— Возможно.
— Тогда пойдём дальше: за этим полуостровком, — на этом слове он сделал заметное ударение, — расположен характерный узкий залив, и далее мы можем увидеть мыс, после которого на обеих картах изображена отмель, являющаяся крайней северной точкой для обоих островов.
— Абсолютно точно, — подтвердил я.
— Затем отмель заканчивается ещё одним мысом, недалеко от которого мы должны видеть маленький остров.
— Полуостров, — вставил Саммерли.
— Верно, верно, — Челенджер недовольно посмотрел на придирчивого коллегу, — но, как видите, перешеек и тут едва различим, — он проглотил возникшее недовольство и продолжил. — Но пойдём далее: у этого островка имеется бухта, недалеко от которой на острове обозначена огромная роща пальм. Далее за бухтой идёт ещё один мыс и снова глубокая и широкая бухта. Двигаясь вдоль неё, мы возвращаемся к исходной точке — оконечности мыса «куриная лапа».
— Верно, — изумились мы, вспоминая насколько непохожими друг на друга казались оба острова, когда мы рассматривали его сначала.
— А теперь давайте-ка, проверим действие закона направления. Начнём с островов, расположенных напротив оконечности мыса «куриная лапа», на новой карте они прекрасно различимы, и что самое главное на обеих картах и тех и других именно три, и средние из них имеют по три отличительных вершины. Риф, расположенный на выходе из бухты, севернее мыса «куриная лапа», почти параллелен ему. Он начинается там, где проходит воображаемая линия от крайней точки этого мыса до крайнего северо-восточного островка.
— Невероятно, всё сходится, — подтвердили мы.
— Но это ещё не всё! — воскликнул Челенджер. — Если мы мысленно встанем посередине острова, на любой из карт, спиной к южной оконечности, то прямо перед нами будет северная отмель, справа — крайний северо-восточный остров, а слева — крайний западный.
— Вы совершенно правы, — подтвердил лорд Рокстон.
— Но и это ещё не всё, — ухмыльнулся профессор, — хочу обратить ваше внимание ещё на один объект, обозначенный на пиратской карте в виде разлома хребта, в начале мыса «куриная лапа», а на новой карте — как извилистое М-образное ущелье, имеющее наибольшую высоту на всём острове. Кроме того, что они очень похожи и на обеих картах расположены практически в одном и том же месте, мне кажется, что именно здесь и стоял человек, составляющий древнюю карту. Тут мы как раз вступаем в зону действия закона искажения. В соответствии с ним, человек, стоящий вблизи высшей точки острова, будет видеть западный остров примерно так же, как и северо-восточный, как указанно на пиратской карте, хотя правый из них по площади меньше левого раза в три. Близко расположенная «куриная лапка» будет казаться такой же, как и массивный хребет, протянувшийся вдоль всего острова, хотя он также раза в три больше «лапки». Подводя итоги этого сравнения, можно с вероятностью девяносто девять процентов утверждать, что на этой карте, — он взял цветное изображение острова, — и на карте, нарисованной пиратами в 1669 году, отображён один и тот же остров. Мы использовали все три закона, никогда не подводившие ни меня, ни любого изыскателя, когда-либо пользовавшегося ими, причём ни один из них не был нарушен. Что и требовалось доказать!
— Потрясающе, Челенджер! — воскликнул лорд Джон. — Вы один разгадали загадку, которой занимались и занимаются многие искатели сокровищ вот уже два с половиной столетия!
— И так быстро! — добавил я. — Кажется, вы превзошли самого себя!
— Погодите, погодите, — остановил наши комплименты тот. — Это ещё далеко не всё, что я хотел вам рассказать об этом острове. По проведённому мною исследованию истории острова Кондао, оказалось, что он издавна известен как «остров пиратов», что не удивительно, ведь только там есть источник пресной воды, единственный на сотни миль вокруг. По окончании эпохи пиратской вольницы местные правители превратили Кондао в место ссылки бунтовщиков. Затем пришли колонизаторы и создали на острове какой-то концлагерь… Практически до последнего времени остров был закрыт для всего мира, да и сейчас там сохранилась лишь небольшая рыбацкая деревушка. А о сокровищах там и не думают.
— Жить возле сокровищ и даже не подозревать об их существовании, — усмехнулся Саммерли.
— Неужели вы собираетесь отправиться на их поиски? — недоверчиво выпалил я, зная, что профессор никогда не гнался за личной наживой, или, по крайней мере, не только за личной наживой.
— Разумеется, — жёстко ответил Челенджер, — я не разбрасываюсь личными средствами, к тому же это будет достойной наградой за проведённые научные изыскания у этого, а так же и у многих других островов в Тихом океане.
— А что же представляют собой эти исследования? — спросил Саммерли, переходя к более близкой для себя, научной стороне экспедиции.
Челенджер вдруг прокряхтел, видимо из-за высохшего от беседы горла, жестом остановил профессора и, быстро налив себе стакан воды из кувшина, опустошил его, как показалось, одним глотком. Он с облегчением окинул нас взглядом и продолжил:
— На счёт предполагаемых исследований скажу только, что они будут касаться как поверхностного изучения местности, так и изучения подводного пространства в пределах доступных глубин. Конкретнее же с планами экспедиции я ознакомлю вас позже, так как считаю, что пока что это вас мало, чем заинтересует.
— Но это не такие уж и простые исследования, Челенджер, — произнёс его коллега. — Я кое-что слышал о подводных исследованиях: должен сказать, это работа не из лёгких и при чём в очень тяжёлых условиях труда. Думаю, что зря вы опускаете подробности по этому поводу. Это не какое-то обычное путешествие или прогулка, это работа профессионалов. Кстати, у вас есть подходящее для этих целей судно?
— А вы думаете, я стал бы говорить с вами об экспедиции, заранее не подготовившись ко всем её нюансам?
Саммерли недовольно уставился на «разгоревшегося» коллегу, но достаточно спокойно ответил:
— Нет, но я думаю, что без подробностей тут не обойтись!
— Дайте мне рассказать об этом в общих чертах, Саммерли, и вы поймёте, что о подробностях пока говорить ещё рано, — заверил того Челенджер.
Тот сомнительно прищурился, но всё же кивнул профессору в знак согласия.
— Хорошо, тогда я бы хотел сказать пару слов о транспорте, на котором мы отправимся в экспедицию, — он сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями. — Транспорт этот покажется вам достаточно необычным, но, поверьте, без него данная экспедиция не была бы настолько продуктивной.
