– Но как он туда попал? – так же шепотом спросила Кара. – Секунду назад его там не было.
Она снова сжала мою руку.
Но на этот раз я даже не ощутил боли. Был слишком возбужден, слишком удивлен и смущен, чтобы что-то чувствовать.
Как он туда попал?
Кто он?
– Он мертвый? – спросила Кара.
Я не ответил. Осторожно приблизился к гробу и осветил его.
Мужчина был старый и совершенно лысый. Кожа туго обтягивала его череп, гладкий, как электрическая лампочка. Глаза были закрыты. Крепко сжатые губы были того же цвета, что и кожа.
Маленькие худые руки – одни кости – скрещенные, лежали на груди.
На нем был черный смокинг. Очень старомодный. Жесткий воротничок белой сорочки подпирал бледные щеки. На блестящих черных ботинках были пуговицы, а не шнурки.
– Он мертвый? – повторила Кара.
– Думаю, что да, – ответил я.
Я до этого никогда не видел мертвецов.
И снова почувствовал прикосновение руки Кары.
– Идем, – прошептала она. – Идем отсюда.
– Ага.
Мне тоже хотелось уйти. И как можно скорее.
Но что-то удерживало меня здесь.
Что– то приковывало меня к месту и заставляло глядеть на это бледное лицо. На человека, который недвижно лежал в пурпурном гробу.
И вдруг я увидел, что старик открыл глаза.
Моргнул.
И начал подниматься.
9
У меня перехватило дыхание. Я попятился назад. И если бы не уперся в стену, то упал бы.
Фонарь выпал из моей руки и с грохотом покатился по полу.
Этот звук заставил старика повернуться в нашу сторону.
В дрожащем свете фонаря, который держала Кара, он несколько раз моргнул. Затем, будто просыпаясь, потер глаза худыми руками. Потом тихо застонал. И принялся рассматривать нас, все еще протирая глаза.
Мое сердце забилось так сильно, что я подумал, что оно вот-вот взорвется под моей рубашкой. В висках заболело, и у меня вырвался свистящий вздох.
– Я… я… – начала заикаться Кара.
Она стояла передо мной, направляя свет фонаря на гроб и на этого старика. Я видел, как она дрожит.
– Где я? – прокаркал старик и потряс головой, словно приходя в себя. – Где я? Что я здесь делаю?
Он прищурился. Его бледная лысая голова сверкала под лучом фонаря. Даже его глаза были бесцветными, похожими на серебро.
Старик облизал белые губы. Его рот издал сухой чмокающий звук.
– Пить… так хочется пить, – произнес он хриплым шепотом. – Какая страшная… жажда.
Медленно, со страшным стоном он сел в гробу. Когда старик приподнялся, я увидел, что на нем была накидка, шелковая пурпурная накидка, по цвету точь-в-точь такая же, как внутренняя отделка гроба.
Он еще раз облизал бледные губы.
– Что за жажда…
И тут он заметил нас с Карой. Снова заморгал. И уставился на нас.
– Где я? – спросил старик, глядя на меня своими ужасными бесцветными глазами. – Что это за комната?
– Это мой дом, – ответил я, но слова прозвучали, как еле слышный шепот.
– Какая жажда… – снова пробормотал он.
Потом спустил из гроба одну ногу, за ней – другую.
Старик соскользнул на пол совершенно бесшумно. При этом он казался таким легким, будто вообще ничего не весил.
Я ощутил холод в затылке. Мне хотелось отойти подальше, но я уже и так стоял у самой стены.
Я взглянул на открытую дверь. Мне показалось, что она за сотни миль от меня.
Старик снова провел языком по сухим губам. Не отрывая от меня тяжелого взгляда, он шагнул в нашу сторону. На ходу поправил свою накидку.
– Кто… вы? – отважилась спросить его Кара.
– Как вы сюда попали, – крикнул я, снова обретя голос. – Что вы делаете в моем подвале? Как вы оказались в этом гробу? – Вопросы так и сыпались из меня. – И кто вы такой?
– Старик остановился и почесал лысую голову. На какое-то мгновение мне показалось, что он напряженно пытается вспомнить, кто он.
Потом он ответил:
– Я граф Найтуинг. – Он кивнул, как бы припоминая. – Да, я – граф Найтуинг.
Мы с Карой удивленно вскрикнули. А потом заговорили одновременно:
– Как вы сюда попали?
– Чего вы хотите?
– Вы… вы… вампир?
Старик прикрыл уши руками. Закрыл глаза.
– Шум… – пожаловался он. – Пожалуйста, говорите потише. Я так долго спал.
– Вы вампир? – тихо спросил я.
– Да, вампир. Граф Найтуинг. Он кивнул. Открыл глаза. Посмотрел на Кару и на меня, будто увидел нас впервые.
– Да, – просвистел он. Поднял руки и двинулся к нам.
– У меня такая жажда. Такая жажда. Я так долго спал. И теперь хочу пить. Я должен напиться.
10
Граф поднял руки с красной накидкой. Она показалась мне крыльями, поднятыми высоко в воздух.
– Такая жажда… – бормотал он, облизывая сухие губы. – Такая жажда…
Его бесцветные серебряные глаза устремились на Кару, словно гипнотизируя ее и пришпиливая к месту.
Я не испытывал такого страха за всю свою жизнь. Признаю это. Хотя меня не так легко испугать. Да и Кару тоже.
По телевидению мы видели сотни фильмов про вампиров. И смеялись над ними. Нам казалось, что картины о людях с клыками, которые летают и пьют человеческую кровь, просто выдумка.
Но здесь была реальная жизнь! И мы своими собственными глазами видели человека, встающего из гроба, который назвался графом Найтуингом.
Гроб в моем подвале!
А теперь он раскинул руки и плывет по комнате прямо к нам. Бормоча о том, как он хочет пить. Не отрывая своих ужасных глаз от горла Кары!
Да, должен признаться, что я испугался. Но не настолько, чтобы окаменеть на месте.
– Эй! – выдохнул я и схватил Кару за руку. – Давай же! Бежим!
Она не шелохнулась.
– Кара, бежим! – закричал я и потянул ее.
Она смотрела на бледное лицо вампира. Просто смотрела, не двигаясь с места. И не моргая.
Я обеими руками схватил ее за руку. Попытался увлечь за собой. Но она стояла, будто прилипнув к полу. Застывшая, словно статуя.
– Такая жажда, – не унимался старик. – Мне надо сейчас же напиться.
– Кара, бежим! – кричал я. – Бежим, пожалуйста!
Я дернул ее изо всех сил и потащил к двери.
Когда мы выскочили в тоннель, Кара заморгала глазами и покрутила головой. Издав испуганный крик, она вырвала у меня руку и побежала. Я ринулся за ней по извилистому тоннелю. Наши подошвы гулко стучали по твердому каменному полу. Шум эхом отдавался от стен. Казалось, будто бежит тысяча людей, спасаясь от вампира!
Ноги у меня подкашивались. Но я заставил себя не останавливаться.
Мы мчались через темный тоннель, следуя всем поворотам каменных стен. Кара бежала, наклонясь вперед и выставив руки перед собой.
В одной руке она крепко сжимала фонарь. Но он был нам не нужен. Мы и без него знали, куда надо бежать.
Кара была лучшим бегуном, чем я. Когда мы повернули, я увидел, как быстро работают ее длинные ноги. Она сильно опередила меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
