понимая, что, собственно, думать. Оглядываясь по сторонам, я даже не понимал, куда мы идем. Мы свернули от вокзала в какой-то переулок, я все время крутил головой, осматривая здания. Судя по архитектурным строениям, это ни хрена не мой родной город. Да и шутка какая-то подзатянувшаяся, да и не похоже все на шутку.
— Ирландская шлюха, может, обслужишь меня прямо здесь? — раздался голос где-то впереди.
Я убрал корешки карточек в нагрудный карман и устремился вперёд, к Агне и детям. В тот момент, как я приблизился, они уже были окружены тремя парнями. Выглядели они чуть старше двадцати, вели себя вызывающе и пытались задрать платье Агне. Хотя она была матерью троих детей, все же выглядела очень привлекательно, стройная фигурка, приятное привлекательное лицо.
Пока ублюдки пытались задрать ей платье, она ловко уворачивалась от них, закрывая собой детей. Тут один из парней все же схватил низ ее платья и задрал вверх. Тут же раздался громкий смех парней, в ту же секунду Агна отвесила смачную пощечину ублюдку. Но того, что произошло дальше, никто не мог предположить.
У стоящего рядом с нападавшим парнем в руке неожиданно появился нож. Я даже не успел ничего предпринять, как этот ублюдок воткнул нож ей в грудь. У женщины лицо застыло в крике, она схватилась за место удара и медленно опустилась на колени, после чего завалилась навзничь.
От увиденного я просто опешил, во-первых, я ещё не понимал, где я нахожусь, а во-вторых, как следовало из документов, лежащих у меня в кармане, это была моя мать.
Все это произошло буквально за каких-то пару мгновений. Я тут же кинулся к Агне, она задыхалась, из ее рта вырывались кровяные сгустки.
— Получала, ирландская шлюха, — раздался крик со смехом кого-то из нападавших.
Присев рядом на колено, я взял ее за руку.
— Позаботься о них, — прохрипела Агна и взглянула на Нессу и Барри. После чего закрыла глаза и затихла.
— Мама, мамочка, — кинулись дети со слезами к женщине.
— Одной ирландской шлюхой меньше, — пробормотал с ухмылкой парень, ударивший ножом Агну. Остальные ублюдки залились смехом.
Сердце пропустило удар, взяло разгон и начало колотиться с неимоверной скоростью, будто вот-вот проломит грудь изнутри, я сжал кулаки и посмотрел на плачущих детей, стоящих на коленях над телом Агны.
Я тут же вскочил на ноги и рванул в сторону ублюдков, подскочив к ближайшему справа, вбил кулак в подбородок убийце Агны. Отчего его тело обмякло и рухнуло на землю под собственным весом.
Не мешкая, я переключился на следующего ублюдка, и мой кулак влетел в его шнобель. Я почувствовал хруст переломанных хрящей. Легкая дрожь пробежала по его телу, словно спазм, это сломанные хрящи вошли ему в мозг и вызвали мгновенную смерть. Его тело рухнуло, словно мешок картошки, сброшенный с плеча. Третий парень не стал ввязываться в драку, а рванул со всех ног вдоль по переулку, оглашая улицу криками.
Я перевел взгляд на убийцу, он начал приходить в себя и попытался встать, держась за подбородок, и что-то мямлил себе под нос. Но меня было уже не остановить.
Я подскочил к нему и начал вдалбливать кулаки ему в лицо. Спустя несколько секунд парень перестал подавать признаки жизни.
Поднявшись с бездыханного тела, я подошёл к Агне и присел на одно колено, чтоб проверить дыхание и пульс.
Тут меня за плечо кто-то одернул.
— Бежим отсюда скорей. Ты ей ничем уже не поможешь. — Я обернулся и увидел парня лет двадцати. В потрепанной одежде, собственно, как и я, и в непомерно большой кепке. — Сейчас полиция нагрянет.
— Но… — протянул я, указывая на плачущих детей.
— Бери их и бежим отсюда.
Я схватил мальчишку и посадил его на правую руку, он обнял меня за шею, девочку же я взял за руку, паренек забрал сумку, которую я нес, и мы рванули вдоль по переулку. Парень бежал впереди, я несся за ним, едва не летел.
Свернув за угол, мы оказались на людной улице, я не обращал внимания, куда бегу, в голове было одно, не упустить из виду парня, бегущего впереди с нашей сумкой, и не отстать от него.
Петляя по улочкам города, мы заскочили в узкий переулок, после чего парень нырнул в подвал одного из недостроенных домов. Мы спустились следом за ним. Пройдя немного по темному коридору, оказались в довольно просторной комнате, где было еще несколько человек.
Несколько секунд мои глаза привыкали к полумраку. После чего я окинул взглядом помещение и присутствующих в нем людей. В середине стоял довольно большой стол, на котором горела керосиновая лампа, освещающая комнату. За столом расположились трое мужчин. Один был довольно-таки взрослый, крепкого телосложения. Двое, что сидели по сторонам, чуть моложе.
— Что случилось? — произнес высокий мужчина, тот, что казался старше всех. — Ты кого привел, Роб?
— Лукас, этот паренек только что убил голыми руками двоих коренных, забил их, — сбивчивым голосом начал Роб.
— Коренных? — вскрикнул Лукас и вскочил с места. — И ты притащил его сюда? Ты в своем уме, Роб? Его же будут искать.
Роб виновато уставился в пол, ничего не отвечая, пытаясь привести дыхание в нормальное состояние.
— Кто ты вообще такой? — уставился Лукас на меня и прищурился. — Есть хоть какие-нибудь документы?
Я неспешно отпустил руку Нессы и поставил Барри на пол, достал из нагрудного кармана корешки и передал их Робу. Тот, в свою очередь, сунул их Лукасу, который крутил бумаги в свете лампы, выискивая знакомые буквы. Спустя некоторое время злость с его лица исчезла.
— Так ты ирландец, — уже более мягко ответил Лукас. — Ну, тогда присаживайся. Отдохни, Роб. — Лукас перевел взгляд на парня, стоящего рядом. — Сходи, позови Дарину.
Парень кивнул и метнулся в темный угол комнаты, после чего его образ пропал.
Спустя мгновение в комнате вновь появился Роб. За ним шла женщина лет тридцати пяти-сорока. Ее светло-русые волосы были аккуратно собраны в пучок. Платье не отличалось чистотой, как и у всех обитателей данного подвала. Было потрепанное и местами зашитое.
— Дарина, позаботься о детях. А мы пока с парнем поговорим, — сказал Лукас.
Женщина тут же присела на одно колено рядом с Нессой и Барри, которые до сих пор ревели.
— Не плачьте, детишки, — произнесла мягким голосом женщина. — Пойдемте, я вас покормлю. Вы, видать, голодны.
Несса и Барри подняли заплаканные глаза и уставились на меня.
— Идите. Не волнуйтесь, я рядом и не дам вас в обиду никому. — Барри кивнул. Я услышал свой голос, но он был не мой. Это был юношеский голос. Конечно, не сопрано, но и далеко не баритон.
