Читаем без скачивания Человек-скелет (в сокращении) - Тони Хиллерман

— Но для чего Джону Кларку понадобился такой ящик? — спросил Чандлер. — Кольцо для невесты он мог привезти и в кармане.

— Кларк ведал частью принадлежавшего его отцу ювелирного бизнеса. И в Лос-Анджелес он летал для того, чтобы доставить оттуда партию бриллиантов «особой огранки» — для богатых покупателей. Лучшие из лучших, бело-голубые камни, особым образом ограненные. Сколько я помню, в страховой претензии было перечислено более семидесяти таких камней, каждый весом от двух карат. Компания, страховавшая перелеты, выплатила максимальную сумму страховки от потерь — сто тысяч долларов. Разбирающиеся в ювелирном бизнесе люди считают, что эти камни даже по тогдашним ценам стоили в сотни раз больше. Сколько они стоят сейчас, не знает никто. За самый маленький из них, возможно, удалось бы получить двадцать тысяч.

Чандлер заметно оживился.

— И что, так никто их и не нашел?

— Во всяком случае, никто не признался. Никто не объявил о находке и не вернул камни законному владельцу, — ответил Плаймейл. — В том-то все и дело. Возможно, их нашли, и мы пытаемся выяснить, у кого они теперь.

Чандлеру все это казалось бессмыслицей. Что-то темнит старик, подумал он.

— По-моему, если кто-то нашел их, то давно уже обратил в наличность, — сказал Чандлер. — А как считаете вы?

— Если бы камни попали на рынок, нам бы об этом стало известно. Семья Кларка и страховая компания внимательно следят за торговлей алмазами. В США, в Европе и где угодно. Монополия «Де Бирс» тоже держит ухо востро, а камни эти — большая редкость, из-за дороговизны и из-за особой огранки. Их бы сразу заметили. Но они так нигде и не появились. — Плаймейл взглянул на Чандлера. — Во всяком случае, до тех пор, пока при ограблении в Нью-Мексико не был обнаружен один из них.

— Ага. Наконец-то добрались до самого главного.

— Руку тоже никто не нашел, — продолжал Плаймейл.

Чандлер рассмеялся:

— Кого волнует эта дурацкая рука?

— Меня. И вас будет волновать, если вы возьметесь за это дело.

Плаймейл умолк, ожидая, когда Чандлер спросит почему.

— Почему?

— Бриллианты всего лишь дают возможность вернуть утраченные деньги, — ответил Плаймейл. — Это мелочь. А вот рука — вещь посерьезнее.

Чандлер казался озадаченным.

— Дочь той женщины, на которой Кларк собирался жениться, связана со всякими экстрасенсорными делами. Ее зовут Джоанна Крейг. Живет в Нью-Йорке. Она дала в газетах в районе Большого каньона несколько объявлений, известила сотрудников национального парка, проводников и прочих, что нашедший руку получит награду.

— Ничего себе, — сказал Чандлер. — А зачем это ей?

— Она уверяет, что получила с того света послание от Кларка-младшего. Дух Кларка якобы сказал ей, что утрата руки причиняет ему страдания. Сказал, что она его дочь и должна найти эту руку и захоронить ее рядом с прочими его останками.

Чандлер невольно улыбнулся.

— Так она рассказывает, — сказал Плаймейл.

Чандлер ухмыльнулся:

— Так можно же откопать где-нибудь кости неважно чьей левой руки и получить за них награду. Готов поспорить, вам такая мысль тоже в голову приходила.

— Разумеется, — сказал Плаймейл. — А вы не такой тугодум, каким кажетесь. Разумеется, это ничего нам не даст. Согласно ее объявлениям, Кларк за несколько лет до смерти сломал левое предплечье. Рентген и все такое. Так что чужая рука не подойдет.

— Ну ладно, — сказал Чандлер. — Вы все-таки объясните, что вам от меня требуется. И что будет иметь с этого Брэдфорд Чандлер.

— Вы не обратили внимания на то, что я упомянул о гражданском иске? Ну так обратите теперь. Тут все осложнилось. Старик Кларк был вдовцом. Ни одного близкого родственника, кроме сына — Джона. Возбудив то давнее дело, мать Джоанны Крейг заявила, что Джоанна — дочь Джона Кларка. А значит, Джоанна Крейг — внучка старика Кларка, и это делает ее «прямым потомком» и наследницей семейного состояния.

Чандлер, не сводя с Плаймейла глаз, произнес:

— Так, кое-что проясняется. Стоит ли мне спрашивать, кому принадлежит сейчас состояние Кларка?

— Согласно его завещанию, в отсутствие прямых потомков деньги отошли к некоммерческому благотворительному фонду, который мы помогли ему создать. Я вам об этом уже говорил.

— Ага, — сказал Чандлер. — А распоряжаетесь деньгами вы?

Плаймейл ушел от ответа.

— Мать Джоанны Крейг наняла адвоката, однако, кроме пачки старых писем, предъявить суду ей было нечего. Чтобы выиграть дело, одних писем оказалось недостаточно. Мы пытались с ней договориться. Она отвергла наше предложение, на том все и кончилось.

Плаймейл замолчал, помахал рукой, требуя, чтобы ему принесли еще выпивки. Чандлер смотрел на прибой, на девушку в трусиках «танга», возвращавшуюся назад, на этот раз вместе с другой девушкой в таком же наряде. Обе смотрели в его сторону.

Принесли выпивку. Плаймейл сделал глоток. Хлопнул по руке Чандлера:

— Вот почему мы не стали тогда искать руку. А теперь ученые уверяют, что могут получить из старых костей данные по ДНК. Вы понимаете, что это значит?

Чандлер кивнул, но Плаймейл все равно пустился в объяснения. Утраченная левая рука Джона Кларка может стать доказательством того, что Джоанна Крейг действительно внучка старика — вот что это значит.

А кроме того, думал Чандлер, если руку найдут, еще один старик, Плаймейл, лишится возможности распоряжаться огромной суммой денег. А может, и того хуже: суд может потребовать отчета о том, что делал с такой кучей денег «некоммерческий благотворительный фонд», пока Плаймейл им руководил.

Чандлер смотрел на девушек в бикини, однако все мысли его были об одном: об этом несметном богатстве.

Глава третья

Вернувшись домой после встречи с Пинто, Липхорн понял, что история с бриллиантом так просто не кончится. И в покое его не оставят.

Лампочка на автоответчике мигала, причем второй звонок был от Ковбоя Дэши, помощника шерифа. Не иначе как насчет того алмаза.

Первой же ему звонила профессор Луиза Бурбонетт, и голос у нее был счастливый. Старая индианка, для встречи с которой Луиза приехала в Биттер-Спрингс, оказалась истинным кладезем легенд племени хавасупаи, к тому же эта старуха собиралась отвести Луизу к своему еще более старому дяде, знатоку фольклора племени пайютов.

— Я переночую здесь, а утром встречусь со стариком, посмотрю, что удастся записать. Завтра позвоню снова, скажу, когда меня ждать. Может, удастся найти нечто общее в преданиях о происхождении этих двух племен — хавасупаи и хопи. Жаль, тебя со мной завтра не будет.

Второй звонок был из тех, к которым отставники привыкают быстро.

— Лейтенант, — сказал Дэши, — двое ваших бывших работников решили наконец пожениться. Свадьба состоится через две недели в доме матери Берни Мануэлито, под Шипроком. Вы приглашены. Я буду шафером. Если вы еще не догадались, кого в конце концов выбрала Берни, так это Джим Чи.

Последовала недолгая пауза, а за ней — одна из тех просьб, которые обычно следуют за вежливым, приятным вступлением.

— И вот еще что, лейтенант, у меня тут возникла проблема. Может, вы мне что-нибудь посоветуете. Тот человек, которого арестовали в резервации Зуни за ограбление и убийство, ну, в общем, это мой двоюродный брат. Алмаз, который он хотел заложить, понимаете, он говорит, что держал этот алмаз у себя много лет. И в общем, он никого не грабил.

Дэши откашлялся.

— В общем, — проговорил он, — сержант Чи посоветовал обратиться к вам. Рассказал кое-что о человеке с фактории в Шорт-Маунтин, той, что между Туба-Сити и Пейджем, — Макгиннис, кажется. В общем, Чи сказал, что это одно из ваших старых дел: кража со взломом, а Макгиннис вроде заявил, что у него тогда похитили большой алмаз. Если у вас найдется время, может, расскажете мне об этом поподробнее? — И снова пауза. — Ну, в общем, заранее спасибо, сэр.

Если у него найдется время? Да сколько угодно времени! Липхорн набрал номер, оставленный Дэши, попал на автоответчик, оставил сообщение: да, время у него найдется. Куча времени. Помимо всего прочего, история с алмазом становилась все интереснее.

— Похоже, я сегодня окажусь на вашей территории, — сообщил он автоответчику. — Ближе к вечеру заеду пообедать в Культурный центр хопи. Хотите — ищите меня там. Если нет, я отправлюсь оттуда на старую факторию в Шорт-Маунтин. Можем там встретиться.

Затем он сел в свой старый грузовичок, размышляя о том, что у сержанта Чи хватило наконец ума сообразить, что Берни любит его. Подобные размышления привели его к мысли о том, не стоит ли еще раз предложить профессору Луизе Бурбонетт выйти за него замуж.

Один раз он ей такое предложение уже сделал — после того как разрешил ей использовать свой дом в Уиндоу-Роке как самый северный опорный пункт в ее нескончаемых фольклорных экспедициях. Луиза изучала мифологию индейцев навахо, юта, пайюта, зуни, хопи и так далее. Представителей этих племен она просила наговорить что-нибудь на диктофон.