подбирая каждое слово.
— Так, — голос старика дрожал. — Но они бы не стали меня слушать! Альберт. Он…
— Андрей Сергеевич, прошу Вас, давайте обойдёмся без профанаций, — горящий паспорт упал на пол, зажигалка погасла. Силуэт начала двигаться в направлении старика.
— Я готов сотрудничать. Я сделаю все, что Вы скажете.
— Несомненно. Ведь сейчас, к сожалению, выбора у вас уже нет. Более того, теперь Вам нужно будет доказать, что Вы достойны нашего доверия. Ввиду назревающих событий, нам нужны только те, кому мы можем полностью доверять. Вы ведь понимание, о чём я?
— Д-да, — запинаясь, выдавил старик. Силуэт приближался и силы покидали старика. Незнакомец оказался совсем рядом и присел на корточки, чтобы оказаться лицом к лицу со стариком.
— Отлично, — все тем же безразличным голосом сообщил силуэт. — Начнём с Никулиной Ольги Николаевны. Очень надеюсь, что Вы не утратили свои навыки, будучи на пенсии, — с этими словами силуэт протянул кнопочный мобильный телефон старику.
— Я не помню её номер, — дрожащим голосом простонал старик.
В комнате снова прозвучал скрежет кремня зажигалки, и комнату осветило маленькое пламя. Силуэт медленно поднёс пламя к лицу, прикуривая сигарету. Свет зажигалки обнажил черты лица собеседника, острые скулы и нос, а так же зелёные, безжизненные глаза. Сигаретный дым дошёл до легких старика, и он закашлялся.
— Не переживайте, я все отлично помню, — спокойно заметил незнакомец.
Силуэт встал в полный рост, протянул старику листок бумаги, на котором было написано от руки девять разных номеров, а возле каждого из них фамилия и инициалы. Силуэт снова отошел к дверному проёму.
— Мне нужно не меньше пяти из них, — произнёс силуэт.
— Бригелла, — старик запнулся, — Карина сказал, что вы не хотите крови и хотели бы все решить мирно.
— Увы, Карина Викторовна не лишена излишнего оптимизма, который иногда не позволяет ей оценить ситуацию в полной мере. Ваш поступок тому подтверждение, — при этих словах старик опустил голову. — Однако я предпочитаю иной подход. Скажем так, мне близок принцип “si vis pacem, para bellum”. А эта ситуация требует от нас готовности к любым действиям. Особенно учитывая тот факт, что Вы и ваши друзья способны на любые методы, игнорируя абсолютно все правила морали, — с этими словами силуэт сделал ещё одну затяжку.
— Я осознал свою ошибку. Я правда усвоил, — начал лепетать старик.
— Прекратите, — спокойно остановил его силуэт. — Вы просто тратите время. Вы забыли, с кем Вы разговариваете? Я отлично вижу, что Вы усвоили, а что нет, — голос силуэта был монотонным и убаюкивающим, излучая уверенность в каждом слове.
Старик обречённо посмотрел на листок бумаги, каждая фамилия на котором очень много для него значила. Потом поднял голову к дверному проёму, в котором периодически появлялся маленький красный огонёк от сигареты. Дрожащими руками взял телефон и начал набирать номер. Набрав несколько цифр, остановился, глядя на тусклый, зеленеющей в темноте экран.
— Вы же понимаете, что вы собираетесь сделать? Вы хотите объявить войну людям, у которых столько денег и власти! У них есть целая армия! Своя, личная! Десятки тысяч хорошо подготовленных военных, которые верны Альберту, как псы. Что бы вы о себе не думали, ваши таланты не делают вас всесильными. Вы же можете жить спокойно и не беспокоиться ни о чём! А то, что вы хотите совершить — это дорога в один конец! Одумайтесь! Ещё можно отступить! — Голос старика дрожал и был больше похож на мольбу о пощаде.
Силуэт сделал ещё одну затяжку и медленно выпустил дым из ноздрей с характерным звуком.
— Ваши слова ещё сильнее убеждают меня в том, что мы выбрали верный подход. Вы пытаетесь апеллировать фактами, которые для нас не имеют никакого значения. Какая разница, сколько человек соберёт вокруг себя Альберт? Нам не нужно идти против них. Все, что требуется — убедить их идти с нами. Карина Викторовна не лгала. Мы и правда не хотим крови, — силуэт снова затянулся.
— Альберт даже разговаривать не будет! Вы для него изгои! Он просто назначит за ваши головы огромную награду. Предложит её всем и каждому, кто готов замарать руки! Неужели вы этого не понимаете? — Старик держался из последних сил.
— Каждый заслуживает шанс, даже Альберт. Мы обязаны дать его ему. Это одно из главных различий между нами. Однако если он откажется, то число его головорезов сыграет против него. Чем больше оружия будет окружать Альберта, тем больше шанс, что одно из них выстрелит в него, — услышав эти слова, старик сначала задумался, а потом ехидно улыбнулся.
— Вы явно слишком высокого мнения о себе! Я хоть и старик в отставке, но твою голубоглазую подружку обмануть смог! Поверь мне, Альберт и на тебя найдет управу! — Теперь голос старика был радостным, словно он наконец-то нашёл то, что так долго искал.
— Андрей Сергеевич, Ваша уверенность в себе достойна восхищения. Вы и правда думаете, что Вам удалось обмануть Карину Викторовну? — В голосе силуэта впервые за все время разговора была слышна улыбка. — Она лишь дала Вам то, что было нужно дать. Иллюзию контроля ситуации. Иллюзию выбора. Исключительно для того, чтобы Вы показали свою истинную натуру. Ведь если бы Вы были зажаты в углу, Вы бы делали все, что нам нужно, невзирая на вашу волю. Однако, когда Вы подумали, что Вы владеете ситуация, Вы сделали именно то, что хотели. И, как мы оба знаем, оказались тут. Вы сделали свой выбор.
— То есть в воде ничего не было? — Старик залился нервным хохотом. — А пилюля? Обычное плацебо?
— Отчасти. СП-173 там и правда не было. Однако у нас слишком мало времени и слишком много дел, чтобы пытаться убедить Вас помочь нам без дополнительных инструментов. Как, кстати, Ваша шея? — Силуэт сделал ещё одну глубокую затяжку. А старик начал ощупывать шею и в ужасе замер, нащупав воспалившийся лимфоузел.
— Да, он самый. Препарат, который убивает человека, оставляя на теле все признаки бубонной чумы. Простите, уже не помню его номер. Великолепный способ посеять панику в любом многолюдном месте. Вы с Альбертом изобрели бесчисленное количество способов изощренного убийства людей, а теперь сами вынуждены страдать от них.
— За что!? Я же ничего, — старик не успел договорить, как силуэт его перебил.
— Андрей Сергеевич, вернитесь, пожалуйста, в реальность. Альберт построил свой Третий Рим на горе трупов, и Вы ему активно в этом помогали. Вы так долго сидели на этой горе, веря в собственную неуязвимость. Неужели Вы думали, что вам это сойдёт с рук? Неужели Вы думали, что вечно будете восседать на этой горе? Ситуация, в которой Вы сейчас
