Читаем без скачивания Спартак - А Мишулин

Борьба с движениями в провинциях (Испании, Сицилии, Малой Азии) ослабляла Рим извне, а участившиеся же восстания рабов подтачивали его изнутри. Социальная борьба между рабами и свободными составляла одно из основных общественных противоречий Рима.

Свободные и рабы разделялись на два резко противоположных лагеря. Это отразилось и на мировоззрении того времени. Так, по античным понятиям, физический труд считался позорным, и свободный гражданин не должен был им заниматься; только война, политика, наука и искусство были достойными занятиями. Физический труд, по понятиям рабовладельческого класса, делал неспособным свободного человека к высшему знанию, к добродетели, к познанию наук и искусств. Греческие философы, а за ними и римские писатели настойчиво проводили эту точку зрения. Раньше всех выразил этот взгляд греческий философ Платон, полагавший, что физический труд — не только позорное явление, но и затемняющее ум занятие. Ученик Платона — Аристотель — построил целую теорию, согласно которой молодые люди из числа свободных граждан государства не должны были изучать какие-либо ремёсла, трудовые процессы в сельском хозяйстве и т. д.

Полная свобода от производственной, хозяйственной деятельности провозглашалась идеалом. Аристотель полагал, что свободному гражданину необходимо научиться лишь одному делу: участию в политической жизни, до чего рабы и производители неспособны подняться. Чтобы руководить народом, по мнению Аристотеля, надо было научиться ставить себя выше народа и презирать его. Только таким образом закаляется воля господина, укрепляется власть над массой народа, который считался «презренным стадом».

Характерны в этом отношении взгляды Цицерона. Этот политический деятель и знаменитый оратор древнего Рима необычайно презрительно относился ко всем видам физического труда. Ремесленники, подёнщики и рабы — всё это, по мнению Цицерона, «отбросы города».

Такой взгляд на рабов, на физический труд и на производственную деятельность явился результатом деления общества на рабов и рабовладельцев и господства во всей жизни древнего мира рабовладельческих отношений. При рабовладельческом способе производства вся материально-производственная деятельность, все виды физического труда перекладывались на рабов. Рабы должны были производить все ремесленные работы, все работы в сельском хозяйстве и домашнем быту, чтобы обеспечить праздную жизнь господину. Труд рабов применялся также на общественных работах: на строительстве дорог, водопроводов и т. п.

Рабов использовали иногда в качестве секретарей, чтецов, переписчиков, библиотекарей. Это были главным образом греки, сирийцы и каппадокийцы (с Востока).

Для развращённых вкусов рабовладельческого Рима особенное удовольствие представляли бои гладиаторов. По преданию, эти зрелища были заимствованы Римом от этрусков. Гладиаторские бои впервые были устроены в 264 г. до н. э. Знатные римляне Марк и Деций Бруты после торжественных похорон их отца показали на площади гладиаторский бой. Позже гладиаторские бои стали устраиваться довольно часто. Вначале в этих боях участвовало всего лишь по нескольку пар гладиаторов. В 216 г. выступили впервые 22 пары, в 200 г. — 25 пар, в 183 г. — 60 пар, а при Юлии Цезаре впервые был организован колоссальный бой, на котором выступило 320 пар гладиаторов. Гладиаторские бои пользовались большим успехом у публики, особенно когда гладиаторы быстро и «красиво» убивали друг друга.

Гладиаторов выбирали из наиболее сильных рабов. Нередко рабы попадали в гладиаторы в результате осуждения за различные «преступления», в частности за бегство. Рабы, предназначенные для гладиаторских боёв, воспитывались в особых школах, в условиях сурового режима. Под руководством специальных учителей они обучались различным приёмам борьбы, метанию дротиков и метким смертельным ударам.

Гладиатор.

О количестве рабов в Риме и о масштабах применения их труда мы можем судить на основании некоторых вполне достоверных фактов. Известный спекулянт и богач, один из душителей спартаковского освободительного движения Марк Красс любил говорить, что только тот достоин звания богатого гражданина Рима, кто может содержать на свои средства целую армию наёмников и рабов. Такие же люди, как поэт Гораций, имевшие приблизительно по 10 рабов, считались малосостоятельными гражданами.

В сатирическом романе Петрония, жившего в эпоху императора Нерона, изображён богатый вольноотпущен

ник, который, просматривая списки рабов, родившихся в его обширном имении, устанавливает, что за сутки количество его рабов увеличилось на 30 мальчиков и 40 девочек. Другое выведенное Петронием лицо хвастает, что на его полях и в имениях в Нумидии (в Африке) было так много рабов, что из них можно составить целую армию, которая могла бы даже осадить город Карфаген.

Несомненно, эти сведения преувеличены, но не столь уж неправдоподобны, если учесть, например, свидетельство Сенеки об одном вольноотпущеннике, который имел целый легион рабов, или свидетельство историка Тацита о Педании Секунде, который имел только в своём доме 400 рабов. Рабов становилось столько, что тот же Сенека говорит о наступившей тесноте в домах и имениях римских богачей.

Количество рабов в Римском государстве достигло таких размеров, что в римский сенат однажды поступило предложение дать рабам особую одежду, чтобы таким образом их можно было отличать от свободных. Это предложение не было осуществлено из опасения результатов такого учёта: рабовладельцы боялись, как бы это не убедило рабов в численном перевесе их над свободными.

Мы, к сожалению, не имеем точных данных о количестве рабов в древнем Риме. Имеются лишь отдельные предположения учёных. Так, некоторые ученые, определяя количество населения Рима в эпоху императора Августа в 1½ миллиона человек, насчитывают свободных граждан 600 тысяч, а рабов 900 тысяч, т. е. в полтора раза больше,

Примерно ту же цифру общего населения Рима в императорский период называл и Гиббон в своей написанной ещё в 1776 г. «Истории величия и падения Римской империи». Но Гиббон вычисляет не только население Рима, но и всего Римского государства. Исходя из данных переписи, проведённой императором Клавдием во всей Римской империи, Гиббон насчитывал около 120 миллионов населения, из них 60 миллионов, по его мнению, были рабами,

Эти данные, конечно, нельзя признать точными, — они весьма приблизительны, но они, безусловно, дают некоторое представление о масштабе распространения рабства в древнем Риме. Сами римляне никогда не проводили подсчёта количества рабов. Свой подсчёт рабов они выражали краткой поговоркой: «Сколько рабов — столько врагов».

В рабовладельческом обществе древнего мира существовало много путей и способов порабощения.

Двумя основными путями порабощения были: внутри-экономическое порабощение — закабаление должников и внеэкономическое порабощение — завоевание различных племён и обращение их в рабство.

Превращение свободных в рабов было очень развито в древнейшем Риме. Ещё в ранний период римской истории стала практиковаться отдача несостоятельных должников в рабство. Позднее долговое рабство стало применяться во всё более и более широких размерах. Во время многочисленных войн, ведшихся Римом, вследствие длительных и дальних походов семьи крестьян, оторванных от своих маленьких земельных участков, всё более и более впадали в нищету. Чтобы прокормиться, беднякам приходилось прибегать к займам на кабальных условиях. Сумма долга из года в год возрастала и отнимала у должника всякую надежду когда-нибудь расплатиться с кредитором. Тяжёлое положение должников усугублялось суровым римским законодательством о долгах, которое целиком защищало интересы кредиторов. Таким образом, тот, кто

участвовал в войне, терял в конце концов свою землю, семью и имущество — всё это шло рабовладельцу в виде компенсации за долги, притом вместе с людьми, которые превращались в рабов. Древнеримский историк Тит Ливий, характеризуя положение крестьянства, говорит, что на войне крестьянин подвергался меньшим опасностям, чем в мирное время среди своих сограждан.

Законами XII таблиц (около 450 г. до н. э.) особо защищалась частная собственность рабовладельца и официально узаконивалось превращение должника в раба. Если должнику, работающему у господина, не удавалось уплатить в срок свой долг, его заковывали в цепи, и в течение 60 дней он должен был находиться в заключении. Если в течение этого времени за должника никто не уплачивал долга, он присуждался господину в качестве раба и мог быть продан за пределы Рима, «по ту сторону Тибра».

Так постепенно, по мере роста богатства одних и нищеты других, увеличивалось количество должников и усиливался процесс воспроизводства рабов.