всех было много еды.
– Мы не всегда можем быть теми, кем нам хотелось бы... такова жизнь. – Сина забрала у Моаны весло и положила на землю.
– Что бы ты сделала на моем месте? – спросила Моана.
Сина пригладила волосы дочери, отведя от лица непослушную прядку.
– Мы сами должны делать выбор, рыбка моя, – сказала она. – И неважно, насколько это трудно.
Моана посмотрела на огромный океан. Море представлялось ей бескрайним и полным возможностей. В глубокой задумчивости девушка поднялась на самый высокий пик острова Мотунуи. Она стояла на вершине, держа в руке камень, и пыталась разобраться в своих чувствах.
Моане хотелось, чтобы жители деревни и родители ею гордились, хотелось поступать правильно. Но как ей заглушить свой внутренний голос? Любопытство настойчиво звало ее в океан. Девушке хотелось узнать, насколько он велик и что находится за ним. Интересно, почему желания ее сердца так отличаются от желаний других селян? Как же ей смириться с планами отца относительно ее будущего?
Лучи солнца отражались от поверхности океана, искрились в глазах Моаны; вода звала ее. Не важно, хочет она того или нет, ей не избежать этого зова. Нельзя стать тем, кем ты не являешься. Выронив камень, Моана побежала на берег.
Пуа схватил зубами весло и принес его хозяйке, а потом запрыгнул в лодочку, которую Моана толкала к воде. Лодка закачалась на волнах, когда Моана в нее забралась, и Пуа не на шутку перепугался.
– Всё будет хорошо, Пуа, – заверила его Моана, стараясь вложить в голос побольше уверенности. – За рифом много рыбы. Там много всего интересного.
Девушка принялась грести, и ее охватил восторг, когда лодка взлетела на гребень волны.
Но потом ветер переменился, и гик [горизонтальная балка, удерживающая парус] резко повернулся, едва не ударив Моану по голове. Не успела девушка с облегчением перевести дух, как перед ней выросла огромная волна и, прежде чем Моана успела что-то предпринять, обрушилась на лодку, так что Пуа вывалился за борт! Поросенок замолотил по воде ногами, пытаясь удержаться на плаву.
– Пуа! – завопила Моана, рванувшись было к своему питомцу. Однако на лодку обрушилась новая волна, еще больше прежней, смыв девушку в море. Моана схватила Пуа и, вынырнув на поверхность, запихнула его в разбитое каноэ. В следующий миг волны швырнули лодку прямо на Моану, и девушка, получив удар по голове, пошла ко дну.
Моана зацепилась ногой за коралловые заросли на океанском дне и не могла всплыть. Она пыталась высвободить ногу, но безуспешно.
Заметив рядом камень, девушка схватила его, ударила по кораллу и освободила ногу. Собрав все силы, она оттолкнулась от дна и пробкой выскочила на поверхность, жадно хватая ртом воздух.
В конце концов волны вынесли Моану и Пуа на берег острова Мотунуи.
Пуа совершенно не пострадал во время опасного приключения; он сочувственно лизнул хозяйку в щеку и побежал по песочку гоняться за птицами. Моана тяжело переводила дух, радуясь, что снова может дышать полной грудью, и постепенно приходила в себя. Она осмотрела кровоточащую ногу – распорола об острый коралл. Лодка, которую она совсем недавно вывела в море, разбилась в щепки, и теперь часть обломков плавала на поверхности моря, а часть вынесло на песок волнами. Моана понимала: у нее будут серьезные проблемы из-за этого случая.
– Скажи, что это свинка виновата в случившемся, – произнес знакомый голос.
Моана обернулась и увидела, что из-за покрытых цветами кустов появилась бабушка Тала.
– Бабуля? – проговорила Моана, стараясь повернуться так, чтобы спрятать раненую ногу. Но бабуля Тала подцепила ее лодыжку клюкой и приподняла, чтобы получше разглядеть рану. – Ты расскажешь папе? – спросила Моана.
– Если ты потеряешь палец, тогда возможно, – ответила старушка.
На берег вынесло еще несколько кусков разбитой лодки. Моана покачала головой.
– Отец был прав, когда запрещал плавать за риф, – сказала она. На какой-то миг девушка почувствовала облегчение. – Пора. Я положу свой камень на гору.
Бабушка Тала внимательно поглядела на девушку, потом снова перевела взгляд на океан и вдохнула соленый морской воздух. Внезапно стайка красивых морских скатов всплыла на поверхность, грациозно изгибая свои плоские тела.
Старушка слегка оттолкнула Моану, чтобы подобраться к скатам поближе. Пока она любовалась прекрасными созданиями, Моана заметила на спине бабушки татуировку в виде гигантского морского дьявола [вид скатов].
– Ну, тогда ладно, – проговорила бабуля Тала. – Иди обратно и положи туда камень.
Моана посмотрела на гору, но, пройдя всего несколько шагов, снова повернулась к бабушке.
– Почему ты не пытаешься меня отговорить? – спросила она.
– Потому что ты сказала, что хочешь поступить именно так, – ответила бабуля Тала.
– Так и есть, – подтвердила девушка.
Старушка кивнула, не говоря ни слова.
Моана двинулась обратно к деревне, но едва дошла до росших на берегу цветущих кустов, как бабуля Тала заговорила:
– После смерти я собираюсь переродиться в одного из них, – сказала она, указывая на резвящихся в воде морских дьяволов. Потом старушка принялась танцевать, покачивая бедрами и взмахивая руками в такт набегающим на берег волнам, так что казалось, будто татуировка на ее спине ожила. – А иначе получится, что я выбрала не ту татуировку. – Она поглядела на Моану, хитро улыбаясь.
– Почему ты так странно себя ведешь? – спросила девушка.
– Я старая деревенская сумасшедшая... это моя работа, – ответила бабуля Тала.
– Если ты хочешь мне что-то сказать, просто скажи, – попросила Моана. Это прозвучало почти жалобно: ей очень хотелось получить совет. Было бы здорово услышать от кого-то, что ей следует ответить на зов океана. – Ты хочешь мне что-то сказать?
Бабуля Тала наклонилась вперед и прошептала:
– А ты хочешь что-то услышать?
Потом старушка загадочно улыбнулась и, прихрамывая, побрела восвояси, опираясь на клюку.
Моана пошла за ней следом, не в силах сдержать улыбку. Она не знала, куда направляется бабуля Тала, да это и не важно: главное, это приключение. И, возможно, по дороге бабушка расскажет какую-нибудь историю.
Глава 5
Они забрались на самый край острова. Высоко в небе сияла луна. Бабуля Тала поднималась вверх по крутой тропинке, освещая себе путь факелом, а Моана шла следом. Дорога была опасная: с одной стороны острые уступы, образованные застывшей лавой, с другой – бушующие волны, плюющиеся клочьями морской пены. Бабуля Тала остановилась на несколько мгновений, чтобы перевести дух,
