не попадалось. Оглянувшись, и не заметив догоняющих, я решился обыскать очередную темную комнату, в углу которой нашлась серая куча мусора.
Разворошив горку, состоящую из сухого мха, шерсти и мелких осколков, я с сожалением понял, что ничего в нем нет. Самое крупное, что нашлось — это шершавый обломок стены размером с половину кулака. Вздохнув, я ещё раз осмотрел мусор, подобрал камень и взвесил его на ладони. Мало…
И всё же оставлять его — глупо. Тем более что в голове уже родилась идея. Конечно, камень был слишком рыхлым, пупырчатым и даже по виду вряд ли мог выдержать серьезный удар, но уж лучше он, чем мой кулак или пятка. Ну и главное — хоть в голове гулял ветер, я без сомнения сдернул с руки кусок ткани и, сделав узелок, поместил в него обломок.
— Шевели ногами! — услышал я недовольный голос Ангрела, выйдя обратно в коридор. Кажется, всего минуту провозился, а меня уже догнали. Плохо.
Не хватало ещё оказаться в руках обреченных, я даже не сомневался, что для собственного выживания они без сомнений пожертвуют мной. Сломают ноги и бросят в качестве приманки. С Тигра можно было взять кровь и силу, с меня брать нечего. Но это не значит, что меня нельзя использовать. Моя же цель — не допустить подобного. А ещё лучше — использовать их.
Перекинув конец веревки между пальцами так, чтобы она не сорвалась с кулака при ударе, я взял камень в ладонь и рысцой побежал в темноту. Меня не особенно волновало, что произойдет с кровопийцами. Как и то, почему крысы бежали к нам только с одной стороны. Всё, о чем я беспокоился — выжить.
— Эй, пустышка! — окрикнул меня Ангрел, но я лишь ещё поднажал, оставляя их далеко за спиной. — А ну стой! Мастер?
— Не трать дыхание и силы понапрасну, — отрезал Гратон. — Держись рядом, и передвигай ногами, больше от тебя не требуется. Ну?
— Ай, — похоже последние слова были адресованы не слуге-разбойнику, а девушке. Вот же… похоже, её мастер собирался сохранить до самого конца. Как он говорил? Пропуск и выкуп? А я понятия не имею, что будет, если выберусь. Что буду делать? Искать кто я такой? Пытаться восстановить воспоминания? Пока всё пустое.
— Мастер, они догоняют, — на самой грани слышимости раздался голос Змея. — Нужно бросить приманку. Или догнать мальчишку…
— Не трать силы на разговоры, младший, — повторил Гратон, и я внезапно четко осознал, что он бережет в первую очередь свои силы. Как так? Младший? Они вроде примерно одного возраста. Может разница в происхождении? Но судя по тому, что я успел услышать, девушка была из куда более знатной семьи. Тогда в чем же дело?
— Они уже близко, — снова едва услышал я голос Змея, и оглянулся. Вовремя, но только для того, чтобы заметить смазанный силуэт, появившийся из темноты. Как? Ведь между нами было не меньше сотни шагов! Это просто невозможно.
Я попытался уклониться от удара, но тяжело сопротивляться тому, что ты даже не видишь. Мастер, мгновенно оказавшийся рядом, приложил меня ребром ладони, и тело перестало слушаться, рухнув как подкошенное. Я оставался в сознании, всё видел и слышал, но ничего не мог сделать, а эти уроды прошли мимо будто так и надо. Они даже Тигра, с кровоточащей рукой, всё ещё тащили на себе.
Значит я угадал. Моя роль — стать приманкой для крыс. Жалкий конец только начавшейся жизни. Я пытался пошевелиться, заставить мышцы работать, но лишь наблюдал, как приговоренные к смерти скрываются во тьме коридора, а вокруг меня нарастает писк и шуршание.
Не в состоянии повернуть шею, я со страхом и гневом ждал, что будет дальше, ни на секунду не оставляя попыток пошевелить хоть пальцем. Крысиная вонь нарастала. Холод пронизывал загривок и шею. А затем я почувствовал, как дергающийся мокрый нос щекочет голень. Секунда, другая, и тело пронзила острая боль. Мелкие острые зубы срезали кожу вместе с мясом.
Но эта боль стала спасительной, пробежавший по нервам импульс что-то сломал в технике мастера, и я смог пошевелиться. В начале не слишком уверенно, будто заторможенно, но с каждым мгновением быстрее. Вот только крысы не собирались ждать, пока я приду в себя, и уже начали пиршество.
Десяток мелких тварей вгрызлись в мою ногу, стараясь укусить побольше, а затем раздался недовольный писк и мелкие укусы прекратились, но, повернув голову, я такому повороту совершенно не обрадовался. Рядом с ногой замерла крыса, размером в половину меня. Она деловито отпихнула остальных грызунов, и разинула чудовищную пасть, собираясь отобедать.
Силы отпихнуть её не было, а потому я сделал единственное, что мог — махнул рукой, пытаясь отогнать. Крыса, не ожидавшая сопротивления, на мгновение отодвинулась, но тут же с писком бросилась вперед, как раз под второй замах ладони, в которой был зажат камень.
Раздался глухой чавкающий звук. Недовольная тварь, которой я попал по носу, отскочила в сторону, заверещала, а потом бросилась в атаку с утроенной энергией, собираясь вцепиться мне в шею или лицо. Но я уже достаточно отошел от парализующего удара, чтобы раскрутить камень в куске ткани, и ударить по подлетевшей крысе.
Инерция отшвырнула тварь в сторону, её сородичи со страхом и удивлением смотрели за тяжело дышащим вожаком. Крыса показала слабость лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы на неё тут же набросилось с десяток мелких тварей, отвлекаясь от меня и позволяя подняться.
Пинком отшвырнув настырную крысу, не желавшую отстать от меня и присоединяться к каннибализму, я, держась за стенку, побрел прочь. Кровь медленно сочилась из укусов на голени, оставляя след из капель, но крысы выследили бы меня, даже не обладай я никаким запахом. Единственный коридор, никаких ответвлений, тупиковые комнаты. Тут некуда было
