Что касается удорожания, то и тут мнения разошлись — с одной стороны, цены поднимать приходится, поскольку закупки импортной обуви дорожают пропорционально валютному курсу; с другой стороны, сегодня дисконты — один из основных стимулов покупки, а потому большого эффекта от повышения базовых цен ждать не приходится. Сергей Саркисов в качестве одной из мер по сокращению расходов называет работу по снижению себестоимости продукта с сохранением сопоставимого качества, которую ведет компания. Степанов полагает, что рынок труда будет разворачиваться в сторону работодателя, а значит, можно сэкономить на зарплатах.
Многим небольшим продавцам, дилерам, оптовикам придется уйти из обувного бизнеса
Фото: РИА Новости
Но основные надежды на снижение расходов все продавцы связывают с изменением поведения арендодателей, жесткий диктат которых сегодня уходит в прошлое. «Примерно с середины лета арендодатели стали готовы разговаривать о снижении арендных ставок, — говорит Андрей Бережной. — Раньше об этом не было и речи». Сегодня арендодатели готовы сдавать площади даже на условии платежей в зависимости от оборота. Степанов отмечает, что своему отделу аренды поставил именно такую задачу — все договоры перевести на платеж с оборота. Подобное поведение арендодателей связано и с ускоряющимся процессом закрытия магазинов, в том числе обувных, и с открытием новых торговых центров, которые по-прежнему активно выходят на сжимающийся потребительский рынок. Новые центры готовы почти на любые условия арендаторов, и «старые» не могут с этим не считаться. Между прочим, такое активное открытие новых торговых центров ритейлеры считают одной из причин ухудшения экономических показателей своих компаний. «К примеру, открывается новый торговый центр в Ярославле, поток посетителей вместе с продажами в существующих магазинах в других центрах сразу падает, идет размывание покупательской базы, — комментирует Андрей Бережной. — А открытие и содержание каждого нового магазина в новом центре часто экономически не оправданно. Я считаю, что сегодня у нас в стране больше торговых центров, чем покупателей, — потребительского спроса и покупательной способности на все центры не хватает».
Смогут ли выиграть российские сапожники?
На российском рынке обувь местного производства занимает не больше 20%, остальное — импорт, в основном китайский. При дорожающей валюте все обувные ритейлеры пытаются нарастить объем своих заказов в России, но пока это не очень получается. «Российские производители также стараются фиксировать свои цены в валюте, поскольку они очень сильно зависят от импортных комплектующих, — рассказывает Сергей Саркисов. — Даже та часть кож и подошв, которая производится в России, все равно постоянно дорожает — все пользуются импортной химией и прочими зарубежными материалами». Впрочем, даже если российские производители могут предложить чуть более выгодные цены на обувь сопоставимого качества, то у них практически нет возможности наращивать объемы производства. «Любой производитель может органически нарастить свое производство процентов на десять-двадцать, для более существенного роста необходимо вкладываться в покупку нового оборудования, нужны инвестиции, а найти их сегодня на банковском рынке почти нереально, — говорит Андрей Бережной. — К примеру, наш постоянный банк-партнер, с которым мы работаем не первую пятилетку, недавно отказал в выдаче очередных траншей по одобренным кредитам, мотивируя это тем, что обувной рынок становится слишком рискованным для инвестиций». О подобном поведении банков говорят и другие производители. Владимир Тимофеев , управляющий производством российской обуви марки Giotto, рассказывает: «Что говорить о коммерческих банках, когда даже Сбербанк, который должен выступать институтом развития, уже несколько месяцев не может прислать к нам менеджеров по залогам, которые должны исправить несколько цифр в спецификации оборудования, где была допущена опечатка. Мы расцениваем это как скрытое нежелание выдавать кредит. А деньги на развитие нам очень нужны — надо менять оборудование, что позволило бы повысить производительность, эффективность, сегодня это крайне важно, поскольку заказчики-ритейлеры очень давят по цене». Число заказов на двух фабриках Giotto (работает в среднем ценовом сегменте, отшивает модную женскую обувь) на следующий год выросло почти на 30%, но будут ли все они выполнены — неизвестно. «Мы не знаем, смогут ли ритейлеры сделать нам предоплату заказов, а те же кожевники товар в кредит уже не отпускают. Взять дополнительные банковские кредиты на производство сегодня не очень реально, даже краткосрочные, не говоря уже об инвестиционных, которые вообще не выдаются», — говорит г-н Тимофеев.
Трудно рассчитывать на импортозамещение со стороны российских производителей, не принимая действенных государственных мер по обеспечению этой работы. Сегодня даже хорошо зарекомендовавшие себя инструменты работают со сбоем. Так, летом в Министерстве промышленности и торговли внезапно кончились деньги на выплату субсидий по процентным ставкам (2/3 от ставки рефинансирования) на покупку оборудования, ряда импортных комплектующих. Для того чтобы получить такие субсидии, предприниматели ночами занимали очередь на подачу документов в министерство, сутками караулили эту очередь, ночуя в машинах. В список счастливчиков, получивших в итоге субсидии, попали далеко не все. Что же до выплат на следующий год, то производители вообще не знают, чего тут ждать.
По словам Александра Суворова , генерального директора компании «Скороход-мода», о серьезном импортозамещении трудно говорить еще и потому, что российский производитель не может предложить ритейлу широкий ассортимент продукции в силу отсутствия у нас базовой индустрии обувного производства: производителей подошв, кожевенных и текстильных материалов. Главной же проблемой, по его словам, сегодня становится то, что у ритейлеров нет денег на предоплату новых коллекций, они не понимают, какие объемы производства и продукты заказывать, как окупятся затраты. Все это приведет к тому, что уже в январе начнется массовый уход с обувного рынка небольших ритейлеров, дилеров и оптовиков.
Двигайся, или заболеешь Вера Краснова
Сеть медицинских центров доктора Бубновского более двадцати лет успешно работает по авторской методике кинезитерапии, предлагающей альтернативный — безмедикаментозный и безоперационный — способ лечения многих заболеваний
section class="box-today"
Сюжеты
Здоровье:
Убивает вирус
Прорыв в медицине
/section section class="tags"
Теги
Русский бизнес
Медицина
Здоровье
/section
— Тестирование на тренажерах показало, что у мальчика ряд мышц просто не работает, — Сергей Бубновский обводит красным две-три строчки в карте шестилетнего пациента и переводит взгляд на его маму. — Знаете, что такое неработающие мышцы? Это неработающий сустав или орган. Мышца качает кровь к суставу, к тому или иному органу, допустим, вот эти мышцы качают к пояснице, к простате, частично к спине. У него эти мышцы не работают, то есть дом без фундамента. Мальчик хороший, но вы можете его погубить…
figure class="banner-right"
var rnd = Math.floor((Math.random() * 2) + 1); if (rnd == 1) { (adsbygoogle = window.adsbygoogle []).push({}); document.getElementById("google_ads").style.display="block"; } else { }
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
«Так уж сразу и погубить?» — хочется переспросить доктора. Не слишком ли это пафосно, ведь перед ним сидит не инвалид, а обычный ребенок? Впрочем, мать мальчика тоже озабочена его здоровьем.
— В январе мы ляжем в больницу, нас опять приглашают, чтобы пройти обследование, сделать рентген, УЗИ…
— Зачем? — не дослушивает Бубновский. — Вы же прошли все обследования. Ипохондрика сделаете из нормального парня — затаскаете его по больницам. Тем более что на любом МРТ-снимке или УЗИ написано: «Данное заключение диагнозом не является», это дается на рассмотрение лечащему врачу. Он вам, скорее всего, скажет: «Резать, корсет, ограничить нагрузку». А я говорю, что нет необходимости в операции. Ему надо больше заниматься на тренажерах.
— Нам неудобно ездить каждый день сюда, мы живем в Подмосковье.
— Купите тренажер и поставьте дома, а сюда будете приезжать раз в неделю на мастер-класс. Вперед, дружище, — это Бубновский уже ребенку. — Видите, какой он веселый после гимнастики?
— Спасибо, — не очень уверенно отвечает посетительница и уводит сына.
Кажется, мы можем приступить к интервью с доктором. Но в дверях показывается другая пациентка. Девушка перенесла операцию на позвоночнике, ей установили модный нынче титановый имплантат. Говорит, что прошло уже четыре месяца, но чудо-железка все еще не прижилась, спина болит постоянно, а хирурги разводят руками — мол, можем этот имплантат вынуть и поставить другой, но гарантий не даем. Что делать? Вердикт Бубновского: извлекать чужеродный элемент из спины и лечиться консервативно — методом кинезитерапии. У этой пациентки сомнений в рекомендациях доктора, по-видимому, не возникает.
