Меня трясет от страха или от того, что я сегодня выпила три чашки кофе подряд, чтобы проснуться? Может, это от него меня так колбасит? Совсем не хочется признавать, что я боюсь начальства.
Так, я уже вижу нужный кабинет и по-максимуму стараюсь оттянуть неизбежное. Свою казнь. Только я поднимаю руку, чтобы постучать в дверь, раздается грохот, а потом разъяренный вопль Власова.
- А что это ты сочинил, оборотень? - снова грохот. Надеюсь, этот "оборотень" еще жив. - Почему тут, на второй страничке, у тебя получается, что мы заводик чертов без спецразрешения выкупить не можем? И подписи собрал уже... Ты куда смотрел, дубина?
- Да у меня же тут все по инструкции, Демьян Александрович. - секунда тишины, а потом тихий голос мужской голос продолжает: - Вот активы, вот сделка - нужно согласовывать. Я тут закон прочитал! - ого, смертник еще и дерзить смеет. - Там ссылочка, Демьян Александрович, ссылочка в пятидесятой статье есть.
- Ты меня еще поучи, - мрачно цедит Власов, наверняка, посматривая на смельчака, - плохо ты, видать, в университете учился, раз не знаешь, что закон у нас выше любой инструкции и подлежит прямому применению. Если через час все не переделаешь, то через два - ты тут больше не работаешь. Время пошло, оборотень!
Спустя несколько мгновений дверь распахивается и я сталкиваюсь с молодым парнем лицом к лицу. Он недовольно поджимает губы и хмуро смотрит в мою сторону.
- Чего встала? - грубо спрашивает и отталкивает меня. - Других мест больше не нашла, чтоб дуру из себя строить?
- И Вам доброе утро... - растерянно произношу и обхожу парня, заходя в кабинет начальства.
Добегалась, Анька, сейчас и тебя в оборотни запишут.
В кабинете царит полумрак, плотные шторы закрывают панорамный вид на город, мешая солнцу освещать просторное помещение. Кабинет больше моего в несколько раз: громоский угловой стол из резного дерева, чёрное кожаное кресло, в котором сидит Власов, нервно потирая переносицу. Не удивлюсь, что он одним взглядом даже Хромова в тупик ставит. Два дивана, журнальный столик, на котором стоит четыре пустые кружки. Несколько шкафов из такого же дерева как и стол, и дверь. У него своя уборная?
Хорошо живет, ничего не скажешь.
- Доброе утро, Демьян Александрович. - стараясь не запнуться от нервозности, я слежу за каждым своим шагом, не поднимая глаза на босса. - Я подготовила необходимые документы по ГринПаласу.
Протягиваю ему папку и поднимаю взгляд, но он даже не смотрит в мою сторону, просто кивает и забирает документы, погружаясь в них. Пока начальник работает с документами, я стараюсь скрыть рвущиеся на волю зевки и рассматриваю его татуировку. Это крылья или хвост?
Оранжево-красные лепестки уходят далеко под рубашку, скрывая от любопытных глаз остальную часть татуировки. Вот бы её увидеть, хотя бы мельком...
Однажды я видела что-то похожее. Это была сова с распахнутыми крыльями, из которых струился огонь. Сова кружила над белоснежным волком в лесу, как бы охотясь на более крупного хищника. Та татуировка занимала всю спину и бока. А эта, какая она?
Так, Аня, ты сейчас о чем думаешь?
Мысленно одергиваю себя и трясу головой, отгоняя непрошенные картинки. Хочешь на босса без рубашки поглазеть? Потом смело можно идти и писать заявление на увольнение.
- Анна Андреевна, это не совсем то, что я просил. - он, наконец, поднимает голову и пристально смотрит мне в глаза. - Мы исключили еще месяц назад пункт номер восемь из списка, включив имеющиеся данные в десятый пункт. Схема расположения внутреннего двора этого дома, - указывает пальцем в нужную точку. - также была изменена. Вы настолько невнимательны или просто не желаете работать? - от этого тона по моей спине побежали мурашки, захотелось поежиться.
- Демьян Александрович, дело в том, что эти документы мы собирали всю ночь по отделам. - замолкаю, раздумывая, как бы лучше преподнести данную информацию. - Как я и говорила вчера: у меня не было ни одного упоминания ГринПаласа в базах. Я сейчас занята сортировкой документации вместе с Артуром и остальными ребятами, но этот проект нигде не упоминается. Совсем. Я специально вчера прошестерила текущие дела и ничего не нашла. А позвонив в административный отдел, выяснилось, что все данные хранятся у меня. Хранились. - быстро тараторю, внимательно следя за хмурившимся с каждой секундой еще больше Власовым.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Вы хотите сказать, что кто-то специально удалил все имеющиеся данные с вашего компьютера и забрал папки с документацией? - он откидывается на спинку кресла и прикрывает глаза. - Есть предположения, кто это может быть? - не дождавшись ответа на предыдущий вопрос, задает следующий.
- Да и нет.
- Не понял? - босс окрывает глаза и прищуривается, рассматривая меня с ног до головы.
- Да, я хочу сказать, что кто-то специально стер все упоминания о ГринПаласе и нет, у меня нет никаких предположений, касательно того, кто это может быть. - спокойно поясняю свой ответ и смотрю мужчине в глаза. - Но, возможно, это мой предшественник или один из тех, кого постигла участь быть уволенным?
Глава 6
Анна
В кабинете у Власова я просидела до трёх часов дня, пока не отвлеклась на звонившись у меня телефон. Оказалось, что это баб Вика пытается уже в пятый раз услышать мой голос.
- Извините. - еле слышно произношу и отвечаю на звонок.
- Анька! - громкий радостный голос заставляет меня улыбнуться и тихо рассмеяться. - Ты чего трубку не берешь?
- Работаю я, баб Вик.
- В субботу? Совсем рехнулась там? - с возмущением спрашивает, но тут же переводит тему. - Ты не забыла, что должна сделать в следующую субботу?
- Не забыла, - посмеиваюсь и замечаю задумчивый взгляд начальника, направленный на меня. - Я помню, что нужно приехать к одинадцати утра в аэропорт, баб Вик.
- Ну, сколько раз тебе говорить, что я - Вика! Ты подаешь плохой пример окружающим. Очень плохой. - грозно заканчивает и замолкает на секунду. В трубке слышатся голоса, а потом женщина продолжает говорить: - Ой, мне пора идти! Вечером позвоню, будь на связи, Анька. - и бросает трубку.
Я, улыбнувшись тому, насколько радостный голос был у бабушки, решаю, что надо как можно чаще радовать её такими внезапными поездками.
- Хорошие новости? - внезапно спрашивает начальник, так же задумчиво смотря мне в глаза.
- Да, бабушка скоро возвращается с отпуска. Вы, даже не представляете, насколько сильно я соскучилась. - я, наверное, похожа на дуру, которая улыбается после каждого телефонного звонка.
- Давно не виделись?
- Несколько недель. - убираю телефон в сумку, лежавшую рядом со мной на диване.
- Вы живете с бабушкой? - брови Власова взлётают, а рот слегка приоткрывается в удивлении.
- Да. - киваю. - Что в этом такого? - я непонимающе смотрю на мужчину, слегка склонив голову.
- Вы молодая и симпатичная девушка, как же отношения, любовь и прочие дамские прелести? - перечисляет "дамские прелести" и загибает пальцы, а потом замирает. - Я ничего не забыл? Молодые спешат покинуть родные пенаты с подросткового возраста.
Кажется, что наш разговор плавно меняет направление и принимая сторону, которая мне не слишком приятна, о чем я и сообщила начальству, заслужив еще один странный взгляд.
- Если от меня больше ничего не требуется, то я могу быть свободна? - я не люблю обсуждать свою личную жизнь даже с близкими, а тут совершенно посторонний человек. - В понедельник исправленные документы будут у Вас.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Вы запомнили все, о чем я говорил? - уточняет начальник, поднимаясь вслед за мной с дивана и убирая разложенные бумаги по папкам.
- Да. - утвердительно киваю. - По возможности ни с кем не обсуждать ГринПалас, все данные сначала предоставлять Вам и оригиналы держать при себе.
- Молодец. - как питомца похвалил меня мужчина и удовлетворенно улыбнулся. - Тебя подвезти, Анна?
