«Неужели меня зароют в землю?… Я задохнусь…» – с содроганием подумал Ян Бибиян.
– Ни за что! Не хватит терпения ждать!
– Откатим бочку вон туда, к ивняку, и вскроем!
– Верно!
Бочка покатилась по камням, потом по песку.
Наконец Ян Бибиян услышал шорох веток по стенкам бочки и возглас:
– Стоп! Подай-ка топор!
Несколько сильных ударов – и крышка отлетела. Ян Бибиян высунул голову, поднялся во весь рост и выпрыгнул из бочки
– Вампир, вампир! – заорали кладоискатели и бросились кто куда.
Кинулся бежать и Ян Бибиян. Он несся что было сил, избегая открытых мест, прячась, в ракитнике или среди верб.
– Стой! – донеслось до него.
Ян Бибиян застыл как вкопанный.
Перед ним стоял Фьють.
– Фьють! Ты позволил бондарю упрятать меня в бочку! Я чуть не задохнулся!
– Я спас тебя, Ян Бибиян. Не укажи я кладоискателю на бочку, тебе бы конец… Я шел по течению реки и следил за тобой. Я хотел броситься в воду и вытащить бочку на берег, но духу не хватило! Теперь мы опять вместе! Пойдем…
– Ты мой верный друг!
Растроганный Ян Бибиян обнял и поцеловал чертенка.
Глиняная голова Яна Бибияна
Фьють всюду сопровождал своего лохматого друга, участвовал в его играх, поощрял все его проказы и дурные затеи.
Но в голову Яна Бибияна закрадывались мысли, которые чертенку не нравились. Например, Ян Бибиян никак не мог забыть своих родителей.
По ночам он нередко пробирался к порогу их бедной хижины и оставлял там каравай хлеба: мальчуган похищал хлеб из пекарни.
Обо всем этом Фьють рассказал своему отцу. Они помирились, и чертенок часто получал от старика полезные советы.
Старый Фьюфьюнко улыбнулся.
– Башку, в которую приходят мысли о добре, надо заменить другой! – произнес он, похлопав сынишку по плечу.
Через несколько дней Ян Бибиян заметил, что на верхушку старой вербы возле мельницы, где они жили с Фьютем, села черна ворона. Словно задумавшись, она долго и неподвижно сидела там.
Ян Бибиян швырял в птицу камнями, но она не улетала, а только жалобно каркала время от времени.
Наконец Яну Бибияну удалось попасть в нее камешком.
– Остерегайся своего дурного приятеля, Ян Бибиян! – промолвила тогда птица человечьим голосом. – Не обижай меня, я тебе пригожусь! Никому не говори обо мне!
Ворона тяжело поднялась с ветки и улетела.
Встревоженный Ян Бибиян спрятался на мельнице. С этого дня в его душе поселилась тревога.
Плохое настроение приятеля не укрылось от чертенка.
– Поиграем с ребятишками, – предложил раз Фьють, – они собираются на поляне за городом.
– С удовольствием! – согласился Ян Бибиян, душа которого жаждала шумных мальчишеских забав. – Но не испугаются ли они тебя?
– Я превращусь в цыганенка.
И Фьють мгновенно превратился в шустрого, веселого цыганенка, белозубого, кудрявого, с лукаво поблескивающими глазенками.
– Такой ты мне больше нравишься, – признался восхищенный Ян Бибиян.
За городом зеленела большая лужайка, куда собирались на игры ребятишки. Неподалеку стояла гончарная дядюшки Горчилана. Это был тихий, добрый человек с очками на носу, в длинном, испачканном глиной фартуке.
Дядюшка Горчилан мастерил красивую глиняную посуду: кувшины, миски, блюда, горшки. Свои изделия он выставлял на просушку перед мастерской. Нередко для забавы дети швыряли камнями в еще сырые изделия или даже топтали их босыми ногами.
Дядюшка Горчилан бранил проказников, отгонял их, уговаривал. Но ни с кем он не поступал грубо, ни одного из них не ударил: у мастера была добрая душа. Он жил бобылем и, не имея своих детей, относился с любовью ко всем чужим.
В тот день, о котором идет речь, гончар смастерил из глины человечка и поставил его сушиться на солнышке.
Человечек был ростом с Яна Бибияна. Дядя Горчилан вылепил фигуру с таким искусством, что глиняный мальчуган казался живым. Он стоял, крепко упершись ногами в землю и засунув руки в карманы. Мастер назвал его Калчо.
Дядя Горчилан хлопотал во дворе у печи для обжига, когда Фьють с Яном Бибияном, бродя по поляне в поисках подходящей компании, остановились перед Калчо.
Неподвижный глиняный мальчик с его молодецким видом и устремленным вдаль взглядом вызвал в душе Яна Бибияна прилив возмущения.
Он подошел к Калчо и так ущипнул его, что вырвал кусок глины. Это доставило Яну Бибияну большое удовольствие. Отломав ветку терновника, он стал тыкать ею в бока и уши Калчо, колоть его босые ноги Глиняный мальчик терпеливо сносил все, издевательства, а Фьють корчился от смеха.
Послышался шум крыльев. Черная ворона, старая знакомая Яна Бибияна, описала несколько кругов над его головой, потом, громко каркая и махая крыльями, опустилась на крышу гончарни.
Птица старалась обратить на себя внимание Яна Бибияна, а тот, увлеченный своим занятием, даже не обернулся в ее сторону.
Но вот Ян Бибиян вонзил палец под ребро Калчо, стараясь попасть туда, где у человека сердце, и глиняный мальчик закричал от боли, замахнулся на мучителя.
– Спасайся! – взвизгнул Фьють и помчался прочь.
Струсивший Ян Бибиян бросился за ним. Разъяренный Калчо поискал взглядом камень, чтобы запустить в мучителя, но не нашел. Тогда он оторвал свою глиняную голову и швырнул ее в Яна Бибияна.
Удар был так силен, что голова проказника мальчишки скатилась с плеч и отлетела в сторону.
Старый черт Фьюфьюнко, который следил за этой сценой, подхватил голову Калчо, быстро насадил ее па шею Яна Бибияна, а голову мальчика – на шею Калчо.
Ян Бибиян и Фьють продолжали бежать, будто ничего не случилось. Приятели отбежали на порядочное расстояние и спрятались в густом ивняке.
Тогда Ян Бибиян удивленно сказал:
– У меня голова какая-то тяжелая, Фьють…
Склонившись над лужей, мальчик всмотрелся в свое отражение: на его плечах сидела глиняная голова Калчо.
– Где моя голова? – захныкал Ян Бибиян. – Фьють, найди мою голову!
Чертенок, утешая, обнял приятеля, из глаз которого катились грязные слезы.
– С этой головой ты будешь чувствовать себя отлично. В ней не будут бродить разные глупые мысли. Мы заживем спокойно и весело. У многих людей на плечах глиняная голова, но они и не догадываются об этом. Они чувствуют себя счастливцами оттого, что голова их набита глиной. Эти люди не знают головной боли: ведь они безмозглые. Ты должен радоваться, что избавился от своей лохматой башки. Нa ней после каждой драки оставалось немало синяков…
На глиняной физиономии Яна Бибияна появилась улыбка.
Но вот над ним закружила черная, ворона. Печально покаркав, она промолвила человечьим голосом:
Знаю, тебе тяжко,Ян мой, БибиянНо не падай духом,Бедный мальчуган.Сохраняй надежду,Будь душою смел.Твоим горьким мукамНедалек предел.Если ненарокомПопадешь в беду,Знай: тогда на помощьЯ тебе приду!
Ворона взмыла к небу и исчезла.
Сигаретаbufhtnf
За несколько дней Ян Бибиян свыкся со своей новой головой.
Чертенок сказал правду: глиняная голова и в самом деле была лучше прежней. Без забот и тревог, в безделье проводил свои дни ее владелец. Ничто не смущало его душу. Безропотно исполнял он желания Фьютя.
Когда он оставался один, прилетала загадочная черная ворона. Яна Бибияна забавляло ее жалобное карканье, он позволял ей садиться себе на голову, но иногда ему хотелось схватить ворону и оторвать ей хвост. Словно угадав его намерение, она улетала.
Однажды ворона промолвила:
– Ян Бибиян, ты идешь к гибели. Фьють хочет увести тебя далеко, в подземное царство чертей. Берегись!
– Я не боюсь, – ответил Ян Бибиян. – Интересно побывать там…
– Если я буду нужна тебе, позови меня. Я прилечу.
– Как же тебя позвать?
– Крикни: «Га-га-га!»
Ян Бибиян расхохотался.
– Га-га-га! – прыгая на одной ножке, выкрикивал он.
На глазах у вороны выступили слезы. Помедлив, она улетела. В это время до Яна Бибияна донеслось веселое насвистывание Фьютя, а потом показались и его черные рожки.
– Пошли вместе, Ян Бибиян, – позвал чертенок.
Они зашагали по полю, засеянному табаком. В воздухе разливался дурманящий запах.
– Как чудесно пахнет!
– Упоительно… – согласился Фьють.
– Я пробовал курить, но меня стошнило.
– Я угощу тебя такой сигаретой, что раз затянешься – и никогда не бросишь курить. – И Фьють показал приятелю красивую блестящую коробочку с сигаретами.
– Дай! – потянулся к ней Ян Бибиян.
– Не здесь!
Миновали поле. Вот и ущелье, откуда берет начало река.
– Куда мы идем?
– Иди за мной и помалкивай…
Они шли по узкой каменистой тропинке, которая круто поднималась на вершину горы.
Чертенок шел легко и быстро. Ян Бибиян старался не отставать, но его глиняная голова была такая тяжелая, что бедняга вскоре выбился из сил.
