«Вот же тупой качёк, сгори его компьютер!», — подумала она, для вида отбиваясь.
Тем временем, Ведьма подхватила ее сандалии и хозяйку «вынесли» из квартиры. Домовой томно вздохнул, автоматически закрывая дверь, и на прощание спросил:
— Ай, хозяйка, зачэм от меня уходишь? На ужин приготовить харчо или чахохбили? Возвращайся скорее, ждать буду, да?!
«Зевс, подлец! — негодуя, подумала Эльфийка. — Как бы объяснить, что мой папа может не уловить смысл шутки в виде странно говорящего Домового, да ещё с новой кулинарной программой!»
— Зёма, ты…
— Знаю, знаю, — поспешно согласился блондин. — Исправлю я твоего Домового, не боись! Не сразу, конечно. Ломать — не строить. Но как вернёмся, точно сделаю. Попробую, по крайней мере. Если не забуду. А то знаешь, всякое бывает. Но если напомнишь — сделаю. Бе-зу-слов-но! Чего для друзей не сделать? Я ж для друзей всё что угодно сделаю, я же друг, а друзья должны друг другу помогать. Это враг бы не сделал, а я ж друг! Я сделаю!.. — В таком духе блондин тараторил без перерыва.
Дешевый понт выдохся минут через пять, Зевс махнул рукой, словно останавливая себя, причем наверняка забыв об обещании починить голос Домового. Эльфийка только беспомощно опустила голову, смирившись с поражением не в области моды, а в том, что придется действительно идти играть со всеми.
Тем временем на улице слепящие лучи солнца без помех проникали в городской Купол, пронзая такое ясное, чистое, но при этом ядовитое бледно-розовое небо, перекатывающееся могучими потоками над стеклом и бетоном экологической полусферы. Отвернув голову от накачанного зада своего пленителя, Эльфийка смотрела на небеса верх ногами, болтаясь на плече Дементора словно тряпка. Вид был оригинальным. Будучи обычной жительницей экологического купола, Эля не часто смотрела на небо, тем более с такого уникального ракурса.
«Натуральный киборг», между тем, неутомимо нёс ее к автобусной остановке. Усталости он не ощущал, только майка под палящим солнцем пропитывалась потом. А вместо чистоты воздуха, почему-то пахло оттенками мускуса от подмышек…
Эля поморщилась. Рыжий подлец вместо трансформера надел обычную одежду, и, соответственно, встроенные компьютеры не следили за температурой его тела. От Дементора действительно исходил настоящий биологический запах!
«Лишь бы наперекор Палатенной сотне что-то сделать, — мысленно выругалась Эльфийка. — Натурал проклятый!»
— Дёма, я тебя ненавижу, — возвестила она громко. — Ты пахнешь мужчиной!
— А я тебя навижу, — Дементор пожал свободным плечом, продолжая широко шагать. — И как еще, по-твоему, должен пахнуть человек? Дезодорантом? Я вымыт начисто, просто искусственные запахи не люблю.
— Люблю, не люблю… — болтаясь вверх ногами, Эльфийка вздохнула. — Как тебя ещё куда-нибудь в полицейский спецназ не забрали, такого натурального?
От остановки в это время как раз отходил вагон линейного транспорта. Ждать другой вагон — времени не было.
— До начала Игр меньше часа, — возвестил Ким, имитируя подножки Дементору. — А нам ещё через пол мегаполиса пилить!
Дёма сделал вид, что падает, почти опрокидывая Элю на дорожное покрытие, чем заставлял девушку визжать на всю улицу и вызывал улыбки немногочисленных в этот час прохожих.
«Эта толпа только и умеет, что улыбаться, — скривился Ким, имитируя новую подсечку. — Улыбка у человечества впиталась в кровь вместе с хорошими манерами, и так же лжива, как сами манеры. Мир населен одномерными, бесконфликтными существами. Настоящий драйв остался только в Игре! Впрочем, о чем я? Задумался».
— Кто за то, чтобы две остановки бегом? — спросил он вслух.
Спутники оказались «за». Дементор отобрал у Веды сандалики Эльфийки, бросил на землю и воткнул в них неоготессу.
Голова девушки немного кружилась, вестибулярный аппарат с трудом возвращал себе представление о верхе и низе. Ей дали целых две секунды прийти в себя, после чего, не сговариваясь, команда «Шестерых» помчалась за металлопластиковым вагоном, ускользающим по широкой полосе рельс.
— Погодите-е-е! — Помчалась следом Эля. — Злодеи-и-и!
Бежать долго не пришлось. Сенсоры транспорта уловили приближающихся пассажиров, приоткрыли двери, и молодые люди запрыгнули почти на ходу. Дема даже помог заскочить чернявой.
Восстанавливая дыхание, Ведьмочка обнаружила сломанный каблук. Ей почему-то нравилось носить раритеты начала века.
«Консерваторша! Не будет сегодня отдыха Дёме, — подумал Ким. — Придётся снова носить девушек на плечах. Хотя для чего ещё нужны качки?».
Дементор как будто понял его мысли и, нагнувшись, сломал Веде второй каблук, изобразив на лице садистскую усмешку…
Протяжный крик-вой на весь салон изобразил всю гамму чувств, коими одарила Ведьмочка Дёму. Если бы она владела хоть толикой силы своего «ника» — Ведьмы, — обидчик каблуков мигом бы растворился в воздухе или рассыпался в прах. Но Дёма лишь страдальчески прикрыл глаза, имитируя сострадание на всю улыбку. Этот гад наверняка знал, что с магией в реальном мире обстояло совсем не так как в Игре…
Огненный круг вечернего солнца, проглядывавшего сквозь Купол, тем временем медленно склонился к закату. Вечер предстоял быть долгим. Но, слава богу, завтра друзей ожидало воскресенье, и утром можно будет отсыпаться, сколько влезет.
«А уроки? — внезапно вспомнил Ким. — Да что уроки?! Не впервой на переменах за пять минут делать двухчасовые задания».
Училась «шестерка» великолепно. Разве что, кроме Кима, которого (как и его родителей) всегда устраивало «удовлетворительно». В генах акробата словно жило отвращение к естественным наукам. Он любил заниматься действительно полезными вещами — бегать за девушками, ходить на руках по канату (за акробатками), жонглировать, да махать шестом на занятиях по удивительной китайской гимнастике…
Четырёхэтажная громадина здания Игрового центра, к которой их подвез транспортер, затейливо переливалась разноцветными бликами на огромных фасадных окнах. Для придания особого колорита, вход в здание был выполнен в форме головы краснокожего демона с открытой пастью и гигантскими рогами. Меж рогов, над мохнатой головой фэнтезийного чудовища огромными буквами сияли голографические слова:
«УМИРАЕШЬ В ИГРЕ — УМИРАЕШЬ В ЖИЗНИ!»
То был знаменитый слоган «Игр смерти», знакомый «шестерым» по рекламе.
— Кстати, странный девиз, — заметил Ким. — О чём они вообще?
— Обычные понты, — пожал плечами Дементор, — намекают, что в Игре все серьезно. Мол, не детская забава.
— А вы знаете, что ради «Игр смерти» число игровых дворцов увеличено на всех континентах? — блеснул эрудицией Зевс. — Раньше здания Игр находились почти в каждом городе. Но для нового проекта их число удвоили. Можете представить размах капиталовложений? Эти Игры — настоящее событие в экономике. Задействовано всё: банки, передовая наука, разработчики игр, строители, промышленники. И уж, конечно, Палатенная Сотня… Как я понимаю, сегодня будет нечто вроде большой премьеры. Одновременно — и по всему земному шару. Игру, как я слышал, ожидают миллионы молодых игроков. Только мы здесь почти случайно. Попадем?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
