Однако самой выразительной деталью в облике девушки на самом деле было другое. На белке ее правого глаза красовалась лазерная татуировка в форме чёрной звёздочки. Возможно, примитивного человека прошлых веков подобное украшательство повергло бы в ужас. Но сверстники Кима не замечали в этом ничего необычного — разве что немного оригинальности. Если блондин Зевс портил кожу готическими татуировками, то брюнетка Эля хвастала перед подругами готическими глазами.
«Мои безумные, безумные друзья! — улыбнулся Ким. — Думаю, мы славно сыграем!»
Introduce 4. Дементор
Последним на экране появилось заспанное лицо Дементия, по прозвищу Дема или Дементор. Компьютер выдал изображение очень странного человека — некого гибрида перекаченного спортсмена и хакера-ботаника. Дементор не терпел косметических извращений, но, как казалось Киму, только потому, что был наделен потрясающей внешностью от природы.
Дементор был высок — больше двух метров тридцати сантиметров — и при этом необычайно широкоплеч. Руки Демы, сжатые в кулаки, могли соперничать с пивными кружками, а толщина икр была такова, что ему специально приходилось заказывать себе штаны в состав индивидуального трансформера. К внешности великана следовало добавить длинную копну рыжих густых и непослушных волос, то раскиданных по плечам, то схваченных грубой резинкой на самой макушке (на затылке Дёма волосы не носил). А также яркие ясные, почему то всегда немного печальные серые глаза.
В отличие от Зевса Дементор ненавидел татуировки. Зато обожал бодибилдинг. С четырнадцати лет Дёма качался ежедневно, долго и со вкусом, без препаратов и интенсивных медикаментозных курсов мышечного роста. Он был гурманом от спорта и машинам процесс прокачки тела не позволял. Он убивал кучу времени, но тренировался и «взрывал» себя по старинке — не химией и наукой, но упорством и предельным самоистязанием.
Прищурившись, Ким взглянул сквозь экран. За спиной могучего друга прямо на кровати валялась груда информационных кристаллов, по которым можно было с лёгкостью догадаться, что вчера вечером Дементор не изнурял себя штангой, но засиделся за компьютером, пока не заснул. Рыжий состоял из перегибов и крайностей: он то «качал железо» до состояния, когда утром не мог поднять руку, то постигал премудрости программирования десятки часов подряд без отдыха, сна и еды.
Информационные кристаллы, которые использовал качок-программист Дементор, представляли собой новейший способ записи данных в форме цепочек аминокислот. Протеиновая смесь, запакованная в капсулах для глотания, содержала простой двоичный код, записанный в форме сочетания двух типов белковых молекул. Потребитель просто глотал химический носитель информации, тот расщеплялся в желудке, и считывался заранее проглоченным микроскопическим декодером. После чего запись поступала в человеческий мозг, в форме статичных картинок, видеозаписи, музыки, ароматов, тактильных ощущений или всего этого вместе. Программы для компьютеров, а также книги, тексты, таблицы, цифры, пароли и коды по-прежнему хранили на микроскопических электронных носителях. Но если информация предназначалась непосредственно для восприятия человеком — например, образы памяти или фильмы с «полным погружением», лучше химических капсул (а лучше сказать дата-наркотиков) не существовало ничего!
Судя по количеству наркотических видеотаблеток, Ким заключил, что его друг Дементор вчера вечером засадил в себя несколько тысяч часов чужой псевдопамяти — то могли быть как лекции по физике в Мировом университете Киншасы, так и записи каскадерских трюков от первого лица.
По-прежнему удерживая взгляд в районе полотенца Ведьмочки, будто стараясь прожечь там дыру, Зевс, не глядя на Дему, вынес механическим голосом краткий вердикт:
— Все в сборе. Блин, наконец. От Кима поступило забавное предложение сходить на новую версию Игр Смерти. В воскресенье. Ким всех приглашает и говорит, что жаждет выложить собственное бабло, дабы собрать корешей и корефанок под знамя культурного времяпрепровождения, — с этими словами Зевс, поднял глаза и отвесил резкий полупоклон…
«Ага, жажду», — скривился Ким. Его родители не обращали на свое чадо внимания, зато выделяли монет, сколько влезет. В основном на учебные программы и курсы, которые он с завидной регулярностью пропускал. Единственным, что искренне привлекало Кима из всех его «дополнительных» занятий являлась спортивная акробатика. Всем остальным он пренебрегал, а деньги выделенные родителями, использовал совершенно свободно, не испытывая при этом ни малейших угрызений совести — если вообще она имелась у него в отношении денег.
Тем временем, не обращая внимания на задумавшегося «спонсора», татуированный блондин почему-то стал расписывать остальным прелести совместного нахождения Игроков в непосредственной близости друг от друга, а не киберпространстве во время прохождения Игры. Дело состояло в том, что при погружении в современные многопользовательские программы, игроки очень давно перестали смотреть на экраны мониторов, надевать очки и тактильные перчатки, или облачаться в смешные костюмы на мобильных платформах.
Ведь игровая индустрия, без преувеличения, являлась вершиной земной науки!
Ни сотовое телевидение, ни возможности Домовых, ни нано-персолизация, ни химическая память не могли сравниться по совершенству (и, конечно, по объемам финансирования) с сетевыми Играми. Инвесторы в буквальном смысле раздирали новые игровые проекты на части! Прибыль, которую приносил каждый сетевой шутер или бродилка была сравнима с доходами, которые в прошлом столетии давали нефть и наркоторговля!
Объяснялось все просто. С момента объединения земной инфосферы в единую сеть, многопользовательские Игры стали общемировыми — в полном смысле этого слова. Релизы происходили не часто — ведь Игры становились все сложней и на их разработку уходили десятилетия. Но зато получали откровенно массовый, всепланетный характер.
В заранее объявленный компаниями «день открытия продаж» в специальные игровые дворцы, построенные по всей планете, одновременно входили миллионы молодых людей. Они подключались к единой Игровой сети и… засыпали. Их разум погружался в компьютерную вселенную. А тела — оставались в игровых центрах подключенные к автономным системам жизнеобеспечения, способные жить без движения много дней.
Игра начиналась!
И всё же, связь с реальным миром оставалась сильной. Именно на это намекал Зевс, говоря о «близости в игре». Команда, находящаяся в одном зале действовала более сплоченно, чем игроки не знакомые друг с другом и находящиеся в разных частях планеты. Возможно, это действовали какие-то феромоны или соприкосновения аур — ни Ким, ни Зевс этого не знали, как не знали ученые, отслеживавшие уникальный феномен. Но факт оставался фактом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
