Зилонгцы слушали с прежним бессмысленным выражением и озабоченностью, однако, тела их слегка раскачивались в такт музыке.
«Нет сомнения, что они отзываются на чувственную музыку. Слава Богу, им не дано понять, какие штуки я советую проделывать с этими прелестными малышками.»
Он прекратил петь и стал ждать. Мужчина, выглядевший старшим в отряде, заговорил. Очень спокойно, но решительно. Молодая женщина робко приблизилась к Симусу и дотронулась до арфы. Когда она убедилась, что пришелец не возражает, то деликатно забрала ее и стала перебирать струны. О'Нейл был выше ее на голову.
«Ну что же, музыка им несомненно известна», — подумал О'Нейл.
Судя по изящному телосложению, мужчины бойцами не были. Безусловно, они были привлекательны, но эта привлекательность скорее напоминала обаяние таранских юношей.
«Я могу легко справиться с целой оравой таких, как они. В считанные секунды разоружить всю компанию. Отколотить мужчин и похитить девушек.
Возможно даже, что девушки охотно пошли бы со мной. По-моему их очаровал шестифутовый рост и рыжая борода.
Симус О'Нейл, ты просто кретин, если тебе в голову лезут такие мысли. Думать — то об этом ты можешь, пока не устанешь, но не более.
Закон запрещает использовать в своих целях аборигенов, касается ли это сексуального аспекта, или любого другого. Бог мой, Симус, ведь ты всегда свято чтил Закон.»
Все его пленники были одеты в бирюзового цвета накидки, обернутые вокруг тела, с жетонами. Эта одежда напоминала юбку шотландского горца. Судя по жетонам, скорее всего это была униформа. У мужчин она держалась на талии, у женщин — под руками. Несмотря на жару и высокую влажность, легкая ткань выглядела свежей и неизмятой.
«Должно быть, у них не возникает никаких проблем с раздеванием.
Послушай-ка, Симус О'Нейл, а как же Закон?
Да ведь я думаю об этом только потому, что решительно не представляю, как шпионить. Должен же мужчина владеть собой!»
Местный с ружьем подошел к нему и начал говорить на очень мелодичном языке. О'Нейл пытался дотянуться до ручки настройки универсального транслятора, находившейся в дюйме от его груди. Он поднял руки и широко, с видом победителя, улыбнулся.
Молодая девушка дотронулась до его бороды.
«Что они, никогда не видели такого?»
Вооруженный мужчина сказал что-то очень резко. Она залилась краской, отдернула руку и опустила глаза, что-то бормоча. Симусу показалось, что она извиняется.
— Все нормально, все нормально, — утешил Симус. — Даже таранским женщинам нравятся рыжебородые мужчины.
Девушка залилась краской еще сильнее.
«Ну, не удивительно ли, что одной интонацией можно выразить так много?»
Напряжение Симуса постепенно спадало. Возможно, в задачу полицейского патруля и не входило лишать его жизни, если он и проявит агрессивность.
Прогноз Гармоди сбывался. Они были в нерешительности. Мужчина отдал распоряжение, и женщина с сединой опустила копье. Верх ее униформы был причудливо украшен множеством золотых полосок, и это совсем не портило ее полной груди, совсем не портило.
Скорее всего, это были знаки отличия или принадлежности к медицинской службе. Выглядела она солидно, внушительно. Чувствовалось, что она привыкла отдавать распоряжения и привыкла, что они выполняются. Из кармана туники она вынула что-то, похожее на шприц.
«Полицейский доктор», — неторопливо подумал О'Нейл для того, чтобы на «Ионе» было легче воспринимать. — «Очевидно, они хотят парализовать или усыпить меня.»
Женщина приближалась к О'Нейлу медленно и боязливо, с марлевым тампоном в одной руке и с иголкой в другой. Остальные подступили на шаг ближе, с копьями наготове.
Ее голова приходилась ему на уровне груди. Подняв выразительные карие глаза навстречу взгляду его голубых, казалось, она умоляла его не причинять ей вреда. Их взгляды встретились. Она быстро отвела глаза. Потом снова решительно взглянула на него. Ее темно-карие зовущие глаза были еще более испуганными на этот раз.
Для этой исполненной ужасом женщины О'Нейл был просто сосунок.
«Она годится мне в матери.»
У нее были круги под глазами, едва заметная сеточка морщин, тронувшая кожу у подбородка. Но это не портило ее. Она была прекрасно сложена и удивительно привлекательна.
— Не бойтесь меня, — О'Нейл дотронулся до ее щеки. — Я не собираюсь причинять вам боль. Но видеть ваш испуг для меня мучительно.
Она опустила иглу и ждала, словно давая ему время для ритуального приветствия.
— В отличии от вас я не язычник, — засмеялся Симус.
Она легко засмеялась в ответ, возможно сочтя, что это входит в порядок ритуала.
Прикосновение к ее лицу, теплому и нежному доставило удовольствие. Не отдавая себе отчета в том, что он делает, он слегка погладил ее, сначала кончиками пальцев, потом всей ладонью. Женщина едва заметно подалась к нему, словно полностью доверяя.
Симус оглядел всех. Остальные не выглядели возмущенными. Они наблюдали, как завороженные.
Он был уверен, что не нанесет никакой обиды, и поцеловал ее в лоб. Женщина от неожиданности напряглась, но не отшатнулась от него. Ее друзья затаили дыхание.
«Похоже, что они не оскорблены, а скорее ошеломлены», — подумал он.
«Оставь женщину в покое», — сказала Святая Настоятельница, — «и отойди от нее, слишком уж играет в тебе молодая кровь.»
Прекрасно, но ведь она не протестовала против приветственного поцелуя вначале. Кроме того, какой же я буду бард с Тары, если не прикоснусь губами к ее губам.
Его поцелуй был мимолетным. Ее дрогнувшие губы были упруги и теплы. Глаза ее расширились, лицо вытянулось. Она склонила голову. Симус с интересом заметил, как под тканью униформы напряглись твердые соски.
«О, а ведь это был не лучший поцелуй. И все же, тебя еще никогда не целовал рыжебородый гигант.»
Сдавленное дыхание остальной шайки свидетельствовало скорее о зависти, чем о чем-либо другом.
«Полюбуйтесь, Ваше Святейшество, я довольно ловко справляюсь со шпионскими обязанностями. Правда, поцелуй не избавил меня от опасений, однако, я совершенно не боюсь, совершенно.
Ну, во всяком случае, гораздо меньше, чем это бедное создание.»
С некоторой нерешительностью женщина подняла шприц и покосилась на него, словно заручилась согласием.
— Все в порядке. Никаких проблем.
Симус взял ее руку и приблизил к своей. Он почувствовал ее дрожь и учащенный пульс и представил себе, как бьется ее сердце.
— Не стоит опасаться, — он засучил до плеча рукав одежды и показал на свой бицепс. — Вы здесь хотите уколоть?
Она с сомнением покосилась на него. Видимо, полной уверенности в том, что он не отшвырнет ее не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
