не тяжелые. Мне повезло, что они были без сознания. Непростым делом оказалось доставать из ран наконечники стрел. Неудобным без нужных инструментов, и неприятным. Справился я с трудом. После перевязки занялся сбором трофеев и перетаскиванием трупов в одно место. Поначалу даже мелькнула было мысль забить на это дело. Я подумал, что найти стоящие трофеи у этих оборванцев не светит. Но сильно ошибся. Очень даже небедными оказались эти разбойники. Я снял с них довольно приличное количество серебряных монет, несколько золотых украшений и порадовался некоторым экземплярам холодного оружия. Особенно меня удивила сабля из дамасской стали и пяток кинжалов, очень дорого украшенных. Про два композитных лука я вообще молчу. Это было редкое и дорогое оружие, которое можно назвать произведением искусства.
Собирая трофеи, я не мог отделаться от мысли:
— Одежда на этих азиатах совершенно не подходит людям, имеющим в наличии такие средства и оружие. Это походило на маскарад, никак иначе. Закончив все намеченное дела, я встал перед дилеммой, как быть дальше. Казаки так и находились в бессознательном состоянии. А мне надо было сбегать за своими вещами. Как-то опасаюсь я их оставлять надолго без присмотра. Опять же, я сомневаюсь, что азиаты пришли сюда пешком. Наверняка где-то есть припрятанные лошади, и скорее всего, они находятся под охраной. Надо бы пробежаться по следам и разведать, что творится в округе. Но и бессознательных спасенных оставлять нельзя. Мало ли, что может произойти за время моего отсутствия. Неохота потерять источники информации. Я покрутился немного по ближайшим окрестностям, обнаружил незаметную тропку, по которой сюда пришла основная масса народа, и решил действовать наверняка. Хороший напиток и мертвого на ноги поднимет, а у моего преследователя, погибшего в портале, был прекрасный коньяк во фляжке.
Я решил оживлять старшего казака. Ему и влил немного живительного эликсира в приоткрытый рот. Осторожничал, чтобы он случайно не захлебнулся.
Правильно сделал. Мужик закашлялся и пришёл в себя.
Опытным оказался. Не торопясь, огляделся вокруг, внимательно посмотрел мне в глаза и произнес:
— Дайка ещё глоточек, добрый коньяк.
Во как, эстет оказался. Мухой определил, чем его поили. Я сунул ему фляжку в руку и задумчиво посмотрел на младшего раненого, решая, надо ли его поднимать таким же способом. Перехватив мой взгляд, бородатый мужик спросил, кивнув на спутника:
— Сильно пораненный?
— Ничего серьёзного. Просто потерял много крови, вот и сомлел, — ответил я и решил всё-таки уходить. Время-то не терпит. Но перед этим надо всё-таки обозначить казаку, почему оставлю их ненадолго. Секунду прикидывал, какими словами буду объяснять, и плюнув на всякие политесы, я просто произнес:
— Мне надо пробежаться по следам напавших на вас и забрать свои вещи с места стоянки. Думаю, что это ненадолго. Постарайтесь продержаться и не терять сознания. С этими словами зарядил берданку, найденную рядом с бессознательным пацаном. Я достал из сумки, висящей у него через плечо, патрон и отдал её бородатому мужику. Тот, с интересом наблюдавший за моими действиями, только утвердительно кивнул головой в ответ.
По найденной тропе я идти не стал, крался рядом с ней. Если есть лошади и их охрана, тропа по любому сейчас контролируется. Совсем не хочется мне попасть под выстрел из лука. Вот и стараюсь идти максимально тихо. Как выяснилось уже через десять минут, я не зря осторожничал. Охранник есть, даже два. С первым их сторожем мы увидели друг друга одновременно и оружие вскинули синхронно. Только вот выстрелить я успел раньше. Мне ведь не нужно было натягивать тетиву, получилось пальнуть быстрее своего противника. Попал удачно, прямо посередине груди. Соответственно, контроль не требовался. Второй охранник, увидев, что сталось с его товарищем, решил сбежать. Он прыгнул на оседланную лошадь и поскакал вниз по тропе. Удрать удалось недалеко, пуля оказалась быстрее. Я обнаружил здесь двадцать шесть лошадей. Судя по всему, двенадцать верховых и столько же вьючных, плюс лошади казаков. Чуть в стороне я нашёл приличную гору мешков и баулов, сваленных кучей. Разбираться со всем этим добром сейчас не было никакого желания.
Поэтому я поймал двух оседланных лошадок, стреножил и отпустил к остальным. Пусть пока пасутся. Сам оттащил трупы подальше в сторону, предварительно освободив их от трофеев, и понесся за своими вещами. Только часа через два дотащил самодельную тележку к месту, где оставил казаков.
Застал их, когда они о чем-то тихо разговаривали. Оба, как вы понимаете, уже были в сознании. А старший из них даже нашёл в себе силы встать при моем приближении.
Первое, чем я занялся сразу после возвращения, заставил казаков выпить по таблетке антибиотика и нормально перевязал им раны. Предварительно обильно обработал их перекисью, замазав все вокруг зелёнкой.
Старший из казаков, с удивлением за всем этим наблюдавший, неожиданно произнес:
— Вот и я сподобился увидеть странника.
Глава 2
Когда я перевёл взгляд на него, он, как-бы продолжая говорить, спросил:
— Ты же из другого мира, да?
Рука у меня непроизвольно легла на автомат, с которым я не расставался. А мужик, отследив моё движение, тут же затараторил, приподняв руки ладонями вперед, как бы пытаясь предостеречь меня от необдуманных поступков.
— Ты не думай, мы тебе не враги. Если не захочешь, чтобы о твоей тайне узнали, мы принесем клятву перед господом нашим, и никому об этом говорить не станем.
С этими словами он перекрестился двуперстием и слегка поклонился, как будто ставя точку в своём монологе.
— Почему ты решил, что я из другого мира? — Спросил я, а сам лихорадочно думал, как мне быть с этими людьми. Очень уж не хотелось, чтобы подобная информация обо мне разошлась. Точно знаю, добром это не закончится.
Казак ухмыльнулся и ответил:
— Я определил по снаряжению, поведению, и самое главное, мы потомки странника, подобного тебе. У нас в семье передаются из поколения в поколение истории о пращуре, который пришёл из другого мира. В этих рассказах очень ярко описана одежда, снаряжение и поведение пришельца. Вот я и решил, что ты и есть он.
Круто, спецы в таких случаях говорят:
— Меня прокачали на одних косвенных…
Я так и не определился, как быть в этой ситуации. Зачем-то достал фляжку с остатками коньяка, при виде которой казак непроизвольно облизнулся и сказал:
— Без пяти капель здесь не обойтись.
Действительно так подумал. Плохо, что напитка осталось мало. Всего несколько глотков, которые мы и разделили на двоих, проигнорировав пацана.
Я присел
