его палаты. Новшество, кстати, для больниц, но мне как раз на руку.
После, я сел в угнанную мной машину и поехал к Распутиным. Системы GPS автомобиля и система экстренного оповещения владельца об угоне благополучно не работали, но тем не менее, я все равно переведу небольшую плату за пользование чужого автомобиля.
Подъехав к главным воротам резиденции Распутиных, я сам открыл их дистанционно, проехал медленно мимо охреневшей охраны, показывая свой перстень, без лишних слов и остановился чуть ли не у главного входа. Здесь меня встретили двое гвардейцев, которым также было достаточно увидеть мое кольцо. Но…
— А знаешь, — до меня донесся голос Ильи в коридоре. — Я тоже служу сильному дворянину. Наверное, он даже посильнее твоего будет!
Охренев от услышанного, я пошел не в ту сторону, где была лестница, ведущая в комнату Кати, а завернул в кухонный зал, где Илья, видимо, подкатывал к служанкам. И я не прогадал. Рыжий ловелас, облокотившись спиной на стену, скрестил руки на груди и с важным, о Великая Электрожаба, лицом втирал служанке о своем статусе в обществе. Для вида этот дуралей расстегнул рубашку на груди, чтобы было видно пушок. Якобы, он возмужавший, хах.
— Эй, дружище, — крикнул я. — Ты долго?
Илья недовольно вздохнул, и повернулся ко мне, показывая, мол, попозже может? Но меня это не устраивало.
— Илюшка! — протянул я. — Пойдем, пойдем.
Поникший водитель хмыкнул и молча поплелся в мою сторону. А затем, поднимаясь по лестнице, я стал слушателем целой тирады, как нехорошо я поступил.
— … шеф, ведь еще чуть-чуть, и я бы… — он распинался, тяжело вздыхая. — Блин, ну совсем чуть-чуть и она стала бы моей!
— Знаешь, Илья, — я повернулся и сравнил его взглядом. — Если бы ты не начал говорить про силы, я бы прошел мимо, но ты сам того не понимая, начал пороть такую дичь, за которую тебя бы к стенке поставили. Какой слуга будет в чужом доме говорить, что хозяин этого дома слабее его господина? Ты вообще головой думаешь?
Судя по его надувшимся в очередной раз губам, головой он не думал. Кровь приливала к другому месту.
Я поднялся в комнату Екатерины и тут же протянул руку Семену Семеновичу, который встретил нас. Высокий мужчина с сединой на висках и очень острым взглядом внимательно посмотрел на кольцо, словно не узнал меня, а затем попытался улыбнуться. Не получилось, к слову.
В его взгляде было слишком много переживаний. Слишком.
— Я это… — протянул он, словно и не знал, как здороваться и с чего начинать.
— Все хорошо, Семен Семенович, — я выпустил его руку. — Понимаю ваши переживания, но уверяю, сейчас все исправим.
— Она… она… — он уже, возможно, не так сильно паниковал, как это было несколько часов назад. Потому что понимал: я — помогу. Но все равно это никак не могло повлиять на сердце отца. — Ей стало получше после вашего артефакта, — он указал на камень, который лежал на груди Кати. — Но она так и не пришла в сознание.
Я подошел к медицинскому блоку, положил на его край руки и просканировал сам агрегат. В нем было слишком много помех. И…
— Блок неисправен, — пробормотал я. — Семен Семенович, где вы его купили? Я не видел раньше такой модели.
— Неисправен? — искренне удивился он. — Как это…
— Он не подает Кате глюкозу и витамины, с той скоростью, с которой нужно. Тут, такое даже не проследить специалисту, — я просканировал еще раз эту хреномуть. — Но, — я повернулся к Илье и кивнул на свой рюкзак, где у меня для вида всегда лежало пару отверток. Он передал мне одну, я вскрыл крышку и для вида покопошился там. — Пару плат нерабочие…
Следующую минуту Семен Семенович Распутин только и делал, что удивлялся моим способностям. Медицинский блок после моего «вторжения» в его настройки аж по-другому заработал. Загорелись все нужные лампочки, помехи и сбои прекратились, а лицо Кати спустя десять секунд заиграло нормальными красками. Бледность ушла, а щечки порозовели.
Но Чумной ток все равно все еще был в ней.
— Так, Семен Семенович, — я убрал отвертку в карман, повернулся к Распутину и посмотрел ему в глаза. — То, что я сейчас сделаю, должно остаться между нами. Вам это ясно?
— Ясно.
— Вы никому не скажете, что я помог вашей дочери. Это — родовой секрет Раскатных, и раз я вас посвятил в него, вы у меня в долгу.
— Родовой секрет контролировать Чумной ток? — спросил Распутин, но тут же быстро закивал головой. — Да, Георгий, конечно. Только между нами!
Я вытянул руку над Катей и сосредоточился на ее поле. Зеленоватые маленькие разряды тут же поползли в мою ладонь. И тут мне пришлось немного попотеть. Потому что мне нужно было выпустить ток не просто в воздух, а во что-то иное. Нужна была «точка назначения», и ею стал мезофамильяр в кармане.
Стрелке Чумной ток пришелся по вкусу, ибо была другая резкость магического тока.
Но и тут были свои проблемы. Не в поглощении Стрелкой «чумы», а в самой Кате. Если бы я появился тут сразу, как только она открыла коробку и получила артефакт, то последствия были бы гораздо мягче.
Я бы сразу его убрал, но сейчас её поле заражено, и ей нужен не один сеанс моего лечения. Ей нужно постоянное лечение электроманта, чтобы вытягивать все точки заражения, которые будут проявляться некоторое время. О Великая Электрожаба, не там ты карты подтасовала. Вот ведь ж…
— Семён Семёнович, — я немного вспотел, убирая из организма Распутиной эту мерзость. — Тут кое-что придётся сделать.
— Что⁈
— Я понимаю, что звучит так себе, но Екатерине придётся переехать на некоторое время в мою усадьбу, чтобы я мог каждый день убирать из неё остатки этого Чумного тока, — увидев его вытянувшееся лицо, я тут же продолжил пояснять. — Прошло слишком много времени с момента, как чума попала в её организм. Тут хочешь не хочешь, но придётся выискивать её корешки и уничтожать «ростки». Их найти на данный момент невозможно. Я убрал основную заразу, но мелочёвка осталась. И если её не убрать, ей станет ещё хуже.
— Барышне жить у мужчины до свадьбы? — это, видимо, смущало его больше всего.
«Блин, его реально сейчас
