Томас по-доброму с ноткой грусти усмехнулся. Мол, тоже знаком с этой проблемой не понаслышке. Деньги вообще универсальная тема для сближения, не бывает людей, которые довольны толщиной своего кошелька.
– Ну, я тогда поздравлю тебя с новым знанием, – лысый выставил вперед правую руку с татуировкой. – Вот еще один способ. Принять наследство, в которое входит муж. Метку видишь? Это и есть мой контракт с ведьмой, владеющей этим домом.
– Но я не ведьма, – юридическая чуйка встала в стойку. – По факту…
– Ты подписала завещание. Ты ведьма, – невозмутимо заявил мужчина.
– Но о муже там не было ни слова, – я подозрительно прищурилась. Я хоть и была уставшая, но в сознании. Возможно, частично. Только это на мою внимательность никак не влияет. Я на работе наловчилась в полудреме тщательно изучать документы. Очень полезный навык, между прочим.
– Прочее, – обрубил Томас, потягиваясь. Я чуть слюной капать на пол не начала, ведь скоро обед. Организм уже готов к потреблению вкусностей. – Меня загнали в этот пункт.
Я прикрыла глаза, костеря про себя изворотливого Эдвина Нильсена. Тоже мне, домашняя утварь! Надо было запросить подробную опись. Теперь стал понятен сакраментальный смысл его визита ближе к полуночи. Можно ведь меня найти и днем. Я работаю официально, так что выяснить где, проблем бы не составило. Но нет же. Мы пришли, когда срок подписи уже подгорал.
– Ладно, – сквозь зубы прошипела я, смиряясь с идиотизмом ситуации. – Мне нужен твой бланк договора. Ты же должен был его подписывать? Или как ты вступил в магические обязательства с Лив Холайн? Может, там есть…
– Давай с такими интимными подробностями позже, – чарующим низким голосом проговорил Томас. – Пока обживайся. Наверху две комнаты. Левая моя. У меня сегодня дела, поэтому с перевозкой вещей не помогу. Я уже устал ваши сумки взад-вперед носить. Защиту включать не буду. Если соберешься сбегать, дверь покрепче захлопни. Там запор сам все сделает. Вечером, может, и не увидимся.
– Погоди-ка, – храбро бросилась я наперерез мощному бруталу, который ковылял в сторону лестницы в безразмерных розовых тапочках, и почесывал пятую точку. – А если мне надо просто выйти? За вещами там съездить? Как я обратно попаду?
– То есть ты всерьез собралась сюда въезжать? – без особого энтузиазма спросил Томас. – Ты хоть понимаешь, во что ввязываешься?
– Конечно, – с честным видом соврала я. Впрочем, это стандартный прием юристов – главное, смотреть поуверенней на оппонента.
– Ух ты, – с кислой миной наиграно восхитился мужчина. – У нас пополнение в рядах идиоток. Ладно, дело твое. Ключи от входа у жабы, – он кивнул на сервант. – Последняя истеричка туда связку и бросила. Мне-то они без надобности.
Шестеренки в моей голове скрипели на пределе возможностей.
– Так ты из этих? – я загадочно пошевелила пальцами, имея в виду не то магов, не то щипачей.
– Ты на какую-то секту намекаешь? – Томас насмешливо взглянул на меня с высоты своего роста. – Кому там сейчас модно поклоняться?
– Заработной плате, – поморщилась я. За новыми веяниями в области задурманивая сознания обычных граждан я не слежу.
– Хороший бог, – хрустнул шеей мужчина. – Ведьмак я. Боевой.
– Ого, – от удивления я рефлекторно сделала шаг назад. Наша гордость и отрада. Или позор и стыд. Это как посмотреть. Ведьмаки самые безбашенные в плане драки, которую они находят где угодно, и зачастую сами и организовывают, и самые неуправляемые. – Мне следует опасаться?
– Мужа? – Томас широко улыбнулся, заставляя мой желудок нервно сжаться. – Не стоит. Но уважать надо.
С этими словами меня огромными ладонями обхватили за плечи и переставили к стене, чтобы не мешала уважаемому мужу.
– А переговорник в доме есть? – запоздало спохватилась я, глядя на удаляющуюся по ступенькам спину. Надо заметить, что вид сзади ничуть не уступал фасаду. Смешные трусы четко обтягивали попу мужчины при каждом шаге.
Кажется, Агнес, у тебя проблема. Большая такая, мускулистая.
– В твоей комнате, – нехотя буркнул Томас, не поворачивая голову. – Если сломаешь, мой трогать не вздумай.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Да как его сломать можно? – всплеснула я руками. – Он же из кристаллов.
Лысый тип остановился на площадке второго этажа и поманил меня пальцем. Я хотела, как гордая и независимая женщина, презрительно обфыркать нахала, но быстро передумала. Мало ли что он хочет мне продемонстрировать.
Небольшой коридорчик, буквально шагов в пять, имел четыре двери.
– Туалет, – указал мужчина на дверь по центру. – Есть раковина. Вода холодная. Надолго не занимать. – Мне аж язык себе прикусить пришлось, чтобы не поддеть этого засранца. – Кладовка. – Следом представили самую неприметную дверь в углу. – Если рискнешь открыть, не забудь сразу отбежать. Моя комната, твоя комната, – он по очереди указал на двери, расположенные друг против друга. – Без стука не входить. Да и вообще лучше не входить. Будем уважать личное пространство друг друга. Ты, конечно, милашка, но не в моем вкусе.
– Чего это? – я от возмущения даже забыла о разнице в наших комплекциях, и сжала кулаки. Вроде с моей стороны никаких намеков на симпатию и не было. Ну, подумаешь, взглядом облизала. Так я это… чисто с эстетической точки зрения. Мускулы у него красивые.
– Скажем так, – он коварно подмигнул мне, – я не в восторге от девиц, которые сразу вешаются на мужчин. Причем, лезут без стеснения на шею.
И пока я хватала ртом воздух, спокойно зашел в свою комнату и преувеличенно осторожно закрыл дверь.
– Там мыши были! – обиженно крикнула я.
Правда, призвав на помощь логику, быстро сообразила, что цепляет меня нахальный тип специально, выживая с законной собственности. Надо будет обязательно его договор внимательно изучить. А пока продемонстрируем мужу-соседу, что я настроена решительно.
Комната выглядела вполне прилично. Кровать с горой подушек, дамский столик, шкаф, полочки на стене, большое окно. Никаких кричащих расцветок. Жить можно.
Переговорник стоял на прикроватной тумбочке и имел весьма потрепанный вид, словно его много раз швыряли на пол.
Нильсен ожидаемо не отвечал, профессионально чуя мои лучи раздражения. Ничего, он обещал зайти, так что есть все шансы взять обманщика за горло.
Если на перевозку вещей я еще хоть как-то наскребла нужную сумму, то на услуги грузчиков – нет. Не готова я оставшееся до зарплаты время питаться с огорода ведьмы. Тем более что там одна трава растет. Да и жабы в банке надолго не хватит, разве что тарелку супа сварить. В общем, переносить одежду, посуду и книги я решила силами своих подруг. С Ранди и Лене мы дружим со времен учебы. Только одна бросила специальность юриста на втором курсе и ушла в педагогику, а вторая – на четвертом и сейчас блистает на сцене в образе певицы.
Подруги сильно удивились свалившемуся на меня наследству. Каждая раза по три переспросила, не приняла ли я чего-нибудь на грудь, и не билась ли головой в последнее время. Я их поблагодарила за заботу и пообещала прибить, если они не прекратят надо мной подшучивать.
Конечно, меня не бросили в беде. Только я подзабыла тот факт, что сбор трех женщин всегда легко превращается в шабаш, независимо от того, ведьмы они или нет.
С ключами мне повезло. Когда я морально готовилась открыть банку с жабой, то увидела связку, скромно лежащую в углу полки.
Туфли уже так не жали, а на душе было легко, пока я задорно цокала к общественному омнибусу. Дом действительно есть. И даже пригодный для жилья. Можно с чистой совестью освобождать квартиру.
Подружки мои явились, когда я перевязывала веревкой последнюю стопку книг. И не одни, а с поддержкой в виде двух щупленьких парней. Узнать поклонников таланта Лене можно по яркому шарфу желтого цвета – обязательного атрибута ее сценического образа. Честно говоря, голос у подруги хоть и красивый, но верхние ноты она не возьмет никогда. Просто ей в свое время повезло. Точнее ее матери, которая после двух неудачных браков нашла себе идеального супруга. Он и занимается тем, что выводит на небосклон оперы новые звезды.
