в одну школу, где у нас много общих уроков.
Когда звенит звонок, мы выбегаем из дверей школы и вместе едем домой на велосипедах. Когда я жду, что он и Астор повернут налево к своему дому, они поворачивают направо к моему, или наоборот.
Мы играем вместе до самого вечера, в будни, как и в выходные, и никогда не устаем от общества друг друга.
И хотя я утверждаю, что мне ближе Астор, что он мой лучший друг, Феникс — единственный, кто занимает мои мысли. Он тот, кто может украсть мое внимание, едва произнеся пару слов и бросив в мою сторону взвешенный взгляд.
Астор может быть солнцем, но Феникс — это затмение.
Он легко перекрывает солнечный свет и окутывает мой мир тьмой, которой я бессильна противостоять. Да я и не пытаюсь.
Хотя моя одержимость растет с каждым днем, я не уверена, что он вообще меня замечает. Я знаю, что мы друзья, но не думаю, что он увидит во мне что-то большее, когда мы станем старше.
В школе он так же популярен, как и Астор, если не больше. Другие девочки всегда смотрят на него издалека, демонстративно хихикают, надеясь, что он заговорит с ними.
Когда он это делает, они щебечут, как гарпии, о которых я читала в книгах по греческой мифологии, а мне остается только скрипеть зубами и смотреть, как он легко втягивает их в свою неотразимую ауру.
Раздражение, которое я испытываю при этих воспоминаниях, резко возвращает меня к реальности, и я сужаю глаза, глядя на него.
— Ты досчитал до ста? — спрашиваю я с подозрением, потому что как он смог так быстро меня найти?
Он сжимает мои запястья, прижимая меня к земле.
— Да.
— Тогда как ты нашел меня так быстро?
— Может, я точно знаю, как ты думаешь, дикарка.
Боже, надеюсь, что нет. Если у него есть доступ к моим мыслям, то он должен знать, что большинство из них — о нем.
— Je crois pas, non. — Я так не думаю. — Может, ты обманщик.
Он отпускает меня и встает, протягивая руку, чтобы помочь мне подняться. Я беру ее, его теплая рука обхватывает мою и одним быстрым движением поднимает меня на ноги.
— Не будь обиженной неудачницей, Сикс.
— А я и не буду. — Я отвечаю фырканьем, счищая грязь со спины.
Он поднимает на меня недоверчивый взгляд, а когда я пожимаю плечами, подносит два пальца ко рту и свистит, оповещая остальных о том, что он нашел меня.
— Давай, пойдем искать остальных. Теперь твоя очередь быть охотником. — Говорит он и бежит к склону. Он не сбавляет темпа, приближаясь к краю, а затем прыгает в пустоту и исчезает из моего поля зрения.
Конечно, это не такой уж и большой прыжок, но для моих десятилетних глаз это кажется самым смелым поступком, который я когда-либо наблюдал.
Встревоженная, я бросаюсь к краю и смотрю вниз. Он стоит и уверенно улыбается мне.
Что-то есть в этой улыбке. То, как он направляет ее только на меня, то, как она счастлива, самодовольна и настолько самоуверенна, что я не могу отвести взгляд.
Он не медлит ни секунды, прежде чем удрать, оставив меня бежать за ним.
Я соскальзываю вниз и бегу за ним через ручей и по другому склону. Когда я снова спотыкаюсь, он хватает меня за руку и тянет за собой.
Мое тело охотно следует за ним, и я не могу смотреть ни на что, кроме его руки, обхватившей мою, пока мы бежим вместе.
Мои волосы распущены и развеваются по лицу, моя улыбка растянута, я никогда не чувствовала себя более живой.
Когда мы достигаем поляны, то видим, что остальные три мальчика стоят там и ждут нас.
Феникс отпускает мою руку, прежде чем они успевают заметить, что он вообще ее держал, и свистит им, чтобы привлечь их внимание.
Роуг поворачивается и бросает на нас один взгляд, после чего на его лице появляется мрачная ухмылка.
— Конечно, он пошел искать тебя.
— Заткнись, — отвечает ему Феникс, не давая мне спросить Роуга, что он имел в виду.
— Теперь твоя очередь, Сикстайн. Не стесняйся, ищи меня, — говорит Рис с ухмылкой. — Я буду ждать тебя.
Феникс яростно хлопает его по плечу, когда проходит мимо, но Рис только смеется.
— Ладно, — говорю я, отворачиваясь и закрывая глаза руками. — Раз… два… три…
Я начинаю считать и, дойдя до ста, пускаюсь в бег. Я догадываюсь, куда мог пойти Феникс, но не могу его искать. Остальным будет неинтересно, если эта игра будет идти по кругу между нами двумя, поэтому я бегу в противоположном направлении.
Я нахожу Астора менее чем за три минуты и, схватив его, валю на землю. Мы катаемся по земле, сражаясь за доминирование, громко визжим и смеемся в течение нескольких минут, пока не слышим над собой горловой крик.
Подняв голову, я вижу Феникса, который стоит там и стреляет в нас глазами.
— Ты победила, божья коровка. — Астор с задыхающимся смехом признает это, встает и помогает мне подняться.
Я стряхиваю с себя взгляд Феникса и улыбаюсь Астору.
— Вообще-то я надрала тебе задницу.
Астор поворачивается к Фениксу.
— Как ты узнал, что тебе можно выходить?
— Я не знал. — Он огрызается.
— Как загадочно, — говорит Астор с очередным смешком. — Используй слова, Феникс.
Он засовывает руки в карманы и отводит взгляд, не желая встречаться с моими глазами. Я наблюдаю, как дергается мускул на его челюсти.
— Я услышал крик Сикс и хотел убедиться, что она не пострадала.
Мое сердце сжимается от его заботы, и я бросаюсь обнимать его. Он остается неподвижным, его руки не покидают карманов.
— Со мной все в порядке, спасибо, что проверил. — Я говорю, и мои щеки розовеют от смущения.
Он топает к поляне, не обращая внимания на мои объятия и не дожидаясь нас с Астором.
— Очень интересно, — говорит Астор под нос, глядя ему вслед.
— Что именно?
— Ничего. — Он говорит, качая головой.
— Теперь ты ведешь себя загадочно.
Он пожимает плечами и обнимает меня, направляя нас обоих обратно к месту встречи.
Мы играем еще несколько раундов, пока не садится солнце и нас не окутывает темнота.
Меня больше не ловят, и хотя половина меня счастлива, другая часть меня грустит, что я больше не общалась с Фениксом один на один.
Вскоре наступает время ужина, поэтому я прощаюсь с ребятами и бегу обратно к своему дому.
Оглянувшись на себя, я вижу грязь, которая заляпала всю мою одежду и открытые
