— Вы уже уходите, миссис Пауртон? — раздался голос Роналда.
Элизабет замерла на месте. Затем, молча повернув голову в сторону соседа, бросила на того испепеляющий взгляд. К ее досаде, его это совершенно не смутило. Уотсон продолжал сидеть с вежливой улыбкой на лице и казался воплощением учтивости и хороших манер. Только ей одной были заметны насмешливые искорки в его глазах.
Кажется, пора прояснить ситуацию.
— Мистер Уотсон, я надеюсь… Мне хотелось бы, чтобы вы правильно меня поняли. Я вовсе не имела в виду…
— Это извинение?
— Объяснение, — уточнила Элизабет. — Моя грубость была неумышленной. Я просто хотела дать понять нашим соседям, что мы каждый сам по себе.
— Вы не оставили на сей счет ни у кого ни малейших сомнений.
— Я уверена, что Джастин руководствовалась самыми добрыми намерениями, когда решила посадить нас вместе, но…
— Джастин?
— Джастин Уилсон, мать Кэролайн. Разве вы ее не знаете?
— В церкви вы сидели среди гостей жениха.
— Я знаю обоих — и жениха, и невесту.
— Тем не менее от кого именно вы получили приглашение на свадьбу?
— Не понимаю, какое это имеет значение.
Роналд вспомнил, что, пока он стоял в очереди желающих поздравить молодоженов, кто-то за его спиной прошептал, что дядя жениха явился на свадьбу со своей не то бывшей, не то нынешней любовницей. Не она ли это?
— Окажите мне любезность, — холодно улыбнулся Роналд, — скажите, почему вы сели в церкви среди гостей жениха.
— Кто вы по профессии, мистер Уотсон? — в тон ему поинтересовалась Элизабет.
— А теперь уже я не понимаю, какое отношение имеет ваш вопрос к нашему разговору.
— Никакого. Просто любезность за любезность.
— Я адвокат, — недовольно нахмурился Роналд.
— Это все объясняет.
— Что именно это объясняет? — удивился он.
— Вашу склонность к допросу. Честно говоря, уж лучше бы вы мысленно раздевали женщин, чем изводили их вопросами.
Прислушивавшаяся к их разговору Этта поперхнулась шампанским, закашлялась и выплеснула вино из бокала на скатерть.
— Боже! Какая же я неловкая! — воскликнула она.
Воцарившееся замешательство разрядил подошедший с очередным блюдом официант. Обе супружеские пары набросились на поданный коктейль из креветок, как будто хотели поскорее разделаться с ними и бежать вон из-за стола, за которым явно назревал скандал.
— Я не делаю этого, — раздался голос Роналда.
— Не делаете — чего? — переспросила Роберта.
Все невольно посмотрели на Роналда, чтобы не пропустить его ответ.
— Мысленно не раздеваю женщин, — пояснил тот, с насмешливой улыбкой глядя на Элизабет. — Если только очаровательные особы сами того не…
В этот момент грянул оркестр, и обе семейные пары, побросав приборы, устремились на танцевальную площадку.
Элизабет сидела неподвижно, чувствуя, как пульсирует кровь в висках. Больше всего ей хотелось в данную минуту послать наглеца куда подальше, но это было бы невежливо по отношению к Джастин, да и к новобрачным тоже. Кроме того, настоящим дамам не следует опускаться так низко. Когда Элизабет была незамужней женщиной и носила девичью фамилию Джонсон, она могла позволить себе еще и не такое. Тогда она не задумываясь двинула бы кулаком этому нахалу прямо в его квадратную челюсть. Но вдове Стэнтона Пауртона было не к лицу подобное поведение.
Впрочем, надо признать, что весь день она вела себя именно так, будто все еще была молоденькой мисс Джонсон, а не степенной миссис Пауртон. Срывалась, наговорила кучу глупостей и даже испытала сексуальное влечение к совершенно незнакомому мужчине. А когда Уотсон протянул ей оливковую ветвь мира — правда, сделал это не без ехидства, — оттолкнула его руку. Что с ней такое происходит сегодня?
Собравшись с духом, Элизабет повернулась в сторону Роналда:
— Мистер Уотсон…
Какой кошмар! Роналд улыбался, вернее, губы его раздвинулись, напомнив ей оскал английского дога, жившего в доме Пауртона. Выйдя замуж за Стэнтона, она первое время надеялась, что их семейная жизнь, несмотря ни на что, может сложиться удачно, и старалась завоевать расположение всего живого в доме.
— Смотри, Стэн, — сказала она однажды мужу. — Пес улыбается мне.
Стэнтон расхохотался, удивляясь ее наивности, и предупредил, что, если Элизабет не хочет остаться без пальцев, она ни в коем случае не должна гладить собаку в тот момент, когда та «улыбается»…
— Мне показалось, вы хотели что-то сказать мне? — прервал ее воспоминания Роналд.
— Нет, нет…
— Прекрасно, — кивнул он. — Кажется, тема нашего разговора исчерпана. Надеюсь, нам повезет и мы больше никогда не встретимся. — На лице Роналда снова появился недобрый оскал. — Я ясно выразился?
— Не думаю, что можно сделать это лучше.
Развернув салфетку, Роналд положил ее себе на колени. Элизабет сделала то же самое.
— Приятного аппетита, миссис Пауртон.
— И вам того же, мистер Уотсон, — подчеркнуто вежливо ответила Элизабет и, взяв вилку, принялась за еду.
Звучали тосты, сменялись угощения, наконец, подали свадебный торт. Их соседи появлялись за столом только для того, чтобы отведать очередного блюда, и тут же снова исчезнуть.
— Обожаю танцевать, — бросила на ходу Роберта Моррисон.
— Мы тоже, — извиняющимся тоном сообщил Грейм Чалмерс, на минуту присаживаясь к столу. — Не правда ли, дорогая?
— Совершеннейшая правда! — бодро отрапортовала Этта.
Дождавшись, когда обе пары удалились, Роналд, с иронической улыбкой наблюдавший эту сцену, отставил тарелку, слегка откинулся на стуле и заметил:
— Да, эту свадьбу они никогда не забудут.
— Я тоже так думаю, — согласилась Элизабет.
Танцующие Чалмерсы и Моррисоны время от времени с испугом поглядывали в сторону их стола.
С трудом сдерживая смех, Роналд смотрел на изображающие радостное возбуждение пары.
— Это вовсе не смешно, — возразила Элизабет, но тут же, осознав весь комизм ситуации, сама расхохоталась.
Раскрасневшись от смеха, Элизабет похорошела еще больше. Ее глаза засверкали, и Роналд невольно подумал, что обманывался, убеждая себя в том, что она не самая красивая женщина на этом вечере. Элизабет была не просто красива, а неотразимо обаятельна.
Какой же я дурак, с досадой подумал он, что весь вечер дразнил и выводил из себя столь очаровательную женщину. С того самого момента, как их взгляды встретились, Роналд повел себя на редкость глупо. Ему надо было сесть с ней рядом, представиться, завести разговор. Впрочем, еще не поздно все исправить. Кажется, это единственно разумная мысль, пришедшая ему на ум за последние два часа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
