ту сторону и вздрогнула от неожиданности. На неё с улыбкой смотрела Тохваран.
Тайное становится явным
Ким Юри проглотила таблетку для улучшения пищеварения. В классе завёлся воришка, и из-за волнения у неё пропал аппетит. Сначала исчезла ручка в виде морковки, потом точилка, потом ластик, потом ключ, чья-то сменная обувь… Список продолжался бесконечно. Ким совсем недавно стала учительницей и так надеялась, что подружится с учениками и будет весело проводить рабочие будни, но кражи разрушили все мечты.
«Что же меня ждёт сегодня…» – Ким вздохнула, глядя в окно на входящих в школу детей.
На перемене после третьего урока она услышала, как в коридоре кто-то громко спорит.
– Эй, отдай! Это моя заколка! – рассерженно воскликнула Минсыль, пытаясь вырвать розовую заколку из рук Союн. – Нельзя брать чужое!
– Ты что, шутишь?! Кто ещё чужое берёт? Это моя заколка! Она лежала в моём пенале, а ты её стащила!
– Врёшь! Мне вчера её мама купила!
Союн обиженно посмотрела на Минсыль. Но та и не подумала отступить. Тут заколка громко хрустнула и сломалась. Минсыль сжимала её слишком сильно.
– Ой… Нет! – всхлипнула Союн.
Вокруг них начали собираться дети. Учительница Ким заметила подозрительное оживление и вышла в коридор.
Заметив её, Минсыль растерянно посмотрела на неё, будто кролик, которого вытащили из норки.
Учительница вздохнула и повела обеих девочек в кабинет для бесед.
– Простите, учительница Ким. Заколка Союн была так похожа на мою, я, наверное, перепутала, – пробормотала Минсыль.
– Возможно. Но зачем ты её сломала? И ещё ты дёргала Союн за волосы. Ты могла сначала рассказать обо всём мне.
– Союн, прости, пожалуйста. Я просто очень расстроилась, потому что моя заколка пропала.
Минсыль повернулась к Союн. В её глазах блестели слёзы.
– Н-ничего.
– Минсыль, попробуй ещё раз поискать заколку у себя дома. Я сообщу обо всём вашим мамам. Завтра мы ещё раз всё обсудим.
Отпустив девочек, учительница Ким поговорила по телефону с мамой Союн.
– Я слышала, что в классе начали воровать. Понимаю, что вам как учителю тоже непросто, но я бы не хотела, чтобы к моей Союн начали плохо относиться или считать воровкой. Она же не сделала ничего плохого. Вдруг она не захочет ходить в школу? Я очень беспокоюсь.
– Простите, я не уследила.
После беседы учительница Ким никак не могла успокоиться: «Так кто же виноват? Не думаю, что они обе врут»…
Когда уроки закончились, она решила заглянуть в магазин и купить газировки. Но дойдя до угла, почувствовала заманчивый аромат морепродуктов.
– Как вкусно пахнет!
Сама того не замечая, она пошла на запах и вскоре увидела золотистую вывеску.
«Ресторанчик токкэби? Когда он открылся? Очень кстати. Я умираю от голода, пожалуй, зайду»…
Когда учительница Ким открыла дверь, аппетитный запах захлестнул её, будто волна. Внутри были дорогие столики из цельного дерева, и зал оказался просторнее, чем она представляла.
– Здесь кто-нибудь есть?
Учительница села, огляделась. Кроме неё, не было ни одного посетителя, и это немного настораживало, но морепродукты пахли так вкусно, что рот наполнился слюной.
Немного погодя подул ветер, и в зале появилась Тохваран.
На ней был яркий красный передник, золотое ожерелье и кольцо с изумрудом. Тохваран ловко собрала длинные волосы в пучок. Достала золотую шпильку, закрепила причёску и посмотрела на гостью.
В серых глазах хозяйки отразилась золотистая прядь на голове учительницы. Алые губы Тохваран изогнулись в улыбке.
– Добро пожаловать, дорогая гостья. Возьмите меню и скажите, чего бы вам хотелось.
– У вас очень вкусно пахнет. А где меню… – хотела спросить учительница Ким, но слова застряли у неё в горле.
На столе, будто из ниоткуда, появилось меню в золотистой обложке.
«Названий, как таковых, нет, только вкусы… „Золотая свинья-копилка”, „Тайное становится явным”, „Рукопожатие с президентом”… Какое интересное место»…
Взгляд учительницы зацепился за слово «правда», и она вспомнила происшествие с заколкой.
– Дайте, пожалуйста, «Тайное становится явным».
Тохваран ещё раз улыбнулась, будто заранее знала, что выберет гостья.
– Прекрасный выбор. Когда вы съедите это блюдо, сможете услышать колокольчик правды.
Впервые за долго время учительница Ким искренне рассмеялась.
– Вы меня разыгрываете.
В углу кухни кипел, побулькивая на огне, бульон. На блюде рядом аккуратным мотком лежала лапша.
«Значит, это блюдо должно раскрыть мне правду… А что это за блюдо? Вон там лапша, значит, это что-то вроде удона», – подумала учительница Ким, молча наблюдая, как Тохваран готовит. Хозяйка порезала на крупные куски грибы-шиитаке, лук, капусту – китайскую салатную и черешковую, – затем перец и бамбуковые ростки и положила их на блестящий металлический поднос.
Шуршал огонь, булькала кастрюля с бульоном.
Тохваран достала большую глубокую сковороду, какую часто можно увидеть в китайских ресторанах. Когда сковорода нагрелась, она взяла золотую поварёшку и налила в неё воды. Раздалось шипение, к потолку поднялось облачко розового пара. Вода закипела, и Тохваран ссыпала в неё овощи с подноса. Помешала золотой поварёшкой. С каждым её движением по залу распространялся сладковатый запах овощей.
– На что же вы готовы ради правды? – пробормотала Тохваран, выбирая осьминога покрепче.
Он был ещё живой и отчаянно извивался. Казалось, он сам очень хотел что-то узнать, вот и не прекращал двигаться. Хозяйка опустила его в кипящий бульон, и в ресторанчике повеяло морской свежестью. Следом в воду отправились креветки с моллюсками. Запах морепродуктов усилился, раскрываясь новыми нотами.
– Бульон готов, осталась лапша.
Тохваран бросила моток в кастрюлю с водой. Лапша быстро сварилась. Хозяйка достала её и ополоснула холодной водой, чтобы не размякла и не превратилась в кашу, переложила на отдельное блюдо, украшенное жабами. Потом посыпала перцем, полила кунжутным маслом, а потом перелила туда бульон с крупными кусками овощей и большим осьминогом. Пахло восхитительно.
– Теперь последний штрих.
Тохваран подняла ладони, будто молилась, потом взяла золотую шпильку и потёрла. В удон упало несколько золотистых пылинок, похожих на блестящие снежинки.
Учительница Ким попробовала удон. Её глаза широко распахнулись. Удон оказался таким вкусным, она не смогла подобрать подходящих слов. Казалось, будто её взволнованное сердце опустилось на дно тарелки, погрузилось в освежающий бульон. Ким прикрыла глаза. Голубое небо и лазурное море слились воедино. В голове зазвучали колокольчики. Они звенели мелодично и легко, будто мелодия из музыкальной шкатулки. Учительница Ким открыла глаза.
– М-м-м-м…
Она съела весь
