы его возьмем первыми. Отойдите по–хорошему.
— А не то? — набычился полковник.
— А не то нам всем будет плохо. Треяне сказали, что взаимные конфликты не в наших интересах и они, пусть и сволочи, но в этом правы. Пропустите нас, давайте разойдемся по–хорошему.
Полковник окинул оценивающим взглядом наш десяток, потом посмотрел на своих людей. И увиденное ему явно не понравилось. Да, у него народа было больше. Формально. Вот только сам Петрячук, похоже, дрался очень и очень давно. Готовыми всерьез поддержать его выглядели лишь человек пять, все в возрасте и, вероятно, попавшие сюда вместе с ним. Штабной микроавтобус что–ли где–то в речку с моста навернулся? Остальные, по всей видимости, были из только что навербованных «семян» и никакой уверенности в том, что они вступятся за Петрячука, с которым познакомились пару часов назад, не было. А у нас два молодых лося морпеха недвусмысленно встали рядом с Макарычем, да и сам майор выглядел так, что охотно верилось: еще секунда и он запросто съездит полковнику в морду. Флотские и Вадим с Толей тоже держались решительно, встав справа от меня. Если дело дойдет до кулаков, то результат не предсказуем.
— Хорошо, — махнул рукой полковник, уступая. — Нам нельзя конфликтовать, мы все в одной лодке. Зачем вам оружие? Собираетесь плыть на соседний остров, активировать кристалл?
— Именно так, — миролюбиво улыбнулся я.
— Тогда какая разница, кто получит оружие первым? Одно дело делаем. Проходите.
Сидеть у железной двери нам пришлось недолго. Когда солнце перевалило за полдень, голос с вершины маяка сделал еще одно объявление, довольно короткое, но вызвавшее оживленные разговоры среди собравшихся к этому времени вокруг здания людей.
«Внимание зернам посева номер восемнадцать! От лица Великой Треи, сообщаю, что выдача оружия добровольцам начнется через десять минут на первом этаже маяка платформы перехода Р-141. Важное уточнение: оружие выдается для организации экспедиции на остров и его подчинения. Вооруженный доброволец обязуется приложить все усилия для активации кристалла. Взявшие оружие в руки, но не пожелавшие участвовать в десанте и не покинувшие платформу Р-141 семена будут отбракованы вне зависимости от результатов посева».
— Это как понимать? — удивилась Юля.
— Очень просто, — осклабился Макарыч. — Назвался груздем — полезай в кузов. Заградотрядов и вооруженных любителей въехать в рай за чужой счет не будет, наши любимые треяне об этом позаботились. Либо вооружайся и сам лезь в пекло, либо сиди здесь безоружным и жди, когда победят другие. Которые, кстати, победив, могут за тобой, трусишкой, и не приехать. Тогда утонешь через три дня. Тот–то я у здешних утопленников стволов не видал… Раскладец однако!
— Но нам–то уже все равно, мы все для себя решили, — добавил я, внимательно оглядев наш десяток. — Заходим и все вооружаемся. Так?
— Лучше попытаться рискнуть, чем ждать и тонуть, — выразил общее мнение механик Олег. — Пойдем сразу все, а то Петрячук уже нервничает.
Когда в железной двери что–то щелкнуло и она распахнулась, мы первыми вошли в маяк и тут же начали открывать разложенные вдоль стен оружейные ящики. Не знаю на что я надеялся, но мысль получить что–то этакое, особо убойное, не оставляла меня до последнего. Однако, мои надежды не оправдались. Инопланетных бластеров и тяжелого вооружения в маяке не нашлось. Какое там…
Оружие, конечно, было, причем в отличном состоянии, но вот само оно… Тяжелые как весла длинные АКМы, еще в заводской смазке, со снаряженными магазинами в отдельных ящиках. Старинные трехлинейки кавалерийского образца с обоймами и патроны к ним россыпью… Вот, пожалуй, и все, что можно было выбрать из стрелкового вооружения. Также нашлось два ящика гранат — слабеньких РГД‑5. Еще нас порадовали бинокли, пусть и старинные, времен первой мировой, с различимыми оттисками «Карлъ Цейссъ», а так же советские перевязочные пакеты, с надписью «изготовл. 1967 год», жгуты и стрептоцид в бумажных пакетиках. Не случайно при пробуждении нам выдали гимнастерки и шаровары, ох не случайно. Конечно, такое оружие лучше, чем ничего. Но для охоты на серьезного зверя оно годилось слабо. Впрочем, выбора все равно не было.
Вооружившись, мы вышли из маяка, предоставив рыться в трофеях людям полковника Петрячука. Там оружия хватало на всех с избытком… За прошедшие четыре часа я наскоро сосчитал «зерна» — на остров нас попало двести тридцать или двести сорок человек. Причем у маяка после недавнего объявления осталось лишь человек семьдесят. Большинство женщин и некоторая часть мужчин вооружаться и плыть в десант отказались, чего и следовало ожидать. Так что, даже вместе с людьми полковника, десантников от силы наберется на одну роту, и то — большинство, по ходу из не служивших. Весело…
— Ну что, Саша, — спросил меня Макарыч, когда обвешанные стволами мы вышли наружу и отошли метров сто от маяка. — Оружие есть. Что дальше делать предлагаешь?
— Остаток дня потренируемся, в стрельбе — подумав, сказал я. — Патронов хватает. Договоримся как и что… Пообедаем, наконец. Хотя бы консервами…блин еды полно, а ни одного котелка нет и костер не из чего разжечь. Предлагаю начать нашу операцию завтра на рассвете. Сегодня уже поздно, завтра в самый раз, послезавтра снова поздно. Вот такой вот план.
Глава 3. Десант.
Во второй половине дня началась жара, впрочем, вполне терпимая из–за легкого и свежего ветерка с моря. Даже отсутствие тени и головных уборов не создавало больших проблем. Курорт, да и только, как на Балеарских островах. Хочешь — загорай, хочешь — купайся, хочешь — спи. С последним, правда, сложно — кругом одни камни и ни матрасов, ни подстилок не найти. Зато тепло… И, что удивительно, большинство «зерен» предпочли бездельничать, не делая вообще ничего. Оружие в маяке они брать не стали, искать себе компанию — тоже, вели себя вяло, так, как будто все произошедшее их не касается или кто–то должен решать все проблемы за них. Забились обратно в барак или просто сидели и лежали на камнях, думая о своем. Вооруженного и активного народа набралось человек восемьдесят от силы, треть от всего «посева». Наш десяток, человек пятьдесят у Петрячука и десятка полтора маргинального или полууголовного вида личностей в отдельной стайке. Впрочем, на конфликт никто не лез, на это всем хватало мозгов, да и делить было нечего — воды и продуктов пока было в достатке. Мы просто разошлись по разным концам островка. Макарыч с морпехами запалили костерок из разломанных ящиков и деревянного поддона из–под паллеты с водой, и мы всей компанией попили чаю из стеклянных банок от маринованных огурцов, в которых грели воду, а заодно пожевали разогретых консервов и печенья. Есть особенно не хотелось — стресс и жара давали о себе знать, но я старательно засовывал в себя пищу. Сегодня лучше подкрепиться как следует, чтобы были силы. А завтра, на операции, можно вовсе ничего не есть, так даже лучше.
