Вытираешь незаметное пятнышко от дыхания сына на стекле окна… Нет, сейчас это не страх, обволакивающий, изматывающий и не выходящий из головы. Это другое, но что?
— Вы почему не на занятиях? — прозвучало поодаль от меня.
— Простите? — взглянула я на среднего возраста и с лишним весом эйту, идущую ко мне.
— Спать надо по ночам, а не стоять и зевать сейчас, милочка! Почему не на занятиях, спрашиваю? — Пухлой рукой женщина поправила высокую прическу и тяжело вздохнула. — Как за всем усмотреть? Нет, он считает, что я смогу и преподавать, и зачислять, и распределять, и следить за всем необходимым для академии. Может, он думает, если я демоница, то мне усталость неведома. — Махнув на меня рукой, странная эйта прошла мимо.
— Эм… постойте!
— Что еще? — недовольно отозвалась она, продолжая идти вглубь коридора.
— Подскажите, где найти кабинет ректора. Мне сказали, что академии требуется бытовой маг. Я бы хотела…
Демоница резко остановилась и обернулась, расплываясь в широкой улыбке с выделяющимися клыками.
— О богиня! Наконец-то! — возвела она руки к небу, точнее, к потолку. — Вы бытовик?
— Да, но у меня…
— Вы приняты!
— А?
Я растерялась от неожиданности, а женщина вернулась ко мне и с безуминкой в глазах добила:
— Пойдемте, я вас оформлю, и вы сразу приступите к своим обязанностям.
Я, конечно, с этой целью сюда и пришла — устроиться на работу, но чтобы вот так сразу… Меня начали одолевать сомнения. Возможно, здесь не все так красочно, как я себе вообразила. Только вот незнакомка, по всем признакам сотрудница академии, уже уверенно шагала по коридору, и мне оставалось только следовать за ней.
— Меня зовут Ильгида Брум. Вы себе даже не представляете, как вы вовремя. Столько всего накопилось! — Демоница достала из кармана ключ-заклинание в форме небольшого шара. Приложила его к высокой двустворчатой двери с резными завитками на широких наличниках. Та послушно открылась, пропуская нас. — Учебный год в разгаре, а у нас вон что творится. — Эйта Брум ткнула пальцем перед собой и стала протискиваться между столами, стульями и коробками, продолжая сокрушаться. — Через несколько месяцев празднование нового года, нового становления природы и восхваление богов за их помощь, а я одна все не успеваю, — зарычала демоница. — Зачем он дал расчет Ретавии Верг? Нет, понятно зачем! Она сама перевелась, не смогла пережить провал в любовном вопросе. А теперь он меня на ее место поставил, не успел к началу года найти профессора бытовой магии. Конечно, детки не виноваты, их нужно учить. А что делать с канцелярией? Кто будет разбирать новую мебель, расставлять ее и убирать ту, которая испорчена? Следить за подсобными рабочими, которые отлынивают от работы? Скоро белого дня не увидим, настолько здесь грязные окна. Молчу об отчетности и документах. Поставщик три месяца не может получить от нас принятие заказа. И не получит, я не успеваю.
Я не совсем понимала, о чем говорит эйта, но, цепляясь за углы стеллажей, протискивалась вслед за ней. Помещение немаленькое и все заставлено до потолка. Узкие проходы, лабиринты из досок, креплений, полок, зашитые в мягкую ткань зеркала. Полный завал.
— Здесь у вас склад? — прервала я стенания Ильгиды.
— Склад? — усмехнулась она. — Склад у нас в подвале, а это… — обвела руками пространство, — когда-то было приемным холлом! Ученики и посетители приходят сюда решать возникающее проблемы. В этом году все с ног на голову. Моя помощница Клотильда заболела, в начале учебного года. Выздоровела, все хорошо! Слава богине! А когда вернулась и увидела все это безобразие… ушла… нет, убежала в отпуск! Представляете! В отпуск! И ведь ей не скажешь, что не время. Она в этом отпуске не была несколько лет, как и я, впрочем. А следом и профессор бытовой магии отомстила, сбежала к конкурентам в соседнее королевство. Обиделась, что не поддержали ее. Да как тут поддержишь, если некромант наш влюбился, но не в нее. И сам некромант редкий гость в академии. То у него свадьба, то работа на корону, то молодая жена внимания жаждет. Хорошо, что заместитель имеется, уже проще.
Мы подошли к двум столам, на которых лежали высоченные стопки документов. Я огляделась по сторонам и представила весь объем работ… Внезапно раздался грохот. Секунда тишины и…
— Ильгида-а! — послышался знакомый голос с ноткой обреченности. — Ты здесь?
Демоница спохватилась и взглянула на меня озабочено.
— Здесь я, здесь! Там, где столы, — крикнула, как я поняла, новый профессор бытовой магии. — Вы в порядке?
— Да, но мне не помешала бы помощь.
— Я помогу, — опередила я Ильгиду.
Возвращаться к двери ей не особо хочется, комплекция пышная, а протискиваться через эту свалку та еще задача. Я вернулась к выходу, и картина открылась забавная: проход завален столами и стульями, боком ко мне стоит тот самый высокий мужчина, капля пота медленно стекает по его лбу, тогда как руки подняты и удерживают навалившуюся сверху груду мебели.
— Вы?
— Я⁈
— Я же сказал, прием на обучение окончен!
Тут из другого конца зала раздается свирепый голос демоницы:
— Так вы что, поступать на бытовую магию пришли, а не на работу устраиваться?
— Что? Нет! — возмутилась я и высказала накопившееся: — Я на работу. Мне сказали, требуется бытовик. Пришла, а здесь никого не найти. Табличек на дверях нет, доски-иллюзии с расписанием приема тоже, только листок на стене. Не удивлюсь, если он уже отвалился и его сквозняком сдуло. Куда смотрит ректор академии! Да у нас в Дорке даже на самом захудалом постоялом дворе и то управление лучше.
В зале воцарилась неописуемая тишина. Демоница за стеллажами смолкла, а мужчина смотрел на меня во все свои голубые глаза, кажется, забыв, что держит с десяток столов, чтобы те не рухнули. Капля пота все же скатилась ему на белую рубашку, оставив мокрое пятно. Тут я поняла, что наговорила лишнего.
— Извините, мне не стоило… Давайте я вам помогу, — взмахнула рукой.
Столы, удерживаемые эйтом, послушно поднялись вверх и ровненько разместились друг на друге, аккуратно уперевшись в потолок. Упавшие и перекрывшие проход стулья взметнулись следом, расчищая путь к двери. Я удовлетворенно осмотрела свою работу.
— Ну вот, так лучше, — улыбнулась, пытаясь сгладить неловкую ситуацию.
— Ильгида! Я буду у себя! — откашлялся эйт. — Вы идете за мной, — добавил для меня, заправляя выбившуюся рубашку в брюки.
Следуя за мужчиной, я смотрела ему в спину и соображала, что наговорила. Вроде все по делу, да, может быть, в обвинительном тоне, но правду. И лгать я не умею. Синтер сразу понимал, когда я лукавлю. На моем лице расцветает яркий румянец,
