Родиону все стало ясно. Она рассталась с прежней любовью, ищет новую, и рассчитывает, что этой новой любовью станет он. Он чуть не зевнул. Как это все надоело!
– Нет, не нашел.
– Как жаль! – это прозвучало с искренним сожалением, и Родион насторожился. Новый сценарий его обольщения? С таким он еще не сталкивался. Интересно, что будет дальше?
– Почему жаль?
– Мои родители до сих пор жалеют, что я упустила такого видного жениха, – безмятежно призналась она. – В прошлый раз я несколько переиначила ваши слова. Я им сказала, что у вас уже есть свой идеал. И было бы здорово, если бы вы в самом деле собирались жениться.
Родион невольно рассмеялся.
– А что вам мешает это сказать?
– Ничего, – она улыбнулась в ответ. – Я так и скажу.
– А потом ваши родители позвонят родителям Родиона и поздравят их с грядущей свадьбой. – Прагматично вмешался в их беседу Юстас. – Как вам такой расклад?
Маша вопросительно посмотрела на Родиона. Тот призадумался.
– А что, это было бы интересно. Так что говорите, не стесняйтесь. Кстати, а что стало с тем, кого вы любили? Сейчас вы его уже не любите?
– Люблю, – она недоуменно на него посмотрела. – Это мой муж.
Родион перевел взгляд на ее правую руку. Там на безымянном пальце сияло гладкое обручальное кольцо. Он поморщился. Почему он не заметил этого сразу? Зациклился на своей исключительной ценности для девчонок?
Маша принялась прощаться.
– Очень приятно с вами повидаться снова, Родион, но мне пора. Меня сестра с дочкой ждут. Я к ним на день рожденья племянницы приехала, поздравить. Но теперь смогу и родителей успокоить. А то они очень недовольны моим замужеством. До свиданья!
Она улыбнулась и ушла.
Родион с усмешкой кивнул ей вслед.
– Вот она, судьба моя! Кто мог бы мне понравиться, уже пристроен, и вырваться из тесных уз брака не стремится.
У Юстаса лицо перекосилось, как от приступа острой зубной боли. Родион молча выругал себя. Опять он ненароком наступил другу на больную мозоль! Но Юстас справился с собой и небрежным тоном заметил:
– Она что, тебе понравилась?
– Могла бы понравиться при других обстоятельствах. Мила и ненавязчива. И что-то в ней есть притягательное.
– Она тебе понравилась только потому, что она для тебя безопасна. А вот если б она принялась тебя окучивать, то не понравилась бы однозначно.
– Естественно. И это нормально. Мне сегодня отец мораль прочел о том, что должен делать нормальный мужчина. Оказывается, он должен сам звонить понравившейся ему девушке!
– Да что ты говоришь? – Юстас изобразил изумление. – Никогда бы не подумал!
– Поскольку я никому из девчонок сам не звоню, то, в соответствии с этой классификацией, к нормальным мужикам не отношусь.
– Потише! – и Юстас показал взглядом на соседний столик, где устроилась компания развязных молодчиков в слишком уж лощеных костюмчиках.
Родион окинул их понимающим взглядом и потемнел.
– Пошли отсюда!
Подзывая, кивнул официанту. Друзья расплатились и вышли на Тверскую. Стемнело, мягко светили фонари, от их золотистого света чуть искрился асфальт под ногами.
– Итак, ты завтра едешь? Надолго?
– Как получится. Планировать не берусь. Надо будет все выяснить, все рассчитать. Сам знаешь, это непросто.
Юстас кивнул головой.
– Наших не видел?
– Кого конкретно? – со школы их дружило четверо парней. Из них двое оставались холостяками, Юстас развелся, Мишка был женат и потихоньку от прежней компании отходил.
– Ну, Михаила хотя бы?
– Нет. Ты же знаешь, он при детях и семье. Ему не до нас.
Юстас хмыкнул.
– Да, у него характер посильнее моего. Ну, ладно, вон мой автобус, пока! – и он длинными прыжками помчался к подходившему автобусу.
– Не понял? – вслед ему пробормотал Родион. – Характер посильнее? Что это значит?
Для него женитьба друзей никогда помехой дружбе не была. Он не считал, что жены будут против чисто мужских посиделок. Женатые друзья всегда вели себя пристойно, поэтому повода для жалоб у их жен быть просто не могло. К тому же они не так часто и собирались – не чаще раза в неделю.
Перед сном погулял немного по Тверской, погода была чудной. Народу было больше, чем днем. Парочки, небольшие группы и большие компании шатались туда-сюда. Шума и гама было невпроворот. Родион с сочувствием посмотрел на окна нижних этажей. Как можно спать в таком шуме? По собственному опыту знал, что в таких случаях даже пятикамерные стеклопакеты на окнах не помогают.
Пришел домой, принял душ, привычно напевая вполголоса под звуки льющейся воды. Потом шлепнулся в постель, проверил будильник, чтоб ненароком не проспать, и заснул спокойным безмятежным сном.
Глава вторая
Колеса мерно постукивали на стыках, навевая дремоту. Кондиционера в допотопном вагоне не было, и Родион исходил потом на верхней полке. Свою нижнюю он отдал немолодой женщине в широком сарафане. Сделал он это главным образом потому, что не представлял эту весьма габаритную даму взбирающейся на верхнюю полку. Хотя зрелище обещало быть весьма пикантным.
И вот теперь в благодарность она упорно кормила его домашними разносолами, предлагая то хрустящий огурчик, то румяную помидорку, то зеленый аппетитный лучок, все свежее, натуральное, со своего огорода, без вредных искусственных удобрений, нитратов и пестицидов. Родион безрезультатно отказывался. В конце концов, чтоб отстала, сделал вид, что заснул. И заснул в самом деле, проспав почти весь день. Нет, тридцать часов задыхаться от жары – это кошмар! Больше он настолько глубоко вливаться в ряды обычных граждан не будет.
Хотя народ был в вагоне разный, но настроены все были дружелюбно. Главным образом ехали к морю родители с детьми. К счастью Родиона, в его купе детей не было, но слышно было, как они гурьбой носятся по коридору. Для чего мучить детей в такую жару в поезде, когда можно лететь на самолете? Этого он понять не мог.
Через тридцать часов пути поезд притащился на нужную ему станцию. Стоял он всего одну минуту, и Родион, спрыгнув на перрон с сумкой, принялся помогать ехавшей в одном с ним вагоне семье аж с четырьмя детьми и кучей чемоданов. Последний чемодан проводница подала ему уже на ходу.
Вытирая пот со лба, глава семейства пожал ему руку.
– Спасибо, друже! Не знаю, как бы я без тебя справился. А ты куда?
– В Подлесную.
– Га! Припозднился ты. Автобусов сегодня уже не будет, первый пойдет только утром. Пошли к нам, переночуешь, а завтра я тебя на автобус провожу, чтоб не заблудился.
– Да, поедемте к нам! Хата у нас просторная, не стесните! – присоединилась к мужу статная улыбающаяся казачка. Младший сын весело подпрыгивал у нее на руках, что-то довольно гулькая. – Сейчас брат подъедет, он нас и отвезет.
