Примерно за месяц до проведения фестиваля на портале Realmusic был организован конкурс – пользователи выбирали лучшую декадентскую композицию. Уже в первую неделю было прислано более 200 работ, и стало ясно, что эта тема очень интересует любителей музыки: люди начали спорить, рассуждать о декадансе, присылать стихи…
Организатор фестиваля Владимир Преображенский, журналист, лидер группы «Бостонское чаепитие» и музыкант «Оберманекена», говорит: «Мы ставили перед собой задачу представить весь спектр музыкальных и артистических изысканий, которые могли бы показать современный декаданс: от романтически-символистских проявлений («Полынья», «Пьеро»), эстетики дендизма в лице «Оберманекена» до брутального стеба Вадима Степанцова и секс-террористических перформансов Владимира Веселкина. Идея подобного фестиваля витала в воздухе. Рубеж веков, переломные моменты российской действительности – все это связано с декадансом. Только что издана великолепная энциклопедия дендизма. Появляются знаковые музыканты, такие как Алеша Пальцев (участник фестиваля)».
Романтичный символизм
Группа «Кира Т’фу Бенд», открывавшая фестиваль, погрузила зрителей в атмосферу классического концертного вечера, приправленного некоей безбашенностью рок-н-ролла. Музыканты – в черных костюмах, с большими белыми бабочками, солистка – в мерцающем черном платье, а на заднем фоне то обезьяны, превращающиеся в человека, то рыбы, то работы мастеров классической живописи. Музыка тоже была под стать действу.
Музыканты группы «Пьеро» органично смешали печальные образы народного театра и порочность девиц эпохи упадка. Черно-белый Пьеро, кукольный рыцарь печального образа, танцевал под жесткую, но отчасти медитативную музыку с черно-белой Коломбиной, чей макияж навевал мысли о некроромантизме.
Прекрасные девы в японских нарядах из группы «Полынья» продемонстрировали вокал в лучших декадентских традициях – рок, смешанный с чуть ли не церковным пением.
Эстеты и денди
Выступление «Оберманекена» началось с пионеров. По сюжету песни «Дачные велосипедистки» они уходили в подполье, «воздушные, как поцелуи», под тягучий салонный рок средневековых замков. По крайней мере именно такое ощущение вызывала музыка. Эстетика декаданса «Оберманекена», с одной стороны, вполне вписывалась в привычные клише: кокаин, легкая эротика, а с другой – выбивалась из них шпионами, упомянутыми уже пионерами и цитрусовыми (незабвенный хит «Девочка-подросток с запахом апельсина»). Как истинные эстеты, музыканты «Оберманекена» были скромны: черные классические костюмы.
Такую же сдержанность одежды продемонстрировало «Бостонское чаепитие». Выступление этого коллектива показало, сколь эффектным может быть совмещение оперных арий и рока, а сны могут оборачиваться садомазохистской фантасмагорией. Видеоряд, сопровождающий «Бостонское чаепитие», состоял из классики кинематографа – «Тихие дни в Клиши» по роману Генри Миллера, «Последнее танго в Париже» Бернардо Бертолуччи.
Явление
Алеша Пальцев, шансонье, которого нередко сравнивают с Вертинским, презентовал на фестивале свой второй альбом – «АртистЪ». Любовь музыканта к дореволюционному написанию слов была видна и в первом альбоме – он назывался «ВертопрахЪ». По словам самого артиста, первый альбом был «сибаритствующим, размеренным, меланхоличным», а второй получился более динамичным, эмоциональным, в нем больше лицедейства. Коньяк и водка – вот как охарактеризовал Алеша Пальцев свои альбомы. Выступление тоже было, скорее, водочным – русские гулянья, чуть ли не с цыганами, но никакого рока: скрипка, фортепиано, барабаны, гитара, создающие на сцене романсовый, почти салонный звук, и сумасшедшая энергия.
Секс-террор и стеб
Владимир Веселкин, бывший шоумен «АукцЫона», прославившийся своими шокирующими выступлениями и в России, и в Европе, из своего амплуа не вышел. Полувоенный полуфрак, колготки, меха, которые в итоге оказались на сцене, а не на артисте, танцы вокруг микрофона под зловещий ритм ударных, грядущая мировая война, Иисус Христос. «Афтар жжот», – орали в зале. Последнюю песню Веселкин посвятил Оле, которая работает на фейс-контроле клуба. «Я обещал», – объяснил музыкант. Закончился фестиваль выступлением Вадима Степанцова, главы «Ордена куртуазных маньеристов», лидера группы «Бахыт-Компот». Поэт и музыкант представил свой новый проект – «Бедлам-Капелла». Началось его выступление с чтения стихов про «правильного и нужного» педагога, который помогает своим ученицам бороться с распущенностью. Очень оригинальным методом. Стиль, в котором были выдержаны все композиции, посвященные, разумеется, дамам, сам Вадим Степанцов окрестил симфо-панком. Классическое музыкальное образование, разухабистая игра, стеб на грани фола в поэзии создали на сцене нечто, совершенно не поддающееся описанию.
Продолжение?..
«Мы просто приоткрыли дверцу и показали, что да, есть такое явление в современной музыке, – поделился своими постфестивальными впечатлениями Преображенский. – Конечно, хотелось бы все устроить с большим размахом: с модными дефиле, с шампанским, льющимся рекой. Но это очень сложно без спонсоров, ведь нынешний фестиваль вообще был сделан на голом энтузиазме, настоящее такое суровое подполье. Скорее всего, продолжение у фестиваля будет, но сохранится только идейное наполнение, а антураж будет другой. Пока общение на «бархатную» тему продолжается в Интернете и, так сказать, в кулуарах».
Декаданс в музыке оказался явлением очень неоднородным, но одновременно завораживающим. Шоу, устроенные без миллионов, вложенных в спецэффекты, могут быть потрясающе красивы. Музыка, с одной стороны имеющая как минимум столетние традиции, а с другой – не чурающаяся современных изысканий, разбивает границы «формата» и «неформата». Фестиваль показал, что стена непонимания, на которую наталкиваются многие музыканты, делающие «другую», ни на что не похожую музыку, может быть разбита. Легко и изящно.
Светлана Баева (Звуки. Ру) 16.05.2005Поиграли в декаданс
Первый фестиваль куртуазного декаданса «Бархатное подполье», прошедший 12 мая в «Клубе на Брестской», явил миру абсолютнейшую стилевую мешанину. Да и как можно мечтать о чистоте стиля, когда в названии заявлено – куртуазный декаданс? В сущности, это образование можно приравнять к «готическому модерну» или «постмодернистскому ампиру». «Куртуазность» – термин, истоки которого лежат в дебрях XI века. Любовь к Прекрасной Даме обставлялась множеством ритуалов: песнями и терзаниями лютни, томными взорами и сонетами, битвами за Даму на ристалище, – этот комплекс ужимок и прыжков и назывался, собственно, куртуазностью, то есть благородным, изысканным поведением. Стоит добавить, что любовь эта частенько бывала платонической – благородных дам на всех не хватало! А вот декаданс – порождение конца XIX – начала XX века, той эпохи, лучшие представители которой уже предчувствовали крах идеалов разума и прогресса, окончательно дискредитированных мировыми войнами и массовыми убийствами невинных. Настроение Конца Века – мрачность и тяга к потустороннему, изысканные пороки, возведенные в ранг стиля существования, символизация реальности в поэзии и живописи, стремление превратить свою жизнь в игру со смертью. К тому же времени относится и расцвет культа дендизма.
Как соединить куртуазность и декаданс, знают немногие, и в том числе лидер группы «Бостонское чаепитие» Владимир Преображенский, автор идеи и один из организаторов фестиваля. Он чувствует необходимость новой волны декаданса, эстетизма, романтики – на фоне вездесущей попсы, вырождающегося рока, сомнительной поэзии. Впрочем, эти разлитые в воздухе веяния поддерживают многие культовые музыканты. Четверо из них: Анжей Захарищев фон Брауш, Алеша Пальцев, Вадим Степанцов и Владимир Веселкин вкупе с «Бостонским чаепитием» и задали темп, стиль, смысл всему фестивалю. Анжей фон Брауш был, как всегда, патетичен, агитировал за новую эстетику и исполнил проверенные временем вполне декадансные хиты «Оберманекенов» – «Резидентка МОССАДа», «Нега и роскошь» и другие. Алеша Пальцев, работающий в стилистике Вертинского, но гораздо резче и задорнее, сорвал аплодисменты и очаровал публику неожиданным синтезом Есенина и Шнурова. Владимир Bеселкин – существо совершенно гениальное и при этом абсолютно не ограниченное никакими рамками приличия, – вот кто на самом деле со смертью играет, как настоящий декадент. Он уже не здесь, не в этом мире, несмотря на вполне подвижную тренированную плоть, которую он мастерски обнажил на сцене, и резкую манеру общаться со зрителями. Закрыл фестиваль похожий на капризного пупса Вадим Степанцов, подарив публике несколько программных произведений из своего арсенала «матерщинника и крамольника».
