Вот у людей, подобных Рамаджоги, и не бывает денег для осуществления их безумных замыслов. А у кого в кубышке деньги есть, те не одержимы такими нелепыми фантазиями. Велик и мудр всевышний!
Итак, в половине третьего ночи Рамаджоги проснулся и сел. Он не разбудил при этом Рамамани, потому что она спала не рядом с ним, а на расстоянии не менее двух метров от супруга. Причиной разделения супружеского ложа был не только возраст. Имелась и другая, более веская. Чтобы объяснить это, придется рассказать одну историю, случившуюся лет десять назад. Рамаджоги с супругой поехали на свадьбу в деревню. Родственники жениха должны были ночевать в сарае, в одном углу — женщины, в другом — мужчины. Когда уже все мирно спали, какая-то женщина вдруг вскочила и начала кричать: «Скорпион! Змея!» — и всех перебудила. Ни скорпиона, ни змеи нигде не оказалось, но женщина жаловалась, что кто-то не то укусил ее, не то сильно ударил по ноге.
— Да нет же, это вы во сне повернулись и нечаянно ушибли ногу! — успокаивающе заметил Рамаджоги.
Смятение улеглось, но через час другая старая женщина закричала спросонья, что кто-то ударил ее по спине.
— Да вы, наверное, легли рядом с моей женой! — простодушно воскликнул Рамаджоги.
Вы, вероятно, уже догадались, что его жена Рамамани была очень темпераментной особой. Днем она неустанно кричала на мужа, энергично жестикулируя при этом, а ночью, продолжая во сне дневную перебранку, так ворочалась и металась, что Рамаджоги не всегда мог уберечься от ее пинков, хотя он стелил спою постель на почтительном расстоянии от неспокойной жены. Вот почему безмятежный и крепкий сон Рамаджоги был нарушен этой ночью.
Заснуть снова ему не удалось, он встал и оделся, стараясь не шуметь. Дом Рамаджоги не был обширен, как царский дворец, и любой шорох или разговор были слышны в другом конце дома. А так как голос у Рамамани, бранчливой жены Рамаджоги, был весьма пронзительный, то ему пришлось научиться слушать, но не слышать, и он достиг в этом немалых успехов. Поистине, милосердный бог помогает терпеливым мученикам супружеской жизни!
Так же бесшумно Рамаджоги прошел с веранды в гостиную; рука его потянулась к выключателю, но сразу опустилась. Если зажечь свет, Рамамани непременно проснется, а если она проснется среди ночи, то у нее утром все тело разболится и она целый день будет стонать и охать.
Рамаджоги хотел было разбудить сына Сундарама и попросить его запереть дверь, но тотчас же отказался от этой мысли. Сундарам получил отпуск на службе и теперь гостил в родительском доме. История с этой службой развернулась в памяти Рамаджоги, как целый цикл сказок из «Тысячи и одной ночи». Окончив школу и получив аттестат, Сундарам два года не работал и околачивался дома. Помог ему найти службу не кто иной, как Валлабха Рао, родственник Рамамани. Валлабха Рао жил в другом городе и даже никогда в Сириваде не бывал, но домочадцы Рамаджоги и жители Сиривады знали о нем все досконально. Это был высокий мужчина с кожей цвета зрелого плода таккали. На рубашках его была кайма с золотой вышивкой, он носил золотые часы, курил сигареты «Голд флэйк», ездил на собственном мотороллере. Его желтый двухэтажный дом находился к северу от автобусной стоянки в Шрикантапураме, а его рисовая фабрика — в другом конце города. Домочадцы Валлабхи Рао не таскали воду из колодца — пять лет назад он провел водопровод. Вода была проведена и в ванную комнату, где всегда лежала коробка превосходного майсурского сандалового мыла. Жена Валлабхи Рао никогда не покупала одно сари, а всегда два-три зараз. Дочка Васундарамма была на выданье. Сундарам и Васундарам! Имена друг к другу подходят, вот бы и поженить их, мечтала Рамамани… А почему бы и нет? Но жителям Сиривады эти планы казались нереальными, не верил в них и Рамаджоги. Как будто для того, чтобы посрамить сомневающихся, пришло письмо от Валлабхи Рао. «Я присмотрел Сундараму работу, пусть немедленно выезжает». Больше всех такой поворот событий изумил Рамаджоги.
В шахматной игре каждый делает свои ходы — передвигает то короля, то ферзя, то пешку, и на шахматном поле создается определенная ситуация. До поры до времени Валлабха Рао не собирался вводить в игру фигуру племянника. А вот когда его дочка два раза провалила экзамены за четвертый класс и ни за что не хотела сдавать их снова, пришлось подумать и о Сундараме. Надо было выдать дочь замуж. Чем выкладывать десять тысяч рупий приданого, лучше отдать ее за бедного родственника. Но безработный Сундарам не годился в женихи, надо было подыскать ему службу.
Полученное от Валлабхи Рао письмо было для семейства Рамаджоги как удар грома. По закону невезения оно пришло в конце месяца, и деньги уже кончились. Без сотни рупий снарядить в дорогу Сундарама было невозможно. Рамаджоги знал, что его коллега, учитель Суббарамая, дает деньги в долг под проценты. Правда, Рамаджоги сомневался, сможет ли он выплатить в дальнейшем этот долг из своего учительского жалованья. Проценты, конечно, сможет выплачивать, но вот основную сумму… Откуда же деньги у Суббарамаи, такого же школьного учителя? Ведя уроки в школе, Суббарамая приходил в отчаяние от лени и нерадивости своих учеников и ругал их последними словами. Потом Суббарамая предлагал родителям заниматься с отстающими у себя на дому. Если у родителей были деньги, они платили Суббарамае как частному преподавателю. Положение таких учеников было весьма выгодным — накануне экзаменов Суббарамая диктовал им предполагаемые вопросы, а также ответы. Этот способ обучения приносил золотые плоды; можно было подумать, что во дворе Суббарамаи растет кальпаврикшаму — райское дерево, которое плодоносит деньгами. Тем не менее случилось так, что как раз тогда, когда Рамаджоги понадобились деньги, у Суббарамаи их не оказалось. Но он любезно предложил занять деньги для коллеги у другого человека, который, к сожалению, брал огромные проценты. Десять рупий на сто в месяц! Делать нечего — Рамаджоги согласился и подписал долговую расписку, где черным по белому значилась сумма в сто рупий, а получил всего девяносто. Были куплены три пары брюк, три рубашки и дорожная сумка, в которую их упаковали, хотя Сундарам хотел бы кожаный чемодан. Такой чемодан привез из Бомбея Валлабха Рао, и Сундарам восхищался его вместимостью и щегольским видом.
Так или иначе, сын был снаряжен и отправлен;
